зашел во двор и негромко спросил, растягивая слова:
– Дя, вы спите?
– Кто еще?
– Согён. Из фотостудии.
– Ишь ты, так поздно?
Дверь в дом открылась, и во двор вышла старушка. Широкоплечая, с длинной шеей. Чеби стала внимательно ее рассматривать, стоя рядом с Согёном. Он объяснил ситуацию, затем расплатился.
– Два месяца, та комната – чиби, – произнесла старушка, указывая на пристройку.
– Чеби? Откуда вы знаете, как меня зовут?
– Да при чем тут имя? Чиби! – возмутилась хозяйка и зашла обратно в дом.
Согён объяснил:
– Чиби значит «ты, твой».
– Местный говор сложно понять.
Чеби печально вздохнула.
– А это не местный говор. Бабуля говорит на диалекте провинции Чолладо. Она приехала оттуда, здесь вышла замуж, – объяснил Согён и вставил ключ в замочную скважину.
Зайдя в комнату, девушка сняла рюкзак. Голова шла кругом: воспринимать говор местных и так сложно, а тут еще старушка, которая смешивает его с диалектом Чолладо. Вместо хозяйки об устройстве дома Чеби рассказал фотограф.
– Комнатка небольшая, но чистая. Есть ванная, можно принимать душ. Вот, сам прикручивал, – сказал он, указывая на лейку душа, и широко улыбнулся.
Ванная, стены которой были выложены из камня, как и весь дом, Чеби не понравилась, но другого выхода не было. Главное, чтобы была теплая вода.
– Спокойной ночи. Жду тебя завтра в девять.
– До свидания,– попрощалась Чеби и вдруг вспомнила, что хотела кое-что узнать.– А почему вы зовете хозяйку «дя»? Это ведь обращение к мужчине.[4]
– На острове принято так обращаться к пожилым людям, если у вас хорошие отношения. Вне зависимости от пола.
– Понятно, – кивнула Чеби.
– Ты заходи в дом.
Согён помахал на прощание. Только когда Чеби оказалась в комнате, он крикнул, что возвращается в студию. Белл, носившаяся по двору, громко тявкнула.
На следующий день Чеби проснулась рано – сон прервало нечто, упавшее ей на лоб. В полудреме она провела рукой по лицу и вдруг почувствовала что-то холодное и мокрое, извивающееся на коже. Чеби вскочила, громко закричав. На подушке лежала сороконожка, которая перебирала лапками в попытке перевернуться на брюшко. Чеби отпрыгнула на несколько шагов и завизжала так сильно, что, казалось, от ее крика развалится пристройка.
– Ишь ты, стряслось чего?
Хозяйка открыла дверь своим ключом и забежала в комнату.
– С-с-сорок… – Чеби не смогла продолжить и лишь тыкала пальцем на подушку.
Хозяйка облегченно выдохнула. Она взяла стоявшие в углу веник с совком и убрала насекомое. Затем достала из ящика скотч и внимательно осмотрела стену.
– Зараза, опять обоина отошла.
Старушка оторвала кусок скотча и заделала дыру. Было заметно, что место заклеивалось уже не раз.
– Чой-то воняеть? – Хозяйка без всякого смущения внимательно посмотрела на Чеби.
Запах шел от рюкзака и одежды, которые девушка забыла просушить перед сном. Вчера она настолько устала, что нашла в себе силы лишь почистить зубы.
– Скажите, а сколько сейчас времени? – спросила Чеби, придя в себя.
Бабуля из Мокпхо без лишних слов указала на часы, стоявшие на телевизоре. Они показывали половину восьмого.
– Отлично, как раз успею принять душ и постирать. А у вас есть сушка?
– У мя есть сушеная рыбка, сушеный пальцещуп, – ответила старушка.
– Да не такая сушка, а чтобы после стирки… – Чеби опустилась на колени, ощущая безысходность, и печально взглянула на хозяйку. – Можете одолжить свою одежду, пожалуйста?
В итоге из дома Чеби вышла одевшись, в белую блузку и длинную черную юбку, которые ей дала старушка. Взглянув в зеркало, она увидела, что под глазами налились синяки.
– Сильно я вчера врезалась в того парня…
Решив, что в этой ситуации мало чем поможешь, Чеби попросила еще и яркую широкополую шляпу в цветочек, которую обычно надевали во время работы в поле или огороде.
Переулки, утопавшие вчера в темноте, теперь простирались как на ладони. Стояла прекрасная солнечная погода, на небе ни единого облачка. Чеби направилась в студию, прячась в тени каменных оград. Когда она встречала кого-то из жителей деревни, то и дело кивала в знак приветствия, словно болванчик. Местные странно косились на девушку в ответ.
Стоило ей открыть дверь студии, как она тут же увидела Согёна. Он что-то писал в дневнике, но, когда увидел Чеби, тут же опустил ручку. Заморгав от удивления, фотограф вдруг громко рассмеялся.
– Ой, не могу! Простите!
Продолжая хихикать, он поднялся на второй этаж. Вернувшись, мужчина протянул Чеби солнцезащитные очки, улыбка не сходила с его лица.
– Лучше наденьте их вместо шляпы. Будете неотразимы.
Девушка послушалась и приступила к уборке: первым делом пропылесосила пол, затем аккуратно протерла полку, на которой стояли камеры, а после вымыла столики в зале. Через открытую дверь в помещение проникал легкий свежий ветерок. Все это время Согён с мученическим видом искал что-то в ноутбуке.
– Что вы там делаете? – спросила Чеби.
– Смотрю заявки клиентов. Сегодня тоже ни одной.
– Позволите взглянуть? – спросила Чеби, снимая фартук.
– Конечно.
Согён развернул к ней ноутбук. Девушка быстро проверила сайт фотостудии и несколько страниц в соцсетях. Как и сказал начальник, заявок не было. В глаза бросалось и небольшое количество фотографий на сайте – только висевшие на первом этаже студии.
Чеби тяжело вздохнула.
– Почему у вас настолько мало фотографий?
– Ну, я выкладываю лишь те, которыми полностью доволен.
Согён провел рукой по волосам.
– Так нельзя. Нужно выкладывать каждый день. По несколько штук, – решительно сказала Чеби, и сама удивилась своему напору. Девушка испугалась, что начальнику может не понравиться ее прямолинейность.
– Разве?
Было не понятно, согласился ли с ней Согён или, наоборот, возразил.
Опустив руку в карман, Чеби вдруг поняла, что там нет телефона. Нужно отдать гаджет в ремонт, причем сделать это получится только в среду, когда в фотостудии выходной. В итоге она смогла зайти в свой аккаунт в популярной соцсети через ноутбук.
– Ничего себе! У вас тысяча подписчиков! – изумился Согён.
Чеби пожала плечами. Тысяча – не так уж и много, хотя на фоне сорока подписчиков профиля фотостудии выглядит неплохо.
– Давайте я буду заниматься соцсетями. На вас – искусство, на мне – раскрутка.
Фотограф удивленно рассматривал ее. Видимо, он сомневался в успехе этого предприятия. Чеби решила действовать.
– Чем-то же придется выплачивать мне зарплату. К тому же на вас еще выплаты банку.
Согён покраснел.
– Имею в виду, что вам нужны деньги, и в этом нет ничего зазорного. Давайте я займусь рекламой фотостудии!
Наконец начальник кивнул. Сердце в груди Чеби забилось быстрее. На секунду она подумала, что еще никогда не занималась раскруткой бизнеса, но мысль быстро испарилась. Чеби почувствовала, что может все на свете, и расправила плечи, ощущая, как тело переполняет уверенность.
В книгах писали про веру в себя… Неужели это она и есть? —
девушка улыбнулась.
– А эти фотографии сделали вы? – спросил Согён.
– Что? А, да. – Чеби засмущалась. – Так себе, да? Просто иногда появляется желание сделать несколько снимков. У меня вообще нет таланта и…
– Нет, что вы. В каждом кадре чувствуется настроение. Вы любите фотографировать?
Чеби слегка кивнула.
– Продолжайте! Если получатся хорошие снимки, я повешу их
