- Они не выбирают, они находят! И предполагаемая партнерша даже думать не должна о том, чтобы отвергнуть подобный союз, так как при таком раскладе вейла погибает, а никто в мире не может стать парой счастливее, чем вейла и её партнер. Но это все пустая болтовня, в чем смысл этого допроса? - сердито воскликнул Северус, снова отодвигаясь от Люциуса.
С легкой, невидимой Северусу улыбкой Люциус двумя руками притянул мальчика к себе и нежно прошептал ему на ухо:
- Мой партнер - ты.
- Если вдруг ты не заметил, мистер вейла, я - мальчик, - саркастически протянул Северус.
- Во-первых, меня зовут Люциус, а во-вторых, ты действительно мой партнер...
В спальне повисла оглушительная тишина, нарушаемая лишь заметно ускорившимся дыханием Северуса.
- Это шутка? - спросил мальчик подавленно, первым прерывая молчание.
- Нет. Ты - мой партнер. И ты уже стал для меня всем.
- Но... вообще-то... ммм... вейлы физически близки со своими партнершами... партнерами...
Сердце Люциуса сжалось при этих словах, которые, по большему-то счету, произнес ещё совсем ребенок.
- Магия вейлы выбирает человека, который идеально ей соответствует, - тщательно подбирая слова, ответил он. - В данном случае, ты являешься тем, кто идеально подходит именно мне... Северус, твой день итак был слишком длинным и трудным, почему бы сейчас тебе не лечь спать?
Задавая этот вопрос, Люциус снова протянул мальчику флакон с сонным зельем, и Северус, внезапно резким движением выхватив склянку из его ладони, бросил её в противоположную стену, да так сильно, что она с оглушительным звоном разлетелась на мелкие осколки.
- Я не хочу спать! - процедил он сквозь сжатые зубы. - Я хочу знать, почему я оказался там, точнее, почему я был помечен, прежде чем... до того, как...
- Прежде чем там появился я? Как бы мне тебе объяснить? Потому что Господин мне...
- Потому что ты называешь его Господином, быть может? - неистово прервал его Северус. - Как это и делает любая послушная собака?
- Если я так не говорю, то получаю весьма жестокое наказание. Знаешь ли, я не люблю боль. А сейчас, Северус, ты должен меня очень внимательно выслушать, - твердо произнес Люциус, чуть повысив голос и напустив на себя свой привычный высокомерный вид. - Да, я служу Волдеморту. Да, я исполняю его приказы. Да, ты получил Метку, потому что являешься моим партнером, а Лорд посчитал, что будет лучше контролировать меня, если заклеймит одного их моих партнеров...
- Одного из...? - Северус поперхнулся воздухом и закашлялся.
- Позже вас будет двое. Я не просто вейла, Северус. Я - высшая вейла. Но прежде всего я нуждаюсь в некоторой уверенности.
Люциус заставил Северуса повернуться к нему лицом и погрузил свой взгляд в эти необыкновенные черные глаза, которые уже один раз заставили его потерять почву под ногами. Малфой без угрызений совести применил легилименцию, чтобы убедиться в том, что его партнер не сочувствовал идеям Лорда. Люциуса охватил гнев, когда он, просматривая некоторые воспоминания Северуса до Хогвартса, увидел, как дурно отец обращался с ним и его матерью. Салазар, его детство совершенно было лишено любви! Как при жизни матери, которая, без памяти влюбленная в своего мужа, всегда выбирала его сторону по отношению к их сыну, так и после её смерти, когда жизнь Северуса стала во много крат хуже, хотя, казалось, это было уже невозможно.
После того, как Люциус все же покинул разум своего партнера, тот сразу яростно вскричал:
- Что ты сделал?
- Я убедился, что у тебя не было стремления по собственной воле присоединиться к Темному Лорду. У меня не было выбора, - продолжил Люциус, немного ослабляя свои объятия, чтобы лишний раз не волновать мальчика, - ведь ты находишься здесь, в доме, о котором Лорду ничего неизвестно. Так как ты - мой партнер, ты - моя жизнь, я должен собрать как можно больше преимуществ, чтобы победа точно была на моей стороне, когда я решу, что пора выступить против Волдеморта. Это опасный, длительный процесс, но я, высшая вейла, отказываюсь всю жизнь сгибать спину перед полукровкой!
- А что насчет меня? Раз я полукровка, то, значит, ниже тебя? - презрительно бросил мальчишка.
- Нет, ты - мой партнер. Мы равны.
- А если я откажу? - с вызовом спросил Северус.
- Это твое право, твой выбор, - тщательно следя за своей интонацией, ответил Люциус. - В шестнадцать лет на твоей совести будет мертвый человек, не считая того, что Лорд отомстит, заставив тебя понести полную ответственность за смерть волшебника, по крайней мере, равного ему по силе, если не мощнее, но Волдеморт так не считает, конечно. Ты рискуешь дорого заплатить за неверное решение. И болезненно... мучительно болезненно.
Люциус был очень жесток, он знал это, но у него, опять-таки, не было другого выбора.
Эти слова стали для Северуса последней каплей, нерва его не выдержали, и он громко зарыдал, уткнувшись лицом в плечо Люциуса. Мальчик что-то бессвязно бормотал, и Малфой снова закутал его в свои крылья.
- Я никогда больше не хочу туда возвращаться, - между двумя всхлипами прошептал Северус.
- Тебе придется туда вернуться. Но ты мой партнер, и уже только поэтому, Северус, ты очень сильный, ты выдержишь. И затем, два месяца каникул я выторговал - они только для нас. Никого не будет кроме нас двоих. Я научу тебя всему самому необходимому.
Спустя несколько минут, показавшихся Люциусу вечностью, Северус, укачиваемый сильными руками и шелковыми крыльями вейлы, успокоился.
- Как вообще возможен подобный союз? - вдруг шепотом спросил Северус, и щеки его покрылись ярким румянцем смущения.
Сначала Люциус не понял, что мальчик имел в виду, но через мгновение до него дошло: Северус совершенно не представлял, как проходил секс между мужчинами...
- У нас есть на это время, - ответил он успокаивающим тоном. - Я все тебе расскажу и покажу, когда ты будешь готов...
Люциус на сто процентов был уверен в том, что если бы он сейчас принялся объяснять своему партнеру все детали, тот точно бы отверг его, принимая во внимание все то, что пришлось пережить Северусу за сегодняшний день.
Люциус продолжил укачивать Северуса в уютном коконе из своих рук и крыльев, ласково шепча мальчику на ухо о том, как сильно он дорожил им, насколько сожалел об этой Метке на его нежной коже, и о том, что он сделает все возможное, чтобы помочь ему пережить все, уготовленные им судьбой, испытания. Люциус вздохнул с облегчением, когда ощутил, что тело в его руках отяжелело, а дыхание Северуса стало размеренным. Для перестраховки переждав ещё полчаса, мужчина осторожно улегся на кровать, ни на секунду не переставая обнимать своего мальчика. Спать в одежде было не очень комфортно, но Люциус, не желая шокировать Северуса, не стал рисковать и раздевать того во время сна. Впервые после того, как ему исполнилось шестнадцать лет, Люциус спокойно заснул, без малейшей тревожной мысли в голове, но с улыбкой на губах.
