Это было второе оскорбление, нанесенное Филлис за последние четверть часа, и на сей раз оно оказалось высказано осознанно. От гнева кузины Имоджин спасло лишь появление горничной, пришедшей сообщить юным леди, что прибыла модистка со своими помощницами примерить два новых платья, заказанные матерью для мисс Грейстоун.
Филлис не пошла в дом вместе с Имоджин, она предпочла пройти через розарий и спуститься к ручью, подышать прохладным влажным воздухом и немного успокоиться.
Невероятно! Кузина откровенно говорит ей, очаровательной, неповторимой Филлис Найт, что ее воздыхатели всего лишь рассеивают скуку, ухаживая за ней, в то время как первый же настоящий поклонник Имоджин намерен сделать предложение! Как унизительно для Филлис слышать подобные рассуждения из уст глупенькой девушки, но хуже всего то, что подобным же образом наверняка рассуждает и мать Имоджин, и другие дамы, входящие в избранный круг знакомых Найтов! Неужели они осмеливаются насмехаться над Филлис или даже притворно жалеть ее из-за того, что она вынуждена дать согласие единственному джентльмену, пожелавшему назвать ее своей супругой, вместо того чтобы выбирать из десятка претендентов!
Не то чтобы до сих пор никто не делал Филлис предложения, но ни один из влюбленных в нее мужчин не просил ее руки у мистера Найта — мисс Найт отвергала эти предложения раньше, чем пылкий влюбленный представал перед суровыми очами ее отца. А поэтому свет не подозревал о том, что мисс Найт могла бы вступить в брак раньше, чем в ее жизни появился сэр Джон Ризинг.
Прямо за розарием широкий ручей огибал владения Грейстонов по большой дуге, образуя круглую лужайку, наилучшим образом подходящую для пикников и летних завтраков. Заросли ракитника, обрамлявшего ручей, трудами садовника были вырублены, и вся лужайка покрыта свежим дерном. Под натянутым тентом кто-то уже расставил плетеные кресла, и Филлис присела в одно из них.
Несколько минут она рассеянно разглядывала противоположный берег ручья, жалея о том, что ветер дует от воды и уносит прочь аромат цветущих за спиной роз, но вскоре новая мысль начала пробиваться сквозь несвойственную девушке задумчивость.
«Мистер Баррит… он не менее богат, чем сэр Джон… пожалуй, к тому моменту, когда сэр Джон унаследует свое состояние, оно будет еще незначительнее, а капитал Барритов удвоится или утроится. Если этот Чарльз Баррит нашел привлекательной Имоджин, то что он должен подумать обо мне? Неужели я не смогу пленить его? — таково было направление мыслей мисс Найт, и с каждой минутой она все больше увлекалась этой идеей. — В самом деле, почему бы и нет? Если понадобится, я смогу быть кроткой и даже полюбить всех собачек в доме Грейстоунов, это не самая сложная роль из тех, что я могла бы сыграть. Имоджин еще пожалеет о том, что осмелилась так небрежно говорить о моих поклонниках! А сэра Джона пусть забирает себе кто угодно другой! Надо только постараться покорить молодого Баррита тотчас же, как он приедет, пока Ризинг не явился и не испортил все объявлением о нашей помолвке!»
Филлис повеселела, едва только у нее появилась возможность действовать. Она не сомневалась, что Баррит ей понравится, мало кто может быть хуже сэра Джона, да и Имоджин ни за что не полюбила бы человека с отталкивающей внешностью, все некрасивое пугает мисс Грейстоун. Осталось только присмотреться к Чарльзу Барриту и понять, как вести себя с ним.
Грейстоуны собрались принимать множество гостей, и Имоджин придется помогать матери, а значит, она не сможет проводить все время с мистером Барритом. Филлис улыбнулась, представив себе, как искривится кукольное личико Имоджин, когда она поймет, что кузина перехватила у нее жениха.
4
На следующий вечер Филлис с помощью горничной выбирала платье, которое наденет завтра к приезду миссис Баррит и ее сына. Имоджин собиралась встретить поклонника в нежно-розовом туалете с непременными бутонами в волосах и на корсаже, и мисс Найт пришлось отказаться от любимого ею темно-розового.
Темноволосой мисс Найт были к лицу более насыщенные оттенки, Имоджин просто потерялась бы в таких цветах, но на этот раз Филлис придется отказаться и от переливчатого синего атласа, и от пышного белого туалета с вишневой отделкой, и еще от полудюжины платьев. По окончании пансиона Филлис с наслаждением пополняла свой гардероб, едва только мистер Найт соглашался заплатить еще за один туалет, унылые школьные платья были выброшены без всякого сожаления. Поездка на континент обошлась мистеру Найту недешево, его супруга не отставала от дочери в стремлении прелестно выглядеть, но осознание того, что вскоре по крайней мере об одной из этих леди будет заботиться другой мужчина, помогло мистеру Найту смириться с ущербом.
— И это тоже не подходит… — Филлис раздраженно бросила на руки горничной бордовое платье с буфами на рукавах, в нем она казалась величественной и статной, но мистера Баррита это величие могло напугать. — Остается вот то, в полоску… Сама не знаю, зачем я его купила, но оно как нельзя лучше подойдет для завтрашнего чаепития.
Этот изящный туалет Филлис приобрела в Париже, где в моду вошли полосатые ткани нежных оттенков. Тонкие белые и бледно-желтые полоски придадут ее фигуре еще большую стройность, а желтые цветы в черных волосах смягчат горделивый блеск глаз. Миссис Найт сочла платье слишком скромным для тех денег, которые за него пришлось заплатить, и разочарованная критическими замечаниями матери, Филлис ни разу его не надела. Что ж, настала пора французскому шарму показать, на что он способен.
Миссис Найт едва скрыла удивление, когда увидела дочь в скромном платьице, почти без украшений и с простой прической, но заставлять Филлис пойти и переменить туалет было уже слишком поздно — миссис Баррит и мистер Чарльз Баррит прибыли полчаса назад и поднялись в свои комнаты освежиться после путешествия, Грейстоуны и Найты ожидали их на террасе с минуты на минуту.
Мистер Найт не особенно интересовался, во что одета его дочь, ведь сэра Джона Ризинга сегодня не ждут. Имоджин искренне похвалила платье кузины, и Филлис против обыкновения терпеливо слушала бессвязный лепет мисс Грейстоун, взволнованной скорой встречей с предметом своего сердечного трепета.
Миссис Грейстоун не нашла во внешности племянницы ничего подозрительного, ведь платье было куплено в Париже, и только ради этого его следовало надеть.
Обсуждения парижской моды как раз хватило, чтобы занять дам на время ожидания Барритов, и вот уже на террасе появилась сухонькая, рано постаревшая леди в коричневом платье и черной шали и высокий светловолосый молодой джентльмен. Найтов и Барритов представили друг другу, после чего все, наконец, расселись за столом.
