имеющаяся у вас информация на Братину тени.
Такого они явно не ожидали, лица правителей стали растерянными.
— Вы получите то, что просите. Ваше сиятельство, — согласился Ставр после пятиминутных переговоров с остальными. — Но если вы надумаете развязать с Братиной войну…
— Война уже началась, — покачал головой Константин, — и не я ее начал, так что, да, я планирую обезопасить себя и дело, которое начинаю.
— Хорошо, — после недолгого обдумывания согласился Ставр. — Но прошу не втягивать в эту войну город.
— Сделаю все возможное, — принял условие Константин. — Ну что, приступим к составлению договора?
— Приступим, — улыбнулся глава совета. — С вами приятно иметь дело, Ваше сиятельство, своего не упустили, но и нас не обделили. Думаю, мы сможем вести дела и дальше.
— Этого и добивался, — улыбнулся в ответ Воронцов. — У меня к вам разговор наедине. Но сначала закончим с первым делом.
— Конечно, — согласился глава совета.
Закончили все довольно быстро, адвокатов и нотариусов тут не было, зато были правоведы, щуплый мужичок с плешью, в очках и с портфелем за полчаса составил договор сторон, который тут же размножил в четырех экземплярах. Еще пятнадцать минут Константин изучал его. Крутил некоторые определения так и эдак, внес две крохотные правки, которые, в принципе, всех устроили. И через час все было подписано.
Стороны ударили по рукам и распили бутылку дорого вина. Только советник, который заварил кашу с давлением на боярина, был мрачен и зло зыркал в сторону Воронцова.
Наконец, зал совета опустел, Ставр даже гвардейцев отпустил, и они остались с боярином наедине.
— Итак, Ваше сиятельство? — начал он.
— Давайте без титулов, Ставр Прохорович, — предложил боярин.
— Хорошо, Константин Андреевич, — согласился старик. — Зачем вам понадобилась эта встреча наедине?
— Прежде, чем начнем, удовлетворите мое любопытство, чем так важен для вас медный рудник, хоть и богатый?
— Никакой тайны, — пожал плечами Ставр. — Медь — отличный проводник, можно сказать, идеальный, ее используют для производства проводов, идущих от батарей до двигателей, и прочим устройствам. А эта шахта — единственная в наших горах, много всего в них добывают, но медь только там.
— Все понятно, — улыбаясь, покивал Воронцов, — меня опять обманули. Ну да ладно, снявши голову, по волосам не плачут. Забыли. Вопрос номер два — я начинаю большое дело, производство продукции, которая понадобится каждой хозяйке на кухне и в быту. Как вы смотрите на то, чтобы поучаствовать в этом деле финансово?
— Но вы вроде бы уже нашли партнера, хотя и сомнительной репутацией, — намекнул Ставр на Базыра.
— Да, но я не собираюсь складывать все яйца в одну корзину.
— Какая интересная аллегория, — усмехнулся глава совета.
— С моей родины, — отмахнулся Воронцов. — Так, что вы скажите?
— Это можно обсудить. Но только, когда у вас будет, что показать.
— Хорошо, — согласился Константин. — Остался самый последний и самый неприятный вопрос. Война.
— Война? — вздрогнув, повторил страшное слово Ставр. — Война с Братиной?
— О, нет, — покачал головой боярин. — Наш враг гораздо страшнее, чем любое барство наемных убийц. Тьма, идущая с запада.
— Фух, — облегченно выдохнул старик, — я уж думал, вы и вправду решили воевать с Братиной. А тьма, — он махнул рукой, — она приходит и уходит.
— Не в этот раз, — покачал головой Константин. — Вы ведь слышали о том, что тьма над одним из королевств так и не ушла? Так вот, она будет распространяться. Это точные сведения. Грядет война, но не за золото, власть и территории, война за выживание люда.
Ставр нахмурился.
— Вы услышали предсказание от какого-то уличного пророка или самозваного оракула? Они любят пугать такими вещами.
— Нет, — уверенно возразил Воронцов. — Тот, кто мне сообщил об этом, не имеет никакого отношения к балаганной братии и прочим сумасшедшим. Вы знаете о хранителях места силы?
Вот теперь глава совета помрачнел и по-настоящему напрягся.
— Они редко с кем-то разговаривают.
— Со мной разговаривают. А еще вот, — Константин состряпал правой рукой знак и, нащупав в себе дар Сварога, сотворил на ладони небольшой шарик истинного огня.
— О, боги! — выдохнул Ставр.
— Да, скоро в городе появятся люди, и слухи про меня. И эта тайна и еще кое-какая уйдет. Так что, я хочу, чтобы вы знали.
— Я понял вас, — с почтением произнес Ставр. — И я услышал ваше предупреждение. Город наш торговый, и купцы из него бывают и на западе. Я оповещу людей, которым можно доверять, пусть собирают всю информацию, касающейся тьмы.
— Благодарю, — вставая, произнес Воронцов. — Панику поднимать не следует, но незаметно готовиться можно начинать уже сейчас. Я не говорю, что тьма двинется на Рось уже завтра, нет, она чего-то ждет. Но примите то, что она уже здесь, и уже никуда не уйдет.
— Тьма страшна сама по себе, — подтвердил Ставр, — но ведь она не одна, в ней скрываются сильные враги. Спасибо за предупреждение, Константин Андреевич, я сделаю все, что в моих силах.
— Мне пора, — пожимая протянутую главой совета ссохшуюся ладонь, попрощался Воронцов, — это был тяжелый день.
— Конечно, Ваше сиятельство. Как только ваше дело обретет форму, милости прошу, вы показались мне серьезным человеком, и думаю, мы скоро увидимся.
Константин кивнул и покинул зал совета, где у входа все же скучала пара гвардейцев и секретарь.
— Машина ждет вас, Ваше сиятельство, — отвесив вежливый поклон, произнес Чеслав. — И если позволите, мне хотелось бы дать вам совет.
— Будьте любезны, пойдемте, вы меня проводите, а я по дороге вас выслушаю. — И Воронцов стрельнул взглядом в навостривших уши гвардейцев.
Чеслав кивнул и пошел рядом с Константином. Стоило им оказаться на пустой лестнице, как он тихо произнес:
— Ваше сиятельство, вам стоит опасаться Малка, это советник, который сидел с самого краю, и чьей идее было — надавить на вас. Он очень не сдержан, попал в совет интригами, связями и прочими не очень законными методами, его обвиняли даже в гибели некоторых людей, но доказать не смогли. Он не простит вам унижения.
— Я понял тебя, Чеслав, спасибо за предупреждение.
Секретарь кивнул, дальше шли молча. Машина была другой, вполне себе приличный автомобиль, но поменьше размерами, чем тот, что привез его сюда, и куда скоромнее. Но не телега, так что, не в ущерб достоинства боярина. Константину же было плевать на статусность тачки, не ногами топать до гостиного двора — и то хорошо. Хотя можно было бы и прогуляться, подумать, до ужина еще час, так что… Ну да ладно, в отеле посидит, помозгует, может, его спутники… А вот, кстати, и они. Фургон был припаркован метрах в ста от здания совета. Рядом с дверью, глядя на Воронцова, стояла Лада. Константин махнул рукой, указывая
