прибавилось, увиденное участковому не понравилось: «Совсем ничего не боится, в наглую действует! Мог бы и втихаря делишки обстряпывать. А не эдак напоказ, зато как пел, про воспитание местных личным примером!»
Тем временем две фигуры с факелами подошли к ограде, примыкающей к подножию горы. Начали махать осветительными приборами, а один даже подпрыгивать от экспрессии. Издевательски выкрикивая в сторону леса голосом Егора:
— Эй, диверсанты! Вылезайте на божий свет к людям! Операция Ы провалилась! Ужин готов, хорош уже там отсиживаться и пыхтеть! Слезайте с горы, партизаны!
Участковый, ища сочувствия — обернулся к десятнику: «Вот как так, Вахромей⁉ Всё тщательно спланировали, подобрались скрытно, да даже обоз укрыли, а они⁉» Вахромей, в отличие от Серёги — был доволен: «Всё как ты учил! Опора на местное население — первое дело! Думаю, что ещё утром Викуловские рассказали, как ты нас врасплох захватил. А Егор чай не дурней тебя…»
«Спускаемся!» — Махнул рукой участковый и тщательно скрывая досаду, первым двинулся с горы, держа курс к воротам. Не через забор же с лыжами корячиться. Заходя на территорию комплекса, Серёга состроил индифферентную рожу — кирпичом. В ответ на дружественные и шутливые приветственные возгласы. Егор, щадя самолюбие брата — глумиться не стал: «Лошадей ваших распрягли и обиходили, казаков к своим в казарму определю, а ты айда ко мне, покажу свое хозяйство».
Проходя через КПП к лаборатории — Серёга одобрительно отметил поставленную охрану и глухой забор из горбыля, отделяющий временное жилище брата и несколько сараев для экспериментов от остального производства. «Может поедим вначале, потом экскурсия?» — Поинтересовался Серёга, за время подкрадывания к режимному объекту изрядно проголодавшийся. «Идем-идем, мы быстро! Я только телефон возьму, и в столовую, у нас вечером ещё сбор ячейки язычников, тебе полезно поприсутствовать будет».
— Братан, а ты не офигел со смартфоном⁈ — Вознегодовал участковый. — Всем же сдать велели!
— Я и сдал, — не стал спорить и что-то доказывать Егор. — но мне для работы надо, вот и взял, под роспись. А честно скажи, все сдали, на руках не осталось в деревне гаджетов?
Участковый, для которого это было больной темой — не ответил. Не жаловаться же брату, что по агентурным сведениям в деревне телефоны были. Другое дело, что почти все находящиеся на руках приборы были известны, заряжать то ходили втихаря в больницу со школой, в гараж и на ферму, где у Серёги были свои люди. Да что там население, у детей находилось несколько смартфонов в коллективном пользовании, причем это он узнал не от Мани. Та своих не сдавала, мало того — в первые же дни переноса, глядя отцу в глаза своими зелеными глазищами— заявила, что потеряла свой телефон. Искала-искала и не нашла, честное слово! Ага, вместе с зарядником сразу…
— А чо у тебя с родноверами? С Пантелеевскими стакнулся?
— Ага, — Егор запер покинутую лабораторию и вместе направились к посту. — Тут какая ситуация, батюшка наш Гнидослав активно лез в первые ряды язычников, так я придумал двухуровневую структуру создать. Малый и тайный круг из особо доверенных людей, с девизом: «Больше дела, меньше слов!» А поп пусть варится в большом кругу, для привлечения неофитов и теша свое самолюбие. Из них уже будем выбирать, кого до настоящего дела допустить можно и в малый круг пригласить.
— Вы не заиграйтесь только, — недовольно буркнул Серёга. — я по этому поводу и приехал, ваши горячие головы остудить и предупредить, чтоб поменьше игрались, больше присматривались, что вокруг творится. Так что там с Гнидославом?
— О, с служителем культа всё хорошо, — оживился Егор. — я ему отличное название придумал, для первичной ячейки: «Звенящие дубы Руси!» Звучит? У него ещё заимка есть, вроде хутора с доверенными людьми в окрестностях завода, пасека там у них, скотину держат. Летняя резиденция и вотчина, так батюшка её с большой охотой предложил, для нужд тайного общества. Будет тайная база «Дупло орла!»
— И не стыдно тебе идеи Китова воровать из нашего времени? — Ворчливо заметил Серёга. — Батюшка небось приятных ликом и телом пригожих прихожанок собрался в язычество вербовать? И мистерии проводить в «Дупле орла»?
— Есть такое подозрение, — согласился Егор. — но мы ему фитилек прикрутили слегка, предупредили, что если чего, он первый кандидат в жертву богам на капище, коли накосячит. Вроде проникся, но на всякий случай присматривают за ним. А с плагиатом у Юрия Ивановича не, не стыдно. Наоборот, дань памяти отдаем, все бы бизнесмены такими были. Вы же тоже «Сонькину лагуну» на берегу пруда собрались обустраивать?
— В планах, ага. — Утвердительно кивнул Серёга. — И комплекс санаторный, врачи прямо обеими руками ухватились за идею Андрюхину, хоть сейчас на Тургояк выехать готовы. Ты к приезду со столицы готовишься? Как бы после этого визита планы не пришлось пересматривать…
За разговором незаметно дошли до столовой, где «диверсанты» уже отужинали и теперь распивали чаи. Серёга с Егором плотно поели и не рассиживаясь — вышли перекурить. Во время перекура к ним подошел смутно знакомый Серёге казак из Пантелеевских, доложил Егору что все в сборе, ждут только его. «Пойдем, на ходу докурим!» — Озаботился брат и потащил его за собой, в сторону к новопостроенной то ли казарме, то ли бараку. Белеющей в темноте свежим деревом.
В полумраке казармы, неярко освещенной огоньками нескольких свечей — на Серёгу пристально уставились глаза десятка собравшихся казаков.
— Всем здорова, вои Сварожича! — Обратился к ним Егор. — Брата моего знаете, представлять не буду. Сегодня поговорим коротко о русском мире, что запомнили и уяснили. Кто начнет? О, давай ты, Азамат!
На недоумение брата ткнул его локтем и прошипел: «Мы на форму черепа не смотрим и не национализм в приоритете, главное — чтоб человек наши идеи разделял и поддерживал! У меня в нулевых в Москве скинхед был в приятелях. Сам якут, но более преданного общему дела камрада не встречал!» А тем временем вставший с места Азамат откашлялся и бодро начал:
— Русский мир, это связь поколений! Общность с нашими предками! Союз многонациональных и русскоязычных народов, разделяющих ценности русского мира! Мы выбираем образом своей жизни мирное существования друг с другом! — Азамат перевел дух и продолжил. — Основная ценность русского мира, это справедливость! Защищать слабых и угнетенных независимо от их рода!
