вы правы. Только в моих.
Он чуть склонился, отчего оказался слишком близко — я даже ощутила на лице его прерывистое, горячее дыхание и улыбнулся:
— Был рад помочь. Доброй ночи, миледи.
Глава 4
Минуло пять дней со дня триумфальной свадьбы с лордом-драконом.
А моя жизнь в старинном Замке на Холме только ухудшилась.
Спешно покинув родовые владения в брачную ночь, Демиан обратно не возвращался. На следующее утро после не самого приятного знакомства замок покинул и генерал Виктор Фет, лучший друг моего мужа.
Я осталась окружена недружелюбной прислугой, мрачным неразговорчивым телохранителем и коварной беременной любовницей мужа, которая чувствовала себя во владениях Демиана законной хозяйкой.
Чтобы не пересекаться с грубой и высокомерной Амайрин я завела негласную традицию — прогуливаться по замку поздним вечером или рано утром — в тусклых рассветных сумерках незадолго до пробуждения прислуги.
Я изучила почти весь первый этаж старого, хранящего многовековые секреты, Дома дракона и взялась за прогулки по второму темному, угрюмому этажу, где располагались спальные и гостевые покои. Разузнала, где находятся покои Амайрин. Неподалеку от лестницы: они были роскошными: с дорогой мебелью, отделанные в нежно-красных с золотом тонах. Полная противоположность моим: тусклым, выдержанным в холодных синих цветах с угрюмой отделкой.
Дальше прошлась вдоль запертых дверей пустующих гостевых и забралась на верхний фактически нежилой этаж. Здесь было тихо и пыльно. Сквозь огромные окна, занимавшие половину восточной стены, проникал серебристый лунный свет. Ряд комнат оказался на замке. А те, что не заперты, были заброшены.
Слуги в отсутствие хозяина абсолютно точно пренебрегали прямыми обязанностями. На всех поверхностях блестела пыль, стоял удушливый затхлый запах, в углах валялся мусор, стены покрывала бурая плесень. Я прошлась по широкому коридору с дуговыми, теряющимися во мгле потолками, поежилась от промозглых ночных сквозняков и вернулась на нижний этаж.
Лестница привела в пустынный холл, ведущий в столовую и гостиную на выбор.
Прошлым вечером я случайно натолкнулась на влюбленную парочку слуг, обнимавшуюся в пустынной столовой, и теперь идти туда желания не возникло. Свернув к гостиной, решила посидеть у разожженного камина, привести мысли в порядок и подумать, как жить дальше.
Мечта об уединении разбилась о два холодных насмешливых голоса. В малом зале сплетничали молоденькие горничные.
— Боги, какое унижение — быть отвергнутой собственным мужем в первую брачную ночь, — смеялась девица, сгребая в охапку обивки с дивана и кресел. — Такое и врагу не пожелаешь.
— С чего ты взяла, Рона, что хозяин отверг эту гадкую человечку? Против ритуального притяжения невозможно устоять. — Фыркнул второй голосок.
— С того, что… — высокомерно хихикнула девица. — Леди Амайрин рассказала по секрету. А я ей полностью доверяю. До этого с ней этим фактом поделился милорд Нейман.
— О, выходит, человечка осталась девственницей? Вот умора.
— Угу. Миазель Амайрин уверяет, господину даже сама мысль прикасаться к навязанной жене отвратительна до тошноты. Быть девице отвергнутой и ненужной до конца своих дней.
— Если бы, Рона. Милорд перед отъездом приказал ей прислуживать. Как хозяйке, между прочим, — с досадой посетовала служанка.
— Хозяйка в замке только одна. Амайрин. И уже очень давно. Кстати, она поделилась еще одним секретом. Милорд Нейман еще не осведомлен. Поклянись, что никому не расскажешь.
— Клянусь.
— Госпожа ждет ребенка от хозяина.
— Ах! Радость какая. Постой, а что его жена?
— А что жена? Правильно ты сказала, будет коротать век одна, пока не зачахнет. А генерал и Амайрин уедут в столицу и поселятся рядом с Императорским Дворцом.
— И то верно. Знаешь, я бы на месте милорда сослала неугодную жену в какое-нибудь далекое и мрачное аббатство. Подальше от глаз.
— Может, еще сошлет. Церемонии подтверждения брака-то не было. Вот «подтвердят» у Императора, брак станет официально нерасторжим, и хозяин вправе делать с женой все, что захочет. И пусть только попробует сказать слово — против. Генерал быстро научит человечку покорности и хорошим манерам.
— Леди Нейман? Вы здесь?
Из ледяного оцепенения вырвал злой окрик телохранителя.
Я улизнула из покоев час назад. Без его ведома. И явно разозлила этим нелюдимого дракона. Кейн спускался по лестнице, оглушая замок грозной поступью, и глухо рычал.
— Леди Нейман?
С разорванным в клочья сердцем, с затуманенным пеленой взглядом, приподняла подол домашнего платья и, подавляя громкий всхлип, метнулась в тускло освещенную кухню. А оттуда — к запасной каменной лестнице, вмурованной в западную стену.
Мне повезло. Я в последний момент сбежала от проницательного, идущего по следу охранника. Второй этаж, освещенный настенными лампами, встретил тишиной и безмолвием. Сквозь шторы пробивался вой ветра и шелест волн горной реки.
Обрадованная, что не попалась на глаза отвратительным обитателям замка, поспешила к личной спальне в надежде укрыться там до следующего обеда. Жестокие слова прислуги, к которым я готова не была, растоптали остатки человеческой гордости и выстудили душу морозом.
Бессилие и отчаяние давили на плечи.
Я стала заложницей обстоятельств!
Брошенная — и собственным народом, и молодым мужем. Отданная жестокому, бессердечному хищнику, словно вещь.
Генерал Демиан Нейман никогда не полюбит и не примет в качестве жены герцогиню Иоланту Амелию Рескот. Всё мое существование сведется к бессмысленным хождениям по коридорам древнего замка, пленницей коего я стала сразу после замужества. Я потеряю себя, смысл жизни и превращусь в привидение, до которого никому не будет дела.
Смахнув набежавшие слезы, скрипнула зубами, не желая смиряться с отвратительной судьбой. Вдруг прямо перед носом распахнулась дубовая дверь, украшенная узорной резьбой. Из покоев выпорхнула Амайрин и заступила дорогу к спальне.
Я на силу подавила желание рвануть назад, скрыться от пронизывающих холодом и ненавистью змеиных глаз.
Прикусив губу, напомнила себе, что хозяйка здесь — Я, расправила плечи и с гордо поднятой головой, не сбавляя шага, направилась к покоям.
— Добрый вечер, миазель, — сахарным тоном пропела драконица.
— Добрый, — прошипела и вновь закусила губу. Так сильно, что во рту появился противный металлический привкус.
Любовница моего мужа с усмешкой следила за каждым моим шагом, не капли не расстроенная моим пренебрежительным молчанием.
— Ах, вспомнила, — она язвительно усмехнулась. — Демиан вчера прислал мне очередное письмо. Интересовался делами замка и моим самочувствием. До этого я получила от него весточку в день отъезда. Так приятно. А вам генерал, разве ничего не присылает из столицы Империи?
— Возможно, — бросила через плечо с задумчивым видом. Одним богам было известно, как тяжело мне
