Клеймо на моей груди раскаляется добела, словно признавая своего истинного владельца.
И в этот момент я понимаю. Я не просто Сангвимонарх.
Я его королева.
Он полностью мой.
Обмен энергией - электрический, необузданный, как буря, сдерживаемая в пределах моей спальни. Хватка Уильяма железная, его укус - одновременно и агония, и экстаз. Моя кровь, моя сущность, моя сила Сангвимонарха вливаются в него, не просто восстанавливая его, но и перековывая. Он пьёт из меня и отдает что-то взамен - знания, древний резонанс, который встаёт на свои места, как последний кусочек головоломки.
Дело не только в том, что он становится материальным. Дело в том, что он становится чем-то большим, и при этом он раскрывает те стороны меня, о существовании которых я и не подозревала.
Си-Джей и Кассиэль застыли, наблюдая за происходящим с переменчивым выражением на лицах. Они чувствуют сдвиг, грандиозные перемены, происходящие по мере того, как мы с Уильямом становимся связаны так, что это выходит за рамки простого кормления.
Он отстраняется, его глаза горят в моих глазах, они больше не зелёные, а словно вихрь серебра и янтаря от эссенций, которые он взял у меня, а я взяла у Си-Джея и Кассиэля. Он твёрдый, ошеломляюще реальный.
И совершенно пугающий.
- Изольда, - хрипловато произносит он, и его голос звучит симфонией силы, бархатным рычанием, обещающим удовольствие и боль. Моё имя на его губах - не просьба, это утверждение.
Я не хочу сопротивляться. Я хочу погрузиться в этот водоворот, увидеть, куда приведет меня этот тёмный, кровавый путь, когда он будет рядом со мной. Тяга к Уильяму, к этой общей, чудовищной силе, неоспорима.
- Моя, - бормочет Уильям, обхватывая моё лицо руками с благоговейным собственничеством. - Моя тёмная судьба. Моя королева. Моё тёмное спасение.
От этих слов по моим венам пробегает электрический разряд. Эта связь между нами - не просто влечение или удобство, это признание. Это всё равно что взывать к себе подобным сквозь пустоту смерти и времени.
- Уильям, - выдыхаю я, сжимая в кулаках ткань его костюма столетней давности. Материал под моими пальцами настоящий, тёплый от тепла его тела.
Си-Джей позади нас откашливается с нарочитой угрозой.
- Как бы это ни было трогательно, у нас есть проблемы поважнее, чем твой воскрешающий роман.
- Блэкридж, - бормочет Уильям, а затем, в одну леденящую душу секунду, его отрывают от меня, возвращая к призрачной форме.
- Нет! - рычу я, и земля дрожит у нас под ногами.
Дрожь, которая пробегает по Серебряным Вратам от моей выходки, не просто эмоциональна, она сейсмическая. Окна дребезжат в своих рамах, и где-то вдалеке я слышу треск раскалывающегося камня.
Звонит колокол, звеня от силы землетрясения, разрывающего землю на части.
- Изольда, - резко говорит Си-Джей, приближаясь ко мне со своей вампирской скоростью и хватая меня за плечи. - Держи себя в руках.
- Я не могу, - рычу я, ярость и отчаяние борются в моей груди, когда я смотрю на теперь уже прозрачную фигуру Уильяма. Сила, которая текла между нами, эта восхитительная и ужасная связь, оборвалась, как провод. - Я хочу, чтобы он вернулся.
- Это произойдёт, - говорит Си-Джей. - Но ты не сможешь воплотить это в жизнь с помощью вспышки гнева. Мы видим, что это возможно, но нам нужно придумать, как сделать это постоянным. Поняла?
Я смотрю ему в глаза и киваю, сдерживая ярость и печаль из-за того, что потеряла Уильяма. У меня словно вырвали сердце.
- Я всё ещё здесь, - осторожно произносит Уильям, но я слышу в его голосе гнев. Он так же взбешён, как и я, но по другим причинам. Я хочу, чтобы он вернулся туда, где я смогу прикасаться к нему, чувствовать его, целовать его, кусать его. Он хочет вернуться, чтобы снова стать цельным, жить своей жизнью, вернуть то, что у него украли.
- Я найду грёбаный способ, - рычу я, глядя на свою мятую одежду, в которой спала. Я пожимаю плечами и засовываю ноги в ботинки, прежде чем вылететь из комнаты, зная, что мне следует подождать, пока ребята сопроводят меня к Блэкриджу, но какое это имеет значение?
Коридоры Серебряных Врат проносятся мимо меня, когда я несусь к кабинету Блэкриджа, и мои шаги отдаются эхом, как выстрелы в древний камень.
Студенты прижимаются к стенам, когда я прохожу мимо, ощущая опасную энергию, потрескивающую вокруг меня, как статическое электричество.
Ярость, пылающая в моих венах, - сила, требующая выхода, стремящаяся к разрушению. Каждый факел, мимо которого я прохожу, мерцает и гаснет. Каждое окно, мимо которого я прохожу, трескается посередине. Камни под моими ногами пульсируют в ритме моей ярости.
Я не стучу, когда подхожу к двери кабинета Блэкриджа. В этом нет необходимости.
Тяжёлая дубовая дверь распахивается при моём приближении, реагируя на неприкрытую властность, исходящую от моего присутствия.
Блэкридж сидит за своим массивным письменным столом и, похоже, совершенно не удивлён моим появлением. Он поднимает взгляд от тома в кожаном переплёте, его тёмные глаза оценивают мой растрепанный вид, серебристый свет всё ещё мерцает под моей кожей.
- Мисс Морворен. Ты рано.
- Я хочу покончить с этим. Что ещё вы хотите мне сказать?
- Не сказать, - отвечает он, приспосабливаясь к этой ситуации, которую ему навязали, как чемпион. Он встаёт и протягивает руку. Я смотрю на неё, а затем меня переносят глубоко под землю, подальше от моих парней, подальше от всех.
Я с беспокойством оглядываюсь по сторонам, осматривая помещение лабораторного типа, но сделанное сто или более лет назад.
Это кошмарная смесь викторианской науки и тайной магии. Вдоль стен стоят стеклянные шкафы, заполненные образцами, подвешенными в янтарной жидкости, - вещами, которые, возможно, когда-то были живыми, но теперь находятся в гротескном состоянии между жизнью и смертью. На каждой поверхности громоздится старинное оборудование, латунные и медные штуковины, о назначении которых я даже не догадываюсь.
В центре стоит смотровой стол, который более точно можно назвать алтарём. Он вырезан из цельного куска обсидиана, на его поверхности выгравированы символы, которые слабо светятся серебром.
- Что это за место? - спрашиваю я, и мой голос эхом отдаётся в похожем на пещеру пространстве.
- Оценочная камера, - отвечает Блэкридж, подходя к шкафу и извлекая оттуда какие-то хирургические инструменты варварского вида, но изготовленные из материалов, которые я никогда не видела, не совсем из металла, не совсем из камня. - Созданная когда только были построены Серебряные Врата, и модифицированная на протяжении многих лет, с точной целью документирования и каталогизации исключительных способностей.
- Вы имеете в виду, препарируя их, - поправляю я, невольно отступая на шаг.
- Ничего настолько грубого, - он раскладывает инструменты на маленьком столике рядом с обсидиановой плитой. - Пожалуйста, сними верхнюю одежду и ложись лицом вниз на стол.
- Чёрта с два.
Блэкридж вздыхает, выглядя почти разочарованным.
- Мисс Морворен, мы можем продолжить сотрудничество с тобой или без тебя. Оценка будет проведена в любом случае.
Я обдумываю свои варианты. Если я выпущу его на волю здесь, под землёй, то могу обрушить всю академию на наши головы. Я не совсем уверена, что это было бы лучше, чем... это.
- Что именно вы собираетесь со мной сделать? - спрашиваю я, чтобы выиграть время и оценить слабые места и пути отступления.
- Я собираюсь составить карту твоей силы, - объясняет Блэкридж, поднимая тонкий стержень из серебристого металла с острым, как игла, концом. - С помощью процесса, называемого рунической телеметрией. Это позволит мне составить каталог конкретных проявлений твоих способностей, чтобы точно понять, кем ты стала.
- И для этого вам нужно проткнуть меня этим?
- Шипы должны быть вставлены вдоль твоего позвоночника, в точках расположения семи основных чакр. Твоя сила, сила каждого человека, течёт по этим каналам, и это единственный способ точно измерить её.
