столе бумаги. После такого эмоционального монолога мне и сказать было нечего.
— Спасибо за разговор, — слегка поклонился я. — Вы доходчиво объяснили свою позицию, и теперь я буду смотреть на ситуацию не столь однозначно.
— Стой. Давай, рассказывай конкретнее, что ты там хотел?
Я описал результаты испытаний и повторил, что хочу испытать бомбы на территории диких земель. Добавил:
— Если мои бомбы покажут себя хорошо, люди смогут лучше справляться с духовным зверьем, смогут отбросить тварей назад и обезопасить территории. Понимаю, что это не связано с заботами секты, и вам сейчас не до того, так что не буду отвлекать вас.
Я снова развернулся, но не успел и шаг шагнуть к двери, как Линь раздражённо цокнул языком.
— Погоди, ладно уж. Давай так, Китт: я помогу тебе переместиться в дикие земли, но при одном условии. Если твои гранаты действительно окажутся столь мощными, как ты описываешь, ты будешь продавать их только нашей секте.
Не я один владею техникой «Врат ночи». Десяток таких бомб, доставленных в Вейдаде и перемещенных на территорию школы Небесного гнева, полностью уничтожат и ее, и весь «Золотой квартал». Как я и говорил, Сталевар вряд ли сделает бомбу лучше моей, но он же вряд ли сделает и хуже. Сомневаюсь, что у секты нет собственных запасов алхимического оружия в тайниках, но добавлять к нему еще и свои бомбы… Нет.
— Простите, мастер Линь, но я не хочу, чтобы такое оружие появилось в войне со школой. Я понял вашу позицию, но не хочу, чтобы уже секта вырезала школу под корень, уничтожив любое упоминание о ней.
Он бросил на меня тяжёлый взгляд и выдохнул с явным раздражением:
— Тогда хотя бы пообещай, что если я посчитаю твои бомбы достаточно мощными, секта по окончанию войны сможет приобретать их у тебя по той же цене, что и остальные покупатели.
Тут сколько угодно.
— Хорошо, мастер Линь. Если мои бомбы оправдают ваши ожидания, обещаю продавать их секте на равных условиях с другими покупателями.
— Тогда готовь свои бомбы, отправимся… Скажем, через пятнадцать минут. Думаю, могу уделить полчаса, чтобы поглядеть, на что ты потратил трое суток.
— Хорошо.
Этого времени мне как раз хватит, чтобы собраться.
Я вышел из кабинета мастера и направился к своей комнате, где уже ждал подготовленный заранее рюкзак. Внутри находилась бутыль с алхимической бомбой и кое-какие другие вещи, о которых мастеру Линю знать совершенно необязательно.
Я закинул рюкзак на плечо и покинул комнату.
Мастер Линь уже ждал меня у здания, внутри которого пряталась лестница, ведущая в подвалы секты. Он ничего не сказал, лишь коротко кивнул и, отворив дверь, двинулся вперёд. Я поспешил следом, ощущая, как с каждым пройденным метром окружающий мрак сгущается, окутывая нас приятным прохладным покрывалом.
Чем ниже мы спускались, тем холоднее становился воздух. Я отметил про себя, что при прошлом спуске здешняя сила казалась мне чуждой и даже враждебной — слишком далёкой от привычной практики секты Тьмы. Сейчас же это ощущение пропало: сила тени вокруг казалась нейтральной и даже близкой мне по духу. Возможно, дело в моих подросших рангах или же в том, что я обрёл сродство с тенью. Или даже сыграло сродство со льдом?
Кстати, надо будет попробовать совместить в бою тени и лед. Есть у меня кое-какие мысли по этому поводу, нужно только найти время на тренировки.
Путь вниз, в старые катакомбы, был долгим и мрачным. Подошвы шоркали по каменным ступеням, шуршали одежды, рюкзак при каждом неосторожном шаге бил по спине.
Я решил разбавить окружающую тишину:
— Мастер Линь, вы действительно пытались решить всё миром?
Он не замедлился и не повернулся, только бросил коротко и угрюмо:
— Да. Пытались.
Мне этого было мало.
— Если позволите, уточню: что именно вы делали? И почему не получилось?
— Мы начали с писем, — глухо сказал мастер. — Предупреждали о нарушениях границ, просили соблюдать договор о нейтралитете, спрашивали, как мы можем уладить ситуацию. В ответ — тишина. Не было требований, не было даже отписок. Когда мы обратились к нашему контакту в столице, пошли отписки. Школа утверждала, что не контролирует отдельных учеников, что мы «преувеличиваем». Что перемещения отдельных отрядов к Циншую — лишь тренировки. Мы всё равно пытались, Китт. Предложили пересмотреть границы влияния, создать нейтральные зоны. Им это не нужно. Они уже все решили.
— Не пробовали встретиться лицом к лицу?
— Попробуем, — дернул плечом мастер. — Вряд ли будет результат, но встреча запланирована через неделю. После всех отписок и увиливаний от встречи, их согласие даже подозрительно для меня.
— Будете встречаться в Вейдаде?
— Нет. Вейдаде и Циншуй не подойдут по понятным причинам. Скорее всего, поставим шатер в поле и уже там попытаемся договориться о мире. Чтоб ты знал — я все равно думаю, что если бы духовный зверь на горе возле Вейдаде проснулся, ситуация была бы хуже, чем теперь. При всех жертвах, при всех стычках на этой войне не погибнет и половина людей от того количества, которое могло бы погибнуть от зверя ранга Разумного или даже Мифического.
— А вы не думали, что школа может разбудить его, если начнет проигрывать? — задал я резонный вопрос. И Линь промолчал.
Наконец мы достигли знакомого зала с массивным алтарём из чёрного камня. Как и в прошлый раз, у меня возникло неприятное чувство чужого взгляда. Нечеловеческого, лишённого тела и эмоций, не знающего слабостей, присущих людям, но при этом безумно голодного.
Линь подошёл ближе к алтарю и начал переговариваться с духами на незнакомом языке. Я терпеливо ждал.
Наконец мастер Линь закончил разговор и положил ладонь на антрацитовый камень алтаря. Мир вокруг нас резко сместился — мгновение абсолютной пустоты и снова мы оказались в крохотной тёмной комнате, где пахло старой пылью и сыростью, а недвижимый воздух давил на грудь.
— Идём, — коротко бросил мастер Линь.
Я молча последовал за ним до стены, перегораживающей путь.
— Сам справишься? — спросил мастер без особого интереса.
— Конечно, мастер Линь.
Я не стал медлить: применил технику «Плащ теней» и легко просочился сквозь узкую щель в каменной стене, оказавшись на старых костях.
Интересно, почему их не похоронили, как подобается, или хотя бы не сожгли?
— Ну, пошли, покажешь результат своего алхимического гения, — сказал появившийся рядом мастер Линь.
Я снова перешел на теневую сторону и проскользил по теням, чтобы
