Читаем без скачивания Миссия в Афганистане - Джерри Эхерн

Акбар действительно ждал их возле вертолета, но вовсе не в машине. Он — скрестив ноги по-восточному — сидел на потертом коврике, а коврик этот лежал на капоте еще одного черного “Кадиллака”. Зрелище было весьма живописным.

Сюда еще надо добавить ленты с патронами, которые крест-накрест пересекали грудь этого горного барса и старый, но еще в очень хорошем состоянии карабин “Спрингфилд”, который лежал у него на коленях.

Акбар сидел с непокрытой головой, видимо, не испытывая нужды в головном уборе. И действительно, здесь, в умеренных высотах, ему должно быть просто жарко: ведь патан привык к пронизывающим ветрам и морозам родного Хайберского перевала, через который лежал путь всех завоевателей, пытавшихся проникнуть в Афганистан еще со времен Геродота.

Фрост, правда, Геродота не читал, но слышал об этом знаменитом древнегреческом историке.

На поясе одетого в черный просторный балахон Акбара Али Хасана была коричневая кожаная почти новая кобура. Оружия, которое в ней лежало, видно пока не было, но капитан предположил, что это какой-нибудь экзотический револьвер.

А вот за спиной проводника висело нечто, что сразу напомнило Фросту его разборки с сатанистами — настоящий старинный меч в расшитых кожаных ножнах.

Он был длиной примерно с руку взрослого человека, со слегка искривленным лезвием, как у самурайских мечей. Увидев, что капитан с интересом поглядывает на это оружие, афганец соскочил с капота машины, выдернул меч из ножен и исполнил им несколько довольно сложных движений. Блестящее лезвие со свистом рассекало воздух.

Затем он дружелюбно улыбнулся, и Фрост сразу почувствовал доверие к этому человеку.

Капитан переместился немного в сторону, огляделся и вдруг увидел Акбара. Тот — теперь на голове у него была вязаная шапочка, а шею и нижнюю часть лица прикрывал теплый бурнус — осторожно спускался со скалы ярдах в двадцати справа.

— У тебя хорошие уши, американец, — заметил Акбар, подходя ближе. — Ты услышал меня.

— Не совсем, — скромно улыбнулся Фрост. — Ты действительно ходишь бесшумно.

— Только так можно выжить в горах. — Патан присел рядом с наемником. — Там наши враги. — Он показал рукой на гряду. — Много русских войск тут сейчас нет, но посты остались.

Фрост взглянул в том направлении. На расстоянии горы казались голыми и однотонно серыми. Капитан взял свой армейский бинокль и приставил правый окуляр к глазу. Навел резкость. Теперь он разглядел кое-какую скудную растительность, множество выступов и расщелин. Потом Фрост опустил бинокль и посмотрел на Акбара.

— И где же русские?

— Здесь, везде, — афганец обвел рукой вокруг и сплюнул себе под ноги. — Если они заметят нас, то могут прятаться внизу и стрелять из укрытий. В каждом отряде есть снайпер для таких случаев. Мы можем тоже стрелять в них, но это только замедлит наш подъем и у снайпера будет неподвижная цель. Это плохо.

Акбар неодобрительно покачал головой. Фрост внимательно слушал его; патан в общем хорошо говорил по-английски.

— Мы должны действовать наверняка и быстро, — сказал проводник. — Да поможет нам Аллах. Пойдем, капитан.

Он снова сплюнул, сунул в рот самокрутку, которую свернул во время произнесения этой речи, и встал на ноги. Фрост тоже встал и двинулся за Акбаром, предварительно убедившись, что “Узи” по-прежнему висит у него за спиной.

Они остановились на отдых в небольшой теснине почти у самого гребня. Внизу в голубой дымке лежал Афганистан, а перед ними был последний участок Хайберского перевала.

Акбар вытащил изо рта самокрутку, которую так и не закурил, выбросил ее и улыбнулся, показывая крепкие желтые зубы.

— Тебе понравился мой меч? — спросил он.

— Я просто редко встречал людей, которые предпочитают этот вид оружия в наши дни, — ответил наемник. — Отсюда мое любопытство.

— Да, это так, — важно кивнул Акбар. — Поэтому меч дает мне преимущество в бою. Вот, посмотри…

Он отвернул свой балахон и расстегнул куртку, которая была под ним. Фрост поежился — его и в одежде холод пронизывал до костей. Под курткой у патана оказалась кобура с какой-то старой моделью смит-и-вессона и кожаные ножны с длинным острым кинжалом.

— Нож — это хорошо, — продолжал Акбар, — но меч лучше. Им можно убить больше людей. Мой дед и отец носили меч. Не этот, а другой. Его получит мой сын, когда подрастет. А когда он пойдет в бой, я отдам ему и этот. Такой закон.

— Пойдет в бой? — переспросил наемник.

— Я патан, — ответил Акбар. — Вся моя жизнь проходит в бою. И такой же будет жизнь моего сына. Эти горы, — он показал рукой, — их нужно защищать. Сейчас их хотят захватить русские, а до них были персы, англичане, турки. А завтра придет кто-то еще. Наши горы нужны всем. Но тех, кто придет, встретит мой сын — с мечом в руке, как встречал прежних завоевателей мой отец и как встречаю нынешних я.

— А зачем ты ходил в Афганистан? — спросил Фрост. — Мне об этом сказал Пласкевич.

— Драться с коммунистами. Но коммунисты стали очень сильными, с ними теперь трудно воевать. Они захватили кишлак, в котором была моя семья. Я отбил ее и привез сюда — мою жену, сына и дочерей. Потом я еще спускался с гор, но уже не надолго. Мое место здесь.

Он помолчал и вопросительно посмотрел на Фроста.

— А ты? Ты ищешь того американца, Дженкса? Он твой друг?

— Да, — ответил капитан. — Еще с Вьетнама.

— Там тоже была война, — задумчиво произнес Акбар. — Похожая на эту. Только не в горах, а в джунглях. Значит, ты уже бывал на войне?

Фрост хотел ответить, но почему-то промолчал, лишь кивнул.

— Иногда молчание лучше всяких слов, — философски заметил патан. — Ну, пора.

Они поднялись, потянулись и вновь принялись взбираться по скалам — Акбар первый, а Фрост за ним.

Преодолев трудный подъем, проводник и американец начали не менее трудный спуск, двигаясь по самому краю пропасти глубиной тысячи в полторы футов, а может, и больше.

Акбар постоянно оглядывался, прислушивался и даже принюхивался. Наконец он повернулся к наемнику.

— Плохо, капитан. Тут рядом должны быть русские, но их там сейчас нет.

— Тогда почему бы нам не воспользоваться тропинкой? — уже в десятый раз спросил Фрост. — Это карабканье меня совсем доконало.

— Нет, нельзя, — покачал головой Акбар. — Если идти по тропе, мы должны быть уверены, что там безопасно. Но и в обход нельзя — слишком долго. Пройдем еще тысячу ярдов, может, меньше, а там будет видно.

Не вдаваясь в дальнейшие объяснения, Акбар поправил карабин, который висел на его правом плече, и снова двинулся вперед. Фрост пошел за ним, пытаясь догадаться, что же придумал его проводник.

Машинально капитан достал свой “Кэмел”, зажигалку, вытащил из пачки сигарету и прикурил. Но после первой же затяжки голова закружилась, а хриплый кашель рванулся из легких и горла. Наемник вовремя вспомнил, что находится на очень солидной высоте над уровнем моря и курение здесь до добра не доведет.

Ему и так трудно было дышать разряженным воздухом, от этого мышцы очень быстро уставали. А вот Акбару недостаток кислорода нисколько не мешал. Он двигался так же бодро и упруго, как и на равнине.

Наемник и патан услышали это одновременно, и одновременно же упали на землю, прячась за скальным выступом, но при этом Акбар успел еще и вытащить меч. Они молча переглянулись. Все было понятно и без слов. Там, внизу, под ними, были враги.

Фрост осторожно потянул с плеча “Узи”, но увидел, что афганец неодобрительно качнул головой. Тогда капитан вытащил из-за голенища свой нож. Акбар кивнул и улыбнулся, хотя рядом с его мечом небольшой “гербер” напоминал булавку.

Патан жестом показал, что надо немного отползти назад, к тропинке. Фрост кивнул и начал движение, слыша, как его вещмешок трется о камни. Нож он крепко держал в правой руке. Акбар полез под балахон и достал свой кинжал. Он молча протянул его Фросту рукояткой вперед.

Капитан шевельнул губами, еле слышно произнеся: “Спасибо”, переложил “гербер” в левую ладонь, а в правую взял обоюдоострый кинжал Акбара. Лезвие было длиной дюймов двенадцать, не меньше.

Они продолжали осторожно двигаться к тропинке, но вот патан махнул рукой, приказывая остановиться. Он кивком указал вниз и показал Фросту шесть пальцев. Капитан уже сам слышал негромкие голоса и лязг металла. Он понял, что патруль Советской Армии, состоящий из шести человек, продвигается сейчас вдоль кряжа, совсем рядом с ними.

Американец и проводник залегли за выступом, который нависал над тропой. Акбар жестом приказал капитану оставаться на месте, а сам вдруг куда-то исчез. Фрост даже не заметил, куда, и не услышал ни малейшего отзвука его шагов.

Наемник пожал плечами. Что ж, это территория Акбара Али Хасана и он тут распоряжается. Тем более, что пока у Фроста не было никаких оснований сомневаться в своем проводнике.