волоски, которые я видела в ту ночь, когда он дрочил Алеку у книжных шкафов в своём кабинете.
Образ этих загорелых рук на моих бёдрах всплыл у меня в голове. У меня перехватило дыхание, и ещё больше влаги залило моё лоно.
Ноздри Лакхлана раздулись. Мускул дёрнулся на его челюсти, и выражение его лица стало более напряжённым. Почти хищным.
О да. Лакхлан определённо был бисексуалом. Как я могла не заметить этого раньше?
‒ Хлоя, ‒ тихо произнёс Алек.
Я резко перевела взгляд на него, даже когда взгляд Лакхлана заставил мой клитор снова запульсировать. Мой ответ был скорее вздохом, чем звуком.
‒ Да?
‒ Мы не просто бисексуалы. Мы полиаморны. Тебе знаком этот термин?
На секунду я потеряла дар речи. Похоть горячей волной разлилась по моим венам, распространяясь на моё лоно и заставляя мои соски напрячься. Ощущения были настолько сильными, что граничили с болью. Я никогда в жизни не была так возбуждена. В то же время я не могла ясно мыслить. Воздух казался гуще ‒ как в моменты перед грозой. Реактивные двигатели гудели, наполняя комнату белым шумом, который приглушал и притуплял, делая всё мечтательным и плавным.
Алек ждал ответа, поэтому я сделала глубокий вдох.
‒ Вам нравятся несколько партнёров.
‒ Да. В частности, нам нравится приводить женщину в нашу постель, ‒ его глаза, казалось, светились в темноте, этот великолепный зелёный цвет притягивал меня.
Моё сердце бешено заколотилось, когда боль между ног усилилась. Я сильно прижалась к спинке кровати. Может быть, дискомфорт от дерева, впивающегося в мои лопатки, прояснит мою голову.
Потому что я не могла переспать со своими боссами. Обоими моими босса, одновременно. Кто делал что-то подобное? И всё же, похоже, это было именно то, что они имели в виду.
Разве не так?
Лакхлан начал расстёгивать рубашку.
Да. Да, они об этом.
Во рту у меня пересохло, а сердце пыталось выскочить из груди.
Этого не может быть. Я ждала, что Лакхлан остановится или Алек вскочит и объявит, что всё это была большая, жестокая шутка.
Но Лакхлан продолжал, его длинные, ловкие пальцы двигались вниз по ряду пуговиц.
Я пожирала его глазами, мой взгляд был прикован к его торсу, когда он снял рубашку и майку, немного скучая по его тёмным отсутствующим волоскам. Его обнажённая грудь была гладкой, а рельефный пресс выглядел достаточно твёрдым, чтобы на нём можно было стирать одежду. Я опустила взгляд ниже, и мои глаза расширились при виде безошибочно узнаваемой выпуклости в его штанах.
Тёплые пальцы обхватили мою лодыжку, а затем Алек легонько потянул, как будто хотел стащить меня со спинки кровати. Он скользнул рукой выше, поглаживая мою икру.
‒ Мы хотим тебя, Хлоя. И если ты позволишь нам, мы покажем тебе, насколько ты неотразима.
Всё моё тело дрожало. С Лакхланом слева от меня и Алеком передо мной было трудно понять, куда смотреть. Большой палец Алека двигался назад и вперёд по моей икре, как метроном, отбивающий время. Рядом со мной неподвижно стоял Лакхлан с обнажённой грудью. У меня возникло ощущение, что я балансирую на краю пропасти. Один неосторожный шаг, и я погружусь во что-то тёмное и запретное, что может оказаться необратимым.
Мы хотим тебя. Три простых слова. Целая вселенная смысла. Я провела три месяца, фантазируя о своих боссах, но даже мои самые смелые мечты никогда не приближались ни к чему подобному. Джош и я наслаждались случайными ролевыми играми, и я в моей тумбочке находились игрушки и даже пара кожаных ремней, но перспектива переспать с Лакхланом и Алеком одновременно заставляла мою предыдущую сексуальную жизнь казаться такой же захватывающей, как холодный тост.
Джош. Одна мысль о нём заставляла гнев разгораться в моей груди. Когда я посмотрела вниз на своё тело и встретилась взглядом с Алеком, часть моей решимости рухнула.
Он продолжал размеренно щекотать большим пальцем, бормоча что-то со своим шотландским акцентом, отчего моё сердце забилось быстрее.
‒ Мы не будем делать ничего такого, чего ты не хочешь, Хлоя. Это всё для тебя. ‒ Алек наклонился и запечатлел мягкий поцелуй на внутренней стороне моего колена ‒ как будто он запечатывал своё обещание на моей коже.
Взревели реактивные двигатели. Тёмное желание пробежало по моим венам, приливая кровь к моим соскам и лону.
‒ Да, ‒ прошептала я, горячая влага заструилась у меня между ног. ‒ Пожалуйста, прикоснитесь ко мне ещё.
Удовлетворение вспыхнуло во взгляде Алека, и его зелёные глаза заблестели, когда он встал и стянул свитер через голову. Следующей была его обтягивающая майка, а затем брюки, и ‒ чёрт возьми ‒ на нём не было нижнего белья. Его член торчал между его бёдер, ствол был длинным и толстым, а головка увенчана капелькой влаги.
Я посмотрела на Лакхлана, и у меня пересохло во рту. Он наблюдал за Алеком прищуренными глазами, в его золотистом взгляде кипела нескрываемая похоть.
Алек схватил меня за лодыжки и потянул, и я с визгом сползла с кровати. Моя юбка задралась высоко, обнажая нижнюю половину тела.
Он втиснулся между моих ног, его член подпрыгивал. Прежде чем я успела осознать, что мой полностью обнажённый босс стоял на коленях между моими раздвинутыми бёдрами, в то время как мой другой босс наблюдал, Алек оттянул промежность моих стрингов в сторону, обнажая моё лоно перед его взглядом.
Оба мужчины зарычали.
Алек прошёлся по моему телу, его глаза были прикованы к моему лону.
‒ Я должен попробовать эту киску, ‒ пробормотал он. Однако вместо того, чтобы опустить рот, он благоговейно провёл пальцем вниз по одной стороне, затем по другой, дразня мои влажные складки. Он проделал то же самое ещё несколько раз, затем провёл кончиком пальца по моему отверстию и погрузился внутрь, перемешивая влагу, скопившуюся у моего входа.
Мои бёдра приподнялись сами по себе. Ещё. Мольба застряла у меня в горле, даже когда моё тело заявило о своих желаниях.
‒ Тебе нравится это, да? ‒ спросил он, и на его губах заиграла улыбка. Алек бросил похотливый взгляд в мою сторону, прежде чем стянуть влажные стринги с моих ног и отбросить их в сторону. Он проделал то же самое с моей юбкой, мышцы на его плечах напряглись, когда он спустил её вниз по моим бёдрам и отбросил в сторону. Затем он широко раздвинул мои колени, опустил голову и лизнул прямо мой центр.
Я приподнялась с кровати.
‒ Боже мой, мистер Мюррей.
Алек усмехнулся,
