у Пашки деньги на эскорт? Он даже пиво покупал на мои.
— И не только пиво, малышка, — с усмешкой отзывается Анжела. — Мужчины любят поболтать, когда знают, что их слушают.
Она вдруг становится гораздо циничнее, и это плохо вяжется с лёгкомысленным сарафаном и общим видом. Чувствуется, что и эту Анжелу жизнь не раз била по темечку.
— Что это значит? — хмурюсь.
— Что ты платила не за квартиру. Всего доброго, Алексей Глебович, — она мгновенно возвращается в амплуа кошки. — Я не перестаю надеяться.
Но Тигр лишь кривится и отходит с проёма, пропуская Анжелу так, чтобы не коснуться.
А в моей голове полный бардак. Не за квартиру? Но как? Я же… Пашка ведь…
Неужели он мне врал? А я, дура, даже не думала сомневаться, когда он сказал, что родители не хотят принимать деньги за аренду из моих рук. Как же, я ведь украла единственного сына. Испортила. Соблазнила.
Но если Анжела права, а в ней я почему-то не сомневаюсь, то выходит…
— Собирайся. Мы уезжаем.
Глава 8
— Да никуда я с вами не поеду! Кто вы, вообще, такой, чтобы…
В следующий момент я захлёбываюсь собственным возмущением, потому что этот дикарь берёт и перебрасывает меня через плечо.
— Да вы с ума сошли! Пустите!
Но ему плевать на мои просьбы.
— У тебя было время, красивая, — хмыкает Тигр и шлёпает меня по заду.
От неожиданности и наглости я затыкаюсь и глупо открываю и закрываю рот весь оставшийся до машины путь.
— Документы, — только и могу выдавить, когда он ставит меня перед своим чёрным монстром на радость всем пенсионеркам. — Там остались мои документы.
Почему-то кажется, что в эту квартиру я уже не вернусь. Ощущение безнадёжности и незащищённости накрывает волнами. В груди сдавливает, я обхватываю руками плечи.
— Одно правило. — Тигр блокирует меня между своими ручищами, которые он упирает в кузов. — Ты со мной не споришь, не огрызаешься и подчиняешься командам.
— Это три правила, — бурчу. — И я не собака, чтобы подчиняться.
При этом мой взгляд направлен вдаль, а голова повёрнута влево. Иначе мы просто соприкоснулись бы носами. И если Тигру на это плевать, то меня потряхивает от его близости. Хуже того, я больше не чувствую ни жары, ни прилипшей к телу рубашки.
Только его аромат. Что-то кедровое, что заставляет задыхаться от невозможности пропитаться этим запахом и, одновременно, переносит в дождливый лес, из которого не хочется выбираться.
Я никогда не любила дождь. А теперь дышу им.
— Ты не собака, красивая, — он с прищуром качает головой. — Ты маленькая беззащитная девочка, которую обидит любой мудак. Один уже был. И будет следующий, но попозже.
— Почему попозже?
Взгляд всё ещё отвожу, но чувствую, как мощное тренированное тело придавливает меня к двери. Резко поворачиваю голову, чтобы сказать хоть что-то, но на мгновение касаюсь его губ своими.
В голове тут же вспыхивает наш тет-а-тет в больнице. Чувствуя, как намокает бельё, стараюсь максимально отодвинуться от наглого хищника, но куда там.
— Потому что ты будешь моей, — хрипло усмехается Тигр мне в ухо.
— Но я не хочу! — отчаянно. — Я не просила…
— Бить морду твоему бывшему? Не просила. Но у тебя нет выбора. Ты. Будешь. Моей. Потому что так хочу я.
От уверенного, привыкшего подчинять тона, мурашки не просто бегут по коже, они задевают что-то внутри меня. И оно начинает вибрировать, настраивая меня на пошлую, слишком откровенную мелодию.
— Но для начала ты притворишься моей невестой. Андестенд?
Все мои реакции ничто по сравнению с его. Пока я пытаюсь придумать достойный и правильный ответ, вдруг оказываюсь свободной. Тигр открывает передо мной переднюю пассажирскую дверь и сверлит взглядом.
— А если я откажусь? — голос дрожит.
Я ни черта не понимаю. Зачем ему я? Неужели нельзя было нанять ту же Анжелу? О, уверена, она исполнила бы всё, Тигру стоило только намекнуть. Но нет, он требует меня. И подчинения.
Умею ли я подчиняться? Последние пять лет я только этим и занималась. Только больше не хочу. Не после того, как моей гордостью вытерли потёртый линолеум квартиры, за которую не надо было платить.
— Поедешь сзади и в наручниках, — поднимает бровь Тигр.
И не знаю, кто этот мужчина, но его слова не расходятся с делом. Мне хватило нескольких часов, чтобы это понять.
— Вы ужасный, — прикусив губу, я всё-таки устраиваюсь на сидении.
В конце концов, сюда я больше не вернусь, просто не смогу, работы у меня нет, а родители не желают видеть меня не только дома, но и в своей жизни.
— А ты мечтала о принце на белом коне? — хмыкает он.
Засматриваюсь, как легко и уверенно он выруливает из узкого, заставленного машинами двора.
Принц у меня уже был. Я думала, что он принц. Но оказалось, Пашка такой же, как все — ни на что не годный, способный только ныть и требовать мужичонка. Хотя даже до этого звания он явно недотягивает.
И другого такого я действительно не хочу.
Но и Тигра не хочу.
Точнее, хочу, но боюсь. Его грубости, его силы, его наплевательского отношения на всё и всех вокруг. Кто ещё способен заняться сексом в чужом кабинете с открытой дверью? Кто ещё додумается проникнуть в чужую квартиру и избить незнакомого человека? Кто ещё присвоит себе ничем не примечательную девушку без работы, семьи и даже груди третьего размера?
У Тигра явно что-то не так с головой. И я не хочу выяснять, что именно.
— Я не принц, красивая. Я дракон. И чем быстрее ты это поймёшь, тем лучше.
Да, на дракона он похож. Но на Тигра всё-таки больше.
— Зачем я вам?
Сцепив пальцы на коленях, осознаю, что у меня не только документов, у меня даже сменного белья нет. Да и рубашка до сих пор держится на одной пуговице. Чудом, не иначе.
— Зачем я вам?
— Мне нужна невеста на вечер. Ты подвернулась очень кстати. Тем более, Лопатин подтвердил, ты чистая.
— А вы что, всех своих девушек проводите через врача? — огрызаюсь. — Полный чекап перед постелью?
— У меня нет девушек, — усмехается.
Мы тормозим на светофоре, Тигр поворачивается ко мне.
— Только те, кого я трахаю.
От грубости меня бросает в краску. Щёки обдаёт кипятком, который медленно переползает на шею.
— Кто вы такой? — спрашиваю почему-то шёпотом.
— Алексей Глебович Тигров, — вдруг отвечает он. — Владелец охранного агентства “Беркут” и грёбаный спаситель этого города.
Глава 9
Новая информация плохо укладывается в моей голове. Владелец охранного
