его ещё нужно спасти от лесных.
— Традиции могут потесниться, если на то будет воля богов Закуполья, — произнёс Колдун. — Вспомните случай с Гаем.
Хадар смерил его взглядом.
— Согласен, тогда всем пришлось пересмотреть законы, — сказал он. — Но есть ли богам Закуполья дело до одного скромного Старшего агента?
— В ближайшее время я собираюсь встретиться с магами дома Отуа, — сказал Колдун. — У нас достаточно тем для обсуждения. Если к тому времени вы вернётесь из поездки, я возьму вас на встречу. Она обещает быть интересной.
Хадар наклонил голову в знак согласия.
— Есть только одно но, — сказал гость. — Маги любят подарки. Что поделать, и боги Закуполья имеют свои слабости.
Они обменялись понимающими улыбками.
— Что вы рассматриваете в качестве подарка? — спросил Хадар.
— Я бы хотел подарить им Миру, — ответил Колдун, и в его расслабленной интонации проскользнула жесть. — Она любопытная девочка, однако здесь лишняя.
Хадар молчал, не прерывая.
— Думаю не ошибусь, предполагая, что она сгодится магам Отуа, — продолжал Колдун. — Вопрос лишь в том, в каком виде она их больше заинтересует — живая или мёртвая? Пока это не выяснено, нужно приглядывать за ней и держать подле себя.
Ну, вот всё и определилось. Хадар хотел спросить, неужели эта пигалица на самом деле так могуча, но неожиданно почувствовал шевеление на левом плече. Виловы воды — опять Проклятие появилось. С тех пор, как обезумевший от пыток начальник Рудника проклял его, Хадар постоянно чувствовал, что не один. Сперва это было просто ощущение чьего-то присутствия: будто стоит кто-то за спиной, дышит в затылок. А сегодня, занявшись каллиграфией, Хадар вдруг почувствовал на левом плече тяжесть, а ещё мерзкую вонь из застаревшей крови.
Скосив глаза, агент увидел, что на плече сидит крохотный Илий — такой, каким Хадар видел его в последний раз в пыточной Башни, — только размером с мизинец. Хадар вскрикнул от неожиданности и выронил кисть, испачкав пол в туши. Карлик на плече улыбнулся ему разорванным ртом и подмигнул единственным уцелевшим глазом.
— Что тебе нужно? — хрипло спросил Хадар.
Карлик не ответил, только издевательски захихикал.
Вот и сейчас он сидел на плече, болтал в воздухе ногами и прислушивался к разговору.
— Хадар, у вас всё в порядке? — напомнил о себе Колдун.
— Да… Я… — он тряхнул головой.
Разговор вдруг стал для него скучен. Кроме того, Хадар вспомнил, что собирался пойти на казнь начальника Рудника в надежде, что если увидеть его смерть, карлик с плеча исчезнет.
— Я вас понял, — договорил он начатую фразу. — А сейчас простите, до отъезда я ещё должен присутствовать на казни рабочих с Рудника. Должность обязывает.
— Конечно, — вежливо откликнулся Колдун. — Желаю, чтобы в поездке вам сопутствовал успех. Если у меня вдруг появятся срочные новости, я найду способ сообщить вам об этом.
«Иными словами, если маги Отуа решат, что живой Мира им не нужна», — подумал Хадар.
Он сделал неопределённое движение головой, которое можно было принять, как за согласие, так и за отказ, и крикнул слуге, чтобы тот проводил господина Колдуна на выход.
…
Хадар шёл к площади Правосудия. Даже на дальних улицах ощущалось оживление, а на подходе к площади улицы вовсе превратились в бурлящие горные реки. Всем хотелось прийти пораньше, занять места поближе к эшафоту. В воздухе ощущалось какое-то истерическое веселье, многие горожане были пьяны; в толпе сновали как торговцы всякой снедью, так и карманники. Хадар пробирался сквозь толпу. Сказав Колдуну, что его присутствие на казни необходимо, он солгал. ВХЭ отпустил его собираться в поездку, отплыть планировалось ближе к вечеру, и три большие лодки уже должны ожидать у малых ворот в город. Но Хадару захотелось явиться на казнь инкогнито, он даже плащ Агента не стал надевать, вышел в одежде простого горожанина, чтобы слиться с толпой. Незаметно прийти, посмотреть и незаметно уйти.
Людской поток шаг за шагом приближал его к площади. Со всех сторон раздавались обсуждения предстоящей казни так, словно это будет весёлое представление. Людские голоса сливались в рокот и Хадар, вначале, прислушивающийся и выделяющий каждую фразу, стал пропускать их мимо.
Мысли нет, нет да возвращались к Мире. Неожиданно для себя Хадар почувствовал симпатию к этой несносной пигалице. С улыбкой вспомнил, как она грозилась ударить его сундуком в половину своего роста. И вот теперь Колдун недвусмысленно дал понять, что если маги Отуа захотят, её нужно пустить в расход. В голове прозвучал голос Главы Ордена:
«Лес плохое место. В одиночку там легко заблудиться и пропасть. А Мира такая любознательная».
— По сути, она трагическая фигура, — сказал вдруг карлик Илий на плече.
Хадар споткнулся от неожиданности, и если бы не плотная толпа, обязательно упал бы. Идущий впереди элсарец, коренастый, с пропитым лицом и мутными глазами, обернулся к Хадару и промычал что-то угрожающее. Но встретившись взглядом со Старшим агентом и увидев в его глазах свою смерть, поспешно отвернулся.
— Ты ещё и говорить умеешь, — тихо сказал Хадар Проклятию.
— А как же, — весело откликнулся тот. — Я и спеть могу, даже станцевать.
Он поднялся на ноги и выбил на плече Хадара чечётку.
Прежде чем карлик опять сел, Хадар щелчком пальцев сбил его с плеча. С удовлетворённой улыбкой он увидел, как Проклятие упало на мостовую и затерялся среди запылённых сапог горожан.
«Вот так-то!» — подумал Хадар, но тут же почувствовал шевеление на правом плече.
Повернув голову, он увидел карлика. Тот, как ни в чём не бывало, скалился гнилыми зубами и болтал ногами. Хадар в ярости втянул воздух сквозь плотно сжатые зубы.
— Что ты будешь делать с поручением Колдуна? — спросило Прокоятие.
Хадар решил, что не будет с ним разговаривать.
Подождав некоторое время ответа, карлик достал из прикреплённых к поясу ножен тонкую иглу и весьма ощутимо ткнул Старшего агента в шею.
— Ай! — вскрикнул Хадар и прижал ладонь к месту укола.
Идущая рядом горожанка в испуге от него отшатнулась. Старший агент люто ей улыбнулся. Горожанка немедленно сжала в руке амулет Праматери и зашептала ограждающую молитву.
— Так что ты будешь делать с поручением Колдуна? — опять спросило Проклятие.
— Мне неудобно сейчас тебе отвечать, — прошипел Хадар. — Неужели, сам не видишь?!
Карлик огляделся по сторонам единственным глазом, пожал плечами.
— Ладно, отложим, — сказал он.
Некоторое время оба молчали.
— Слушай, там, откуда ты заявился, помыться можно? — зло спросил Хадар. — От тебя, разит, как от дохлого козла!
Карлик поднял руку, понюхал у себя подмышкой, опять в недоумении пожал плечами. Мол, что придирается?
Толпа вынесла их на площадь Правосудия. Вход оказался перегорожен сколоченными вместе досками. Запускали за один
