пиджак. Его рукава болтались почти до земли.
— Ферязь, — с почтительной улыбкой ответил продавец. — Самая модная одежда в этом сезоне. К ней замечательно подойдут малиновые шаровары и косоворотка.
— Убери это, — строго ответил я. — Принеси нормальный костюм и рубашки.
— Но так сейчас ходят только в провинции, — с сожалением вздохнул продавец.
— Значит, побуду провинциалом, — отрезал я. — Это лучше, чем красоваться огородным пугалом.
Мы провозились не меньше часа, но я остался доволен. Из зеркала на меня смотрел настоящий аристократ.
Светлый летний кафтан с широким поясом, на котором удобно носить меч. Белая рубашка с небрежно расстегнутым воротом, и не стесняющие движений брюки.
Костюм отдаленно напоминал военный мундир, но так одевались все аристократы.
Образ удачно дополнили бежевые летние сапоги из мягкой кожи и такой же чемодан.
— Отлично! — одобрительно кивнул я продавцу, расплачиваясь банковской картой. Для этого ее потребовалось приложить к специальному магическому символу, который был нарисован прямо на прилавке.
Удобно!
Покупки обошлись мне почти в сотню серебряных червонцев, но дело того стоило. Не являться же в Родовую палату оборванцем!
* * *
В кафе неподалеку я заказал завтрак — яйца под голландским соусом, а к ним слабосоленую семгу.
— Никита, возьми шампанского! — тут же заныл неугомонный Ксантипп. — Или хотя бы пива!
Но я шикнул на демона и велел официанту принести кофе.
— Черный, двойной и покрепче.
Сел за столик на открытой летней веранде и стал неторопливо пить кофе, демонстрируя себя всем желающим.
Пока я завтракал, мимо дважды прошли гвардейские патрули, и один раз проехала машина с гербом на дверце. Мною никто не интересовался, не спрашивал документы и не порывался утащить в тюремный застенок, несмотря на мрачные прогнозы Ильи.
Похоже, граф Орлов решил не пороть горячку и понаблюдать, что я буду делать.
— Как думаешь, Умник, почему граф выжидает? — спросил я своего штатного демона-менталиста.
— Возможно, он считает, что ты действуешь не один, — осторожно ответил Умник. — И теперь пытается понять, кто за тобой стоит.
— Вот и я так думаю, — довольно кивнул я. — В таком случае осторожное поведение покажется ему подозрительным.
— Это всего лишь предположение, Никита! — запротестовал Умник.
— А вот мы его и проверим. Есть предложения, как выехать из города максимально заметно? Только без взрывов, пожаров и других фейерверков.
В этот момент с реки донесся заливистый пароходный гудок.
— Отбой, Умник! — довольно улыбнулся я. — Я уже все придумал.
ИНТЕРЛЮДИЯ. ГРАФ ОРЛОВ
Граф Алексей Федорович Орлов лично наблюдал, как конюх чистит его любимого жеребца. Каждое утро, возвращаясь с конной прогулки, она задерживался на конюшне и следил, чтобы жеребец был вычищен на совесть.
Гнедой Ураган фыркнул и нетерпеливо переступил тонкими, но сильными ногами.
— Тихо, Ураган, тихо! — ласково сказал граф, похлопав жеребца по сухой морде. Достал из кармана яблоко и протянул Урагану. Конь осторожно взял мягкими губами угощение, и тихо заржал.
— Умница, Ураган, молодец! Князь Удальцов сегодня предложил мне десять тысяч червонцев, если ты покроешь его племенную кобылу. Представляешь? А вот хрен ему, правда, Ураган? У нас и свои кобылки найдутся. А Удальцов пусть покупает жеребенка.
— Ваше сиятельство! — раздался за спиной графа тихий невыразительный голос.
Орлов резко обернулся.
— А, это ты, Арнольд Тимофеевич! Что, есть новости про Волкова?
— Есть, ваше сиятельство! Два часа назад он неожиданно объявился в Курове. Патруль видел, как он завтракал в кафе.
— Его не спугнули? — резко спросил граф.
— Нет. По моему приказу гвардейцы даже не подходили к Волкову.
— Хорошо.
— После завтрака Волков пошел на пристань и купил билет на пароход, идущий в Столицу. Каюта первого класса.
— Так-так.
Граф Орлов задумчиво барабанил пальцами по деревянной загородке. Забытый Ураган обиженно фыркнул и потянулся губами к уху хозяина.
— Арнольд Тимофеевич, на пароходе должен быть твой человек. Пусть следит за каждым шагом Волкова.
— Уже сделано, ваше сиятельство.
— Удалось узнать, где он скрывался ночью? И где этот… которого он освободил из тюрьмы?
— Иван Торопов? Нет, его мы пока не нашли. Где скрывался Волков, тоже не установили.
— Так выясните!
Граф повысил голос, и Ураган испуганно отпрянул. Арнольд Тимофеевич даже глазом не моргнул, преданно глядя на хозяина.
— А не может Волков быть связан с Пилигримами? — предположил граф.
— Проверю, ваше сиятельство.
— Подожди, как фамилия этого Ивана? Торопов?
— Да.
— Он связан с ликтором Ильей Тороповым?
— Так точно, ваше сиятельство. Иван Торопов — его правнук.
— Всеблагие демоны! Ты понимаешь, чем это может обернуться? Носом землю рой, но разыщи Торопова! А за Волковым пусть следят днем и ночью. Только так, чтобы он не заподозрил.
Глава 3
Возле городского причала стоял белоснежный пароход.
Изящный корпус судна опоясывала цепочка круглых иллюминаторов. Широкие окна палубной надстройки сверкали на летнем солнце. Надраенные до блеска стекла были вставлены в прочные латунные рамы.
Вот на этом красавце я и отправлюсь в Столицу! Неторопливое путешествие на комфортабельном пароходе — именно то, что нужно, чтобы сбить с толку ищеек графа Орлова.
С причала на борт теплохода были перекинуты широкие сходни с перилами из толстого плетеного каната. Пароход покачивался на невысокой речной волне, и сходни с шорохом терлись о причал.
Возле трапа, проверяя билеты, приветливо улыбался служащий в белом кителе. Рядом с ним мрачно застыли два гвардейца.
Не иначе, они стояли здесь по мою душу!
— Никита, мы на нем поплывем? — неожиданно спросил Циклоп.
В голосе огромного рогатого демона я услышал боязливые нотки.
— Ага, — рассеянно ответил я, оглядываясь в поисках кассы.
— А чем плохо на поезде? — не унимался Циклоп. — Можно взять отдельное купе, поиграть в шахматы.
— Возьмем отдельную каюту, — успокоил я демона. — Правда, шахматы не обещаю. Начинаются другие игры, и сейчас — мой ход.
— Не нравится мне вода, — упрямо сказал Циклоп. — Она мокрая и холодная.
— Естественно, — согласился я. — Где ты видел сухую воду?
— Я демон Огня, мне на воде неуютно. И Волк беспокоится.
— Обратись к Проныре, — предложил я, — и возьми у него пару уроков медитации и просветления. Он, между прочим, тоже демон Огня, а помалкивает.
— А я
