Сегодня был первый день клубной лиги. Мы играли с другими парами, чтобы приглядеться к участникам этого сезона. Очки сегодня не считались.
Но я был чертовски азартным ублюдком, так что где другие видели легкую игру, я видел только одно — битву. Я знал, что братья Уилкоксы сегодня выйдут на охоту. Стоило нам ступить на корт, как они уже начали сверлить нас взглядами.
— Эти два ублюдка сейчас будут делать вид, что пришли сюда ради фана, но поверь, Барри Уилкокс душу бы продал за клубный трофей, — прошептал я Хенли, наклоняясь к ее уху.
От нее пахло розами и жасмином. И это сбивало меня с толку.
Играть в паре с любителем, возможно, было не самым мудрым решением. Кларк предлагал стать ее напарником, но почему-то мне это совсем не понравилось.
Может, дело было в том, как она смеялась и смотрела на него, будто у нее в глазах зажглись звезды. Это злило.
Я просто должен был компенсировать ее неопытность и вытащить игру сам. Если понадобится — обыграю этих двоих в одиночку.
— Вау. Ты, похоже, к пиклболу относишься серьезно, — усмехнулась она.
— Пристегнись, принцесса. Сейчас начнется.
— А это кто у нас тут? — Барри подошел, как всегда скользкий и мерзкий. — Решил притащить красивую девушку вместо Арчера, чтобы нас отвлечь?
Мне не нужно было никого отвлекать. Я и так размажу его по корту.
— Удивляешь, Чедвик. Или мне уже звать тебя Chad-Six? — подхватил Стивен Уилкокс, усмехаясь, и уставился на Хенли, стоявшую рядом со мной. — Название команды не поменял? Три года с одним и тем же — скучновато, нет?
— Если не сломано — не чини. Верно, ребята? А вы как в этом году подписались? «Cocks-R-Us» (Мы — Гандоны)? Или снова «Little Cocks, Big Game» (Маленькие члены — большая игра)?
Хенли прикрыла рот рукой, сдерживая смех, а Уилкоксы уставились на меня с неприязнью.
— В прошлом году, между прочим, мы были «Big Will-Cox, Big Game», (Большие Уилкоксы (игра слов Cox — Cocks (Члены) — большая игра) — подмигнул Барри.
— Но в этом мы — «Win-Cox» (Победители Уилкоксы), — вставил Стивен, продолжая пялиться на Хенли.
— Мечтайте. А теперь перестаньте глазеть на мою коллегу, как будто она ваш ужин, и начинайте играть, — прорычал я.
Стивен рассмеялся:
— Где угодно. Когда угодно.
— Прекрасно. Это — «где» и «когда». Так что бери ракетку, — я взял Хенли за руку и повёл прочь.
— Успокойся, Чэд-Сикс, — засмеялась она, пока мы наклонялись за ракетками.
— Это не шутки. Ты стой у сетки и просто пропускай мяч, если не уверена. Или если знаешь, что попадешь — бей. Ты же играла немного, да?
— Я никогда не говорила, что «немного играла». Я говорила, что играла, — она наклонилась, коснулась пальцами носков, затем потянула ноги. Я огляделся — все мужики в радиусе двухсот метров пялились на нее.
— Прекрати тянуться, — зашипел я. — Эти козлы смотрят.
Она выпрямилась и оглянулась:
— Тебе нужно успокоиться, Чедвик. Это не слабость — разминаться перед игрой.
Она совсем не понимала. Дело было не в том, как это выглядело. Просто на нее глазели, и мне это не нравилось.
Она — дочь Чарльза, черт побери.
— Пошли, — буркнул я.
— Не могу поверить, что Истон Чедвик играет с заменой. Я думал, на корте ты только по делу, — усмехнулся Барри, отбивая мяч.
— Просто играй, и закрой рот, — прошипел я и повернулся к Хенли: — Вот здесь «кухня». Стой у сетки. Пропускай мяч, я справлюсь.
— Слушай, давай ты будешь следить за своими мячами, а я за своими, — подмигнула она, будто это все шутка.
Я покачал головой и отошел к задней линии. Стивен подал, я сразу сместился вправо, занес ракетку — и застыл, когда Хенли нанесла удар с такой силой, что мяч пролетел мимо Барри и Стивена и отскочил внутрь поля.
Что, черт возьми, это было?
Она обернулась и подняла ракетку, ожидая, что я стукну своей в знак победы.
— Это случайный удар? — прошептал я.
— Скоро узнаем, — усмехнулась она и встала в позицию.
Стоять за ней было ошибкой. Когда она наклонялась вперед, юбка задиралась, ноги — напоказ.
Следующие сорок минут были ошеломляющими.
Хенли, мать ее, Холлоуэй — чертова богиня пиклбола.
На корте она двигалась как газель.
Не промахнулась ни разу.
Прирожденная спортсменка.
Мы играли так, будто тренировались вместе годами. Мы просто уничтожили братьев Уилкокс. С Арчером мы бы тоже их размазали, но не так.
Когда играли с Мэри и Бобом Джонсонами, тоже победили, но уже сбавили темп — Хенли явно не выкладывалась на полную.
Профессионал, черт подери.
Она подстраивалась под соперника.
— Что, черт возьми, это было? — прошептал я, наклоняясь к ее уху.
— Что именно?
— Ты прекрасно знаешь, о чем я, — сказал я, когда мы пошли к столику, где уже собрались остальные ребята и махали нам.
— Ну-ну… Надо же, Истон притащил профи в пиклбол, — хмыкнул Аксель и протянул Хенли бутылку воды.
— Профи — это немного громко сказано, — усмехнулась она.
— Мы смотрели. Ты вынесла «Больших членов» на раз-два. Ты играешь на уровне Истона, — рассмеялся Кларк. — Он тебя у себя в офисе тестировал?
Я провел рукой по затылку:
— Понятия не имел, что она умеет играть.
— Серьезно? То есть ты просто притащил ее на матч лиги, не имея ни малейшего понятия, что она может играть на уровне сборной?
— Подожди. А в профессиональном пиклболе хорошо платят? — приподняла брови Хенли. — Потому что мой новый наставник в офисе немного… мрачноват, так что, может, мне стоит проводить дни на корте?
Я закатил глаза:
— Ты вела себя так, будто вообще не знаешь правил.
— А, ты про то, как сказал мне «стой в кухне и пропускай мячи»? — в ее голосе сквозила насмешка. — Не вижу повода удивляться. В США — 48 миллионов игроков в пиклбол. Просто ты автоматически решил, что я не из них.
— Ты играла в лиге раньше? — спросил Кларк.
— Я играла в теннис за университет в Стэнфорде, а потом начала играть в пиклбол с дедушкой. Чисто для души, — она улыбнулась, и ее сапфирово-синие глаза встретились с моими.
— Ты могла бы сказать. Я бы тогда не тратил время, объясняя тебе правила, — сделал я глоток воды. Солнце уже садилось, фонари на корте включились.
— Ты так вдохновленно делился своей «мудростью», что я не хотела портить момент, — уголки ее губ приподнялись, и все вокруг рассмеялись.
Она была обаятельна, красива — и однозначно привлекала внимание всех мужчин за столом.
— Он вообще любит делиться своей «мудростью», — буркнул Бриджер. — Мне нужно пиво. Кто со мной в Booze & Brews?
Хенли посмотрела на меня, и я вдруг понял: сочетать алкоголь и дочку босса — плохая идея. Я и так уже пересек грань, притащив ее сюда. Надо было держать дистанцию.
— Я подброшу Хенли домой, заскочу в душ и догоню вас, — сказал я.
— Эй, может, она тоже хочет с нами, — встрял Кларк, переводя взгляд на нее.
Брат был тот еще любитель флирта. Да что там — я и сам заметил, как они на нее пялились весь вечер.
— Спасибо, но нет. Было здорово, правда. Но у меня дома еще дел по горло, а завтра утром приезжает подруга, так что хочу разобрать коробки, — ответила она.
— Ты же купила тот кирпичный дом на реке, да? — спросил Рейф. — Истон живет в паре домов от тебя.
Она повернулась ко мне с удивлением. Я ничего не говорил. И не потому что скрывал — просто не хотел, чтобы это выглядело… странно. Да, я видел, как она бегает по тропинке вдоль воды по утрам, но не собирался ей об этом говорить.
— Правда? Я не знала, — она изучающе посмотрела на меня.
— Ага. Я и не знал, что ты купила именно этот дом, — соврал я.
Аксель поперхнулся водой:
— Истон, это же Роузвуд-Ривер, придурок. Тут все все знают. Она же купила дом Пэксонов, прямо у воды.
— Я не читаю «Taylor Tea», так что не слежу за сплетнями, — буркнул я. Это правда. Я ненавидел эту колонку. Но чтобы знать, что Хенли Холлоуэй купила один из лучших участков на реке, не надо было быть подписчиком.
