лежали черствые куски черного хлеба.
Я не поняла, это что такое?!
Две служанки, сидящие за столом и уплетающие похлебку с мясом, захихикали, провожая меня насмешливыми взглядами. То есть вот так в этом доме всегда кормили бедную девочку? Даже хуже, чем всех остальных слуг, таких же работников, как и она? Тогда понятно, почему это тело такое тощее. Интересно, это приказ хозяев или инициатива самой кухарки? И почему она не пожаловалась тому же дворецкому? А может, тут все так с ней обращаются и без толку кому-то что-то говорить?
Но, глядя в хитрые глаза поварихи, начала сомневаться, что приказ спустили сверху, а посему…
Молча взяв миску со стола, я просто подошла к ней и вылила эту жижу прямо тетке под ноги.
- Ты что творишь, ненормальная?! - завизжала та, отшатываясь назад. - А ну убирай давай, дурочка юродивая!
Я молча сделала пару шагов к плите, взяла чистую тарелку и налила себе нормальной похлебки, а потом села за большой стол, взяла ломоть хлеба и начала спокойно есть.
- Ты… Ты! - хватая воздух ртом, зашлась в крике кухарка.
Но прежде чем она продолжила, я посмотрела на нее. Точно так же, как смотрела на Зельду в гладильне, как смотрела на своих подчиненных, когда еще работала до замужества, и просто на тех, кто нарывался на неприятности… А за взгляд этот меня в прежнем мире мои коллеги ведьмой между собой называли, это я сама как-то услышала случайно.
Повариха захлебнулась словами и отшатнулась, осеняя себя каким-то знаком, а вокруг меня за столом мгновенно образовалась зона отчуждения.
- Не смотри на меня так, сумасшедшая! - выпалила она, ища взглядом поддержки у остальных. - А ну пошла в свой угол!
Я в ответ на это лишь наклонила голову к плечу и мило улыбнулась.
Видимо, мило не получилось, потому что повариха резко взбледнула и рванула с кухни так, будто за ней черти гнались.
- Нет, ну всегда была странная, а теперь… Как головой стукнулась, так вообще страшно смотреть в глаза, - прошептал кто-то из служанок в сторонке.
Толпа быстро рассосалась, а я наконец-то смогла спокойно поесть.
Нет уж господа-товарищи. Это прежнюю Лиску вы шпыняли, гадостью кормили и гнобили. Теперь придется отвыкать. Хотя на рожон я, конечно, лезть не буду, просто отвоюю себе более-менее нормальное существование. А то совсем уж мрак был у моей предшественницы.
Глава 6
Доев похлебку, я вдруг с удивлением обнаружила, что часть мяса оказалась отложена на кусок хлеба, и моя рука уже тянется за тканевой салфеткой, чтобы завернуть этот «бутерброд».
Хм, и чего это я? Вроде ведь наелась? Или это мозг требует запастись перекусом на тот случай, если в следующий раз не удастся отвоевать нормальную еду? Ладно, на всякий случай прихвачу заначку, мало ли как день закончится.
Встав из-за стола, я, как и другие слуги, отнесла тарелку в мойку и поспешила убраться с кухни. Кто знает, что в голове у этой кухарки. Вроде испугалась меня, а как дальше себя поведет, неизвестно.
Зайдя в помещение гладильни, я увидела Мару. Девушка сгружала на пол две корзины с цветным бельем. Все, что я успела погладить в первой половине дня, уже исчезло со столов.
- Вот тут еще старшая горничная передала, - махнула она рукой в сторону корзины. - Это то, что сначала нужно залатать, прежде чем выглаживать.
Не поняла, Лиска у них тут не только за гладильщицу была, но еще и за швею? Странно, по идее, в замке должна быть своя швея с помощницами. Чем они тогда занимаются? Или дырки в простынях латать им не по статусу?
- Ты забыла, как это делается? - неправильно интерпретировала мой взгляд девушка. - Прости, с этим помочь не могу. Из всех слуг только у тебя есть магия, чтобы восстанавливать ткань, а я не знаю, как ею пользоваться, и вряд ли кто-то сможет тебе помочь с этим.
Да уж, снова придется заниматься интуитивной распаковкой файлов в своей голове.
Поблагодарив Мару кивком и дождавшись, когда она уйдет, я достала из корзины красивое шелковое покрывало с изумительными узорами, на котором зияло несколько прорех. Это каким же криворуким нужно быть, чтобы так испортить дорогую вещь? Тут даже самая аккуратная швея не зашьет так, чтобы не было заметно! Может, потому и принесли мне, чтобы потом спихнуть вину за то, что этой вещи невозможно вернуть прежний вид?
Разложив покрывало на одном из столов, я наклонилась, разглядывая повреждения и прикидывая, как можно соединить концы разрывов. И тут память тела снова включилась сама собой.
Тонкая нить моей силы потянулась от рук к ткани. Пальцы сами собой зашевелились, как будто шьют невидимой иголкой, и рваные края вдруг начали потихоньку восстанавливаться, а в некоторых местах, где не хватало длины порванных нитей, эти самые нити стали просто наращиваться! Вот это просто вау!
Стараясь не слишком анализировать что и как я делаю, чтобы не потерять концентрацию, я медленно латала ткань, восстанавливая узор. Одна прореха, вторая, третья… Через час покрывало было как новенькое, но устала я так, будто сама разгрузила целый вагон!
Да уж, а магия, оказывается, прорву энергии жрет, после чего накрывает дикая усталость и нечеловеческий голод. Желудок мой начал выводить громкие рулады, и тут я вспомнила о том самом «бутерброде», что прихватила в обед из кухни. Наверное, это в очередной раз сработала память тела. Видимо, Лиска часто запасалась едой, чтобы не отключиться после такой энергетически затратной работы.
Достав салфетку, только собиралась откусить приличный кусок, как послышался скрип двери.
Вздрогнув, я обернулась ко входу, и увидела красивого белоснежного кота. Животное по-хозяйски прошлось по гладильне, будто проверяя, все ли в порядке, а потом направилось ко мне.
- Кис-кис! - хотела я позвать его, но снова только промычала, а потом потянулась погладить, но кот вдруг отпрыгнул в сторону и грозно зашипел, выгибая спину.
- О, твой Снежок вернулся! - раздался голос Мары. - Не видно его было целую неделю.
Я едва успела спрятать под стол мясо с хлебом, справедливо рассудив, что за еду на рабочем месте, где столько чистых выстиранных вещей, мне может крупно влететь.
- Ты успела хоть что-нибудь подправить? - спросила она. - Хозяйка лютует, не нравится ей, что пришлось в некоторые гостевые стелить на кровать обычные покрывала, а не шелковые.
Я молча указала на восстановленное покрывало.
- Ой, какая
