— Потому, что там был я?
Она на миг посмотрела в его глаза, затем так же быстро отвела взгляд.
— Отчасти. Но семья моего му... Хусейна тоже была там. И некоторые его сослуживцы. Для меня было разумнее держать дистанцию.
Рафик задался вопросом, почему Сера так и не назвала Хусейна мужем? Но, по правде говоря, его больше разозлило то, что она не появилась на свадьбе из-за него.
— Ты с ними не ладишь?
Казалось, она некоторое время обдумывала его вопрос, в ее глазах появилась печаль.
— Для всех проще, если я останусь в тени.
Рафик воспринял это как подтверждение:
— И поэтому моя мать взяла тебя к себе.
Она кивнула, опустив темные изогнутые ресницы. Он подумал, что Сера по-прежнему прекрасна. Взмах длинных ресниц, ровная линия высоких скул, мягкий подбородок, симметричные полные губы...
И пусть ее тело скрыто под просторным платьем, его руки помнят ее фигуру. Он знает, что она мало изменилась за эти годы.
Откинув голову назад, он запустил пальцы в волосы, одолеваемый воспоминаниями прошлого.
Эта женщина могла принадлежать ему. Должна была принадлежать. Она уже являлась его частью — как дыхание. Он мог обладать ею. Боже, что это было за искушение! И в конце концов только клятва заставила его сдержаться.
Потому что Сера совершенна. И он хотел, чтобы все происходило по правилам. Он желал, чтобы события были совершенны, как и она. И по этой причине не прикасался к ней. До тех пор пока не наступит брачная ночь, когда они станут законными супругами.
Брачная ночь, которую он желал, планировал и ждал всей душой. Брачная ночь, которой у него так и не было.
Потому что она отдалась другому мужчине.
Боже, неужели он обезумел, если решил, что готов снова встретиться лицом к лицу с женщиной, которая так с ним поступила?
Рафик снова опустил голову, открыл глаза и увидел, что она наблюдает за ним. В ее темных глазах было столько беспокойства! Черт побери, он не нуждается в ее сочувствии!
Глава 4
Спустя два часа после выезда из Шафара автомобили съехали с трассы и направились через пустыню по песчаной дороге. Позже они окажутся на узкой прибрежной трассе, где их будет ждать лагерь. Они сделали привал в долгожданном оазисе. Автомобили оставили в тени финиковых пальм, пассажиры с радостью разминали затекшие мышцы. Передохнув, снова отправятся в путь на Марраш, в ночь, чтобы завтра было достаточно времени на необходимый осмотр и предварительные переговоры. Если все пойдет как надо, они вернутся в Шафар не позже завтрашнего вечера.
Сера выбралась с сиденья, с радостью разминая ноги, но еще с большим воодушевлением покинула удушающую атмосферу салона. От напряжения у нее давило в висках и затекла шея. Даже раскаленное солнце и жаркий воздух показались ей облегчением.
Водители доставали провизию из багажников, организуя завтрак, и проверяли автомобили. Рафик тоже был там, желая помочь, несмотря на протесты тех, кто должен был ему прислуживать.
Подойдя к красивой заводи, Сера облегченно вздохнула. Оазис был небольшим — крошечный отрезок жизни среди небытия, в котором бурлила жизнь. Маленькие птички перелетали с куста на куст, яркие бабочки казались цветами на темно-зеленой листве. Сера мгновенно почувствовала себя спокойнее, ощутила умиротворение.
Вода в запруде была кристально чистой и зовущей. Опустившись в высокую, тонкую траву у края запруды, Сера провела пальцами по освежающей водной глади, набрала немного воды в ладонь, смочила пульсирующие виски. Какое облегчение!
Рафик, прикрыв рукой глаза, вгляделся в даль, где виднелись зубчатые пики красных гор. А потом обратил внимание на что-то, напоминающее гребень. Это ехал какой-то автомобиль, вздымая в воздух песок. Шума машины пока слышно не было, но, вне сомнения, в оазисе скоро появятся гости.
Он посмотрел на Серу, сидящую у заводи с закрытыми глазами, и непроизвольно шагнул в ее сторону. Она развязала шарф, и блестящие черные волосы заструились по ее спине, отливая синевой в искристом свете, который отбрасывал тени на ее атласную кожу и подчеркивал изящный изгиб шеи.
В груди Рафика екнуло. Сера была по-прежнему очень красива. Темные ресницы, казалось, ласкали щеки; облако густых черных волос, словно шелковый поток, ниспадало на плечи и спину; роскошные губы звали к поцелуям... Кровь Рафика забурлила. Спустя одиннадцать лет после того, как Сера вышла замуж за другого, он все еще считает ее самой красивой из известных ему женщин.
Рафик невольно сделал еще один шаг в ее сторону, и лишь затем, услышав шум автомобиля, пришел в себя, поняв, что делает. Какого черта с ним происходит? Наверняка перегрелся на солнце.
Сера тоже услышала звук автомобиля, повернула голову, увидела, что Рафик наблюдает за ней, и сглотнула. Он проследил взглядом за тем, как поднялся ее подбородок, дрогнула от сглатывания шея, как Сера сделала очередной вдох.
Несмотря на разделяющее их расстояние, он видел каждое ее движение, каждое изменение во взгляде, в положении ноздрей. Они смотрели друг на друга, и сухой воздух потрескивал между ними, словно фейерверк.
Так продолжалось до тех пор, пока не послышались голоса, звук двигателя и визг тормозов. Приведенный в смятение Рафик отвернулся.
К своему облегчению, он заметил, что кое-что в этом мире по-прежнему поддается логике. Внедорожник остановился в оазисе, подняв облако пыли. Своеобразное отвлечение. Слава богу.
Появился водитель, который ругался и энергично размахивал руками. Появилась усталая женщина, которая выпустила с заднего сиденья двух темноволосых малышей, а затем вынесла крошечного младенца. Старшие дети пошли впереди нее к пруду. Прижимая к себе младенца, мать говорила с детьми спокойно, в отличие от мужчины, который снова открыл рот и начал ругаться.
Из двигателя автомобиля повалил пар. Мужчина беспомощно замахал руками, затем схватил одной рукой белый халат и одновременно протянул другую руку к колпаку радиатора.
Его остановил Рафик и подозвал на помощь своих водителей. Сера оглянулась на подходящую женщину, неуверенно вышагивающих впереди нее детей и плачущего младенца у нее на руках.
— Осторожно! — крикнула женщина, идя за детьми так торопливо, как могла. — В воду не заходите.
Сера с радостью помогла женщине, раскинув руки за миг до того, как девочки-близнецы, смеясь и визжа, уткнулись в своеобразный барьер, решив, что с ними играют. Мать вздохнула и поблагодарила Серу, затем уселась со своим выводком у края пруда, произнося традиционные приветствия. Она стала кормить младенца, зная, что остальные дети в безопасности.
