направление, и полез в предоставленную ему машину. Что ж, все понятно, видимо, они вернулись в гостиницу и там им поведали, что Константин уехал в компании крутых ребят. Ну его команда и решила, что его арестовали, и теперь наверняка вынашивала планы освобождения. Молодцы, можно на них положиться.
Улыбнувшись собственным мыслям, Константин слегка расслабился. Да, подустал он.
Компаньонов он дождался на крыльце «Вольницы». Обновив защиту, он устроился за одним из столиков и, достав сигариллу и прикурив, стал пролистывать газету, которую купил у пробегавшего мимо разносчика. Ничего нового насчет тьмы. Местные новости были побогаче. Особое внимание уделили его персоне — взрыв в гостином дворе стал местной темой номер один. Как и личность того, кого пытались взорвать. Что ж, если в городе до этого момента оставались люди, которые не знали о Константине, то теперь это не так, может, только глухо-слепые еще не в курсе.
— Что от тебя потребовалось совету? — спросила Лада, усаживаясь за стол.
— Позволите, Ваше сиятельство? — продемонстрировал манеры Горд, неодобрительно зыркнув на свою подругу. — Но та лениво отмахнулась, мол, меня это не касается.
— Садись, — пригласил Воронцов. — А в совет меня пригласили решить кое-какой вопрос по поводу имущества рода Воронцовых. Но это обсудим не здесь.
— Мы уж думали, тебя замели, прикидывали, как внутрь ворваться, — с улыбкой произнесла Лада.
— Я так и подумал, когда увидел фургон и тебя. Но нет, пока все нормально, и мы даже немного выиграли. — Он затушил окурок в пепельнице. — Пойдемте, нужно без свидетелей пообщаться, новостей море.
Все поднялись и направились к дверям.
— Осторожно, — мысленно закричала Юлия.
Константин резко обернулся и увидел, как солидный господин вскидывает руку с зажатым в ней пистолетом. Выстрел, и пленка из тени на секунду возникает прямо перед Воронцовым и поглощает пулю, словно та в воду канула.
— Беляш, захват, — скомандовал Константин, отталкивая замешкавшуюся Ладу в сторону и с разбега врезаясь в очередного убийцу, опрокидывая его ударом кулака в челюсть на каменный пол.
Падая, ушедший в нокаут, разломал плетеное кресло, на котором еще недавно сидел. Второго выстрела он сделать не успел, аркан прислужника захлестнул шею стрелка и тот, дернувшись, обмяк.
— А это начинает надоедать, — заметил Константин.
— Поддерживаю, — согласилась Калинина, поднимаясь и потирая ушибленное плечо. — Надо решать вопрос.
— Решим, — зло произнес Воронцов, прикидывая, что же делать дальше.
Глава 3
— Лада, ляг на пол, — приказал Воронцов — и отвернись так, чтобы была видна только спина. Горд, на колени рядом с ней, держи ее за руку, рожа максимально печальная. Ну, шустрее, пока сюда люди не сбежались.
— Что ты задумал? — следуя просьбе и еще не понимая, спросила Лада, ложась спиной к Воронцову.
Привычный к приказам Горд, не задавая вопросов, рухнул на колени, но боком, чтобы была видна только часть его лица.
— Тварь надо колоть быстро, как «В августе 44го», помнишь эпизод?
— Все, поняла. Действуй, — одобрила Калинина и отвернулась.
Константин ухватил пленника за грудки и приказал Беляшу убрать аркан. Убийца мгновенно открыл глаза и увидел в двадцати сантиметрах от себя обезумевшее лицо того, кого он должен был застрелить.
— Ты убил Ладу, — заорал он ему в лицо, тряся того за грудки, как тряпичную куклу. — Ты убил мою Ладу, — заорал он еще громче, глуша пленника, брызжа слюной тому прямо в лицо, и бешено вращая глазами. Тот хотел бы отодвинуться, но пальцы Воронцова железной хваткой сжимали лацканы камзола.
Константин держал его так, чтобы он видел спину Калининой. Горд, не будь дураком, игру подхватил.
— Она мертва, — прижав руку женщины к своему лицу, зарычал он.
— Ты убил, — уже рычал Воронцов.
На крыльцо выскочил служитель и кто-то из гостей, и растеряно застыли, наблюдая за происходящим, но бывший детектив не обращал на это никакого внимания, давил всем, чем мог, безумием, ненавистью, отчаяньем человека, который потерял самое дорогое. И стрелок сломался.
— Я не хотел, — завыл он, — мне приказали. Я не хотел убивать ее, только боярина. Я не мог отказать, я должен Малку деньги. Много, но он сказал, что спишет долг, — почти плача, лепетал незадачливый киллер.
— Кто? — от неожиданности Константин даже прекратил играть, но пленник это уже не замечал.
— Член совета Малк, — хныкал стрелок, — он вчера пришел в мой дом ночью и приказал убить. Я должен был это сделать еще утром, но не смог вас найти. И я решил дождаться вас…
Воронцов разжал руки, и тело несостоявшегося убийцы рухнуло на каменный пол.
Константин поднялся на ноги, он выглядел уже спокойным, от отчаянья потерявшего все человека не осталось и следа, словно он сорвал с себя маку.
— Вы будете свидетельствовать, — произнес он своим обычным голосом, добавив в него для эффекта немного надменности, глядя на своих спутников и человек пять, собравшихся на парадном крыльце свидетелей. — Зовите городовых и сыскарей. Беляш, фиксируй.
И снова шею убийцы захлестнул аркан, и тот мгновенно отключился.
— Я слышал выстрел, — удивленно произнес смотритель, — потом заметил небольшой пистолет, валяющийся рядом с телом. Вы не ранены, Ваше сиятельство?
— Нет, — улыбнулся Константин, — со мной все в порядке, а вот у члена совета Малка проблемы.
И тут смотритель гостиного двора улыбнулся.
— Наконец-то, теперь ему не отвертеться. А вот и городовой.
И тут завертелось. Сначала все было обычно, страж порядка записал показания, но как только свидетели повторили слова несостоявшегося убийцы, он стал бледным и, заявив, что это не его уровень, вытащил амулет мыслегласа. Через двадцать минут возле гостиного двора было не протолкнуться. Были тут и гвардейцы, и сыскари с дознавателем Проном, который в два счета расколол стрелка. В принципе, Константину даже не нужен был этот спектакль, он забыл про подобных умельцев. Но так все вышло гораздо быстрее.
Появился один из членов совета — ведун с длинными седыми волосами, самый старый из троих. Выслушав сообщение старшего над пятеркой гвардейцев, он только кивнул и бросил:
— Арестовать.
Константин же, сидящий в плетеном кресле, перехватив направленный на него взгляд ведуна, просто пожал плечами. Почему-то он был уверен, что ничего из этого не выйдет.
— Ты был великолепен, — произнесла Юлия, отвлекая его от гляделок с ведуном. — А что это такое — «В августе 44го»?
— Благодарю, боярышня, очень приятно слышать похвалу из ваших уст, хотя технически не уст, но… А «В августе 44го» — это фильм про войну, которая произошла около ста лет назад в моем мире.
— Фильм? — озадачилась Юлия. — А что это? Ты про такое не рассказывал.
Константин задумался. Как объяснить местной жительнице, которая радио-то считает верхом
