Жаль, не удалось выяснить, что задумал Истон. И очень жаль, что не получилось хоть что–то поесть. Шушанна обычно предполагала, что перед командировкой я могу быть занят, и организовывала хотя бы перекус. Но сегодня в ее столе не осталось даже яблочка, я обшарил его весь!
Почему я не организовал компанию по доставке еды?! Почему никто ее не организовал?!
Клянусь, я даже на шиншиллу куколки смотрел с легким гастрономическим интересом!
Если она опоздает на червя, я ее придушу!
Подземные черви – очень дешевый и не слишком комфортный вид магического транспорта. Уж в сравнении с драконами так точно. Медленно, темно и слегка жутковато. Но зато безопасно, не вредит окружающей среде, ну и дешево. Я еще никогда не ездил на пассажирском черве, но что там может быть такого ужасного? Зато в газетах наверняка напишут что–то вроде «Представитель «Бла–бла–бла Маг», Вестейн Винг, приятно удивил аскетизмом и заботой об окружающем мире, в то время как Истон Винг из «Ля–ля–ля Маг» явился в сопровождении целой делегации драконов и слуг, из–за чего не снискал уважения жителей Фейска и не получил выгодный контракт».
Тогда я даже расщедрюсь и подарю брату бутылочку коллекционного вина. С этикеткой ручной работы, на которой каллиграфией выведено «Поздравляю! Ты облажался!».
– Господин, до отправления червя осталось пять минут, – с улыбкой сказала проводница.
А до увольнения Аделиты вместе с Шушанной – меньше минуты.
– Простите! Простите, простите! – голос куколки звонко пронесся по платформе.
Она бежала из последних сил, таща в руках здоровенную сумку, набитую непонятно чем, и клетку с шиншиллой.
– Успела! Фух! Насилу вырвалась!
– Что, новые родственники приехали?
Аделита устало махнула рукой.
– Старые остались.
– А эта крыса обязательно должна ехать с нами? – поинтересовался я, кивнув на клетку.
– Конечно. Тотемное животное должно быть с хозяином, а то какое же оно тотемное? Кстати, она считает себя белкой, и лучше бы вам считать так же. Шушенька очень нервная.
– А я очень голодный! – рявкнул я. – И, кстати, очень уважаю тартар из свежего сырого мяска!
Куколка округлила глаза и на всякий случай прижала клетку к себе.
– Ой, а можно вас попросить подержать вещи? – спросила она. – Я сбегаю к голове и посмотрю! Никогда не видела пассажирского червя!
– Нельзя! – рявкнул я. – Быстро внутрь, пока я тебя не уволил, а крысу не сожрал!
Я даже развеселился, наблюдая за тем, как шустро Аделита нырнула по лесенке в кабину на спине червя. Я полез за ней и выругался сквозь зубы: для кого они делают эти вагоны?! Будь я на пару дюймов выше, я бы бился макушкой о потолок! Да и в проходе я едва помещался, то и дело сбивая косяки.
– Так… один, два, три, четвертое купе… Ой!
Что–то мне не понравилось это ее испуганное «ой».
Куколка застряла в дверях купе и, чтобы заглянуть внутрь, мне пришлось сунуть голову поверх ее плеча. Да, здесь было от чего прийти в замешательство: купе было маленьким. По мнению владельцев туннелей червями, видимо, путешествовали исключительно упыри–коротышки, которым не привыкать спать в маленьких гробиках.
Две полки крепились к стене, одна над другой. Вдоль другой стены была полка для багажа, а между ними крошечный столик.
Аделита поставила клетку с шиншиллой на багажную полку и осторожно присела рядом. Даже для нее теснота и уныние червяного купе оказались слишком.
– А–а–а… а как мы будем спать?
– Как голуби, на жердочке.
– А вы сверху или я?
– А сначала ты, потом я, потом стоя! – рыкнул я, чувствуя, что раздражение достигло предела.
– Да что вы злой–то такой! – возмущенно тряхнула светлыми кудрями Аделита.
– А ты не беси голодного дракона!
Она удивленно захлопала ресницами.
– А вы… голо–о–одный… а если я вас покормлю, вы будете приветливее?
– Где ты тут еду найдешь? Крысу свою зажаришь? Так в ней мяса мало, одна шерсть.
Куколка, к моему удивлению, с головой зарылась в сумке. На столик перекочевали вареные яички, завернутая в пергаментную бумагу ароматная копченая курочка, сушеные яблоки, кекс с изюмом, порезанное ломтиками вяленое мясо, сыр и четыре плюшки с сахаром. А в довершении – кувшин с компотом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я задумчиво посмотрел на небольшую с виду сумочку, в которую уместилось все это богатство, а куколка смущенно покраснела.
– Я пошла домой, чтобы захватить вещи, а там тетушки… пришлось рассказать, что я еду в командировку – и вот.
Она беспомощно развела руками над столом, с которого вот–вот норовила упасть курочка.
Шиншилла истерично забегала по клетке, поднимая в воздух какую–то шелуху.
– Чего это она? – поинтересовался я.
– Яблочек хочет, – вздохнула куколка.
Прекрасно. Шиншилле – яблочки, дракону – все остальное. Эта ассистентка даже начинает мне нравиться. Хотя… может, нанять вместо нее тетушек?
Глава третья
Наблюдая за шефом, с аппетитом уплетающим вареные яички, курочку, кекс и компот одновременно, я испытывала странное, доселе неведомое умиление. Как–то так мама радовалась, когда папа ужинал после тяжелого дня, нахваливая наваристый суп. Тогда я не понимала, что умильного в том, как взрослый мужик ест – он же делает это каждый день! А сейчас к собственному удивлению испытала моральное удовлетворение. И еще облегчение.
Когда бежала на червя, боялась, что умру со стыда, явившись в командировку с мешочком еды. Только привитое с детства уважение к съестному не позволило выкинуть всю выданную тетушками снедь по дороге. Я хорошо помнила годы неурожая. Но в черве не было холодных шкафов для хранения продуктов, и натертая деревенскими травами копченая курочка через пару часов начала бы неимоверно вонять. План был такой: найти самое голодное купе (червями часто ездят студенты в отдаленные регионы) и скормить все им.
Кто же знал, что самым голодным купе окажется наше!
Теперь можно было не бояться: Вестейн быстро уничтожил все, что могло испортиться. Я только слегка сочувствовала его будущей супруге. Все знают, что прокормить дракона сложно, но я не думала, что настолько!
Шушанна на что–то обиделась. Я сунула ей в клетку сушеных яблочек, а она повернулась мохнатой задницей и совсем не по–шиншилльски засопела. Что это с ней?
Впрочем, у меня были и другие поводы для раздумий. И нет, это вовсе не тетушки и родители, которые, когда я вернулась домой, попытались учинить мне допрос.
– Ни на какую работу ты не пойдешь! – отрезала тетушка Марбл.
– Это совершенно очевидно, Аделита, столица – не для тебя, – поддакнула тетушка Мейпл.
– Здесь слишком распущенные нравы. Много соблазнов для такой девочки как ты.
– Подумай о будущем! Где вот нам теперь искать того господина, воспользовавшегося твоей наивностью?
– Будем тебя жАнить! – припечатала Марбл.
– А не то останешься в девках до старости.
– Как вы, – ляпнула шиншилла, и в квартире повисла напряженная тишина.
– Кто это сказал?! – прищурилась тетушка Мейпл.
Я пожала плечами. Лучше пусть думают, что у них голоса в голове, чем узнают про Шушанну. Тогда сохранить секрет точно не получится. Это пока тетушки в столице никого не знают, но пройдет пара дней – а судя по всему, они и не планируют уезжать из моей квартиры – и весь город будет в курсе приезда моей родни.
Но в одном я была Шуше благодарна: пока обалдевшие от внезапного откровения тетушки молчали, я успела толкнуть вдохновляющую речь.
– Боюсь, я не могу уехать домой. И определенно должна ехать в командировку. Ведь я подписала серьезный столичный контракт, за невыполнение которого господин Винг – он дракон, кстати – меня серьезно оштрафует. Придется продать дом, огород, курочек, коровок, а может и всю деревню, чтобы расплатиться.
Тетушки побледнели, мама ахнула. Только папа что–то заподозрил, но мудро промолчал.
– Бедная Аделита! – воскликнула Марбл.
– Какие ужасные нравы! – охнула Мейпл.
