— Парни Френекси, — сказал Эрик, тоже впадая в мрачное настроение, — как вы правильно заметили, будут в Вашин-35 в ту же минуту.
— Я знаю. Это просто фантазия. Несбыточная мечта. Порождение напрасных надежд. Так что даже если Вирджил и захочет организовать такую встречу, из этого вряд ли выйдет что-нибудь хорошее. Слишком мало шансов на успех — один из миллиона. Можно попытаться, но результат будет плачевный.
— Жаль” — сказал Эрик, погруженный в свои мысли.
— Предатель! Вас следует отправить на исправительные работы.
Пораженный до глубины души. Эрик запротестовал:
— Я хотел…
— Вы сами не знаете, чего вы хотите, Свитсент. Каждый неудачливый муж теряет подсознательную способность знать, чего он хочет — эта способность уходит от него. Вы беспомощны и жалки в своих попытках сделать хоть что-то правильно. Вы обречены на неудачу, потому что ваше израненное сердце не интересуется ничем, кроме своих страданий. Даже сейчас вы ухитрились отодвинуться от меня.
— Неправда!
— Теперь мы не соприкасаемся ничем, А ведь как трудно ужаться таким образом в этой тесноте” не правда ли? И все-таки вам это удалось, мы не касаемся даже бедрами.
Чтобы перевести разговор Эрик спросил:
— Я слышал по телевизору, что этот профессор с такой забавной бородой, Вальд, вернулся вчера из”.
— Да нет, Вирджил пригласил не его.
— Может быть Марм Хастинтс?
— Этот таоистский полудурок? Вы пытаетесь шутить? Вы всерьез думаете, что Вирджил потерпит у себя этого ничтожного шарлатана, который… — она сделала почти неуловимый жест большим пальцем и усмехнулась, показав свои ровные белые зубы, — Возможно, — сказала она, — это Иан Норе.
— Кто он такой? — Он где-то слышал это имя; он отчетливо осознавал, что, спрашивая се об этом, он делает тактическую ошибку и все-таки задал вопрос, В этом и заключалась его слабость в отношениях с женщинами — он давал себя увести куда им хотелось, Иногда. Но так бывало неоднократно, причем на важнейших поворотах судьбы, Филис вздохнула.
— Фирма Иана делает все эти блестящие чистотой новые искусственные органы, которые вы так искусно вставляете в умирающих Вы имеете в виду, доктор, что не знаете имени человека, которому обязаны своей профессией?
— Я знаю, — с досадой ответил Эрик. — Просто я так занят, что мгновенно забываю все то, что не касается работы.
— А может быть это будет композитор. Как во времена Кеннеди; может быть это будет Пабло Казалс. Боже, какой же он, наверное, старый! А может Бетховен. Гм… — Она сделала вид, что пытается вспомнить. — Да, я действительно припоминаю, что он говорил что-то в этом роде. Людвиг ван Какой-то; только вот не помню был это Людвиг ван Кто-нибудь или еще кто-то…
— Ради Бога, — сказал Эрик, — прекратите это.
— Не забывайтесь. Вы не настолько важная шишка. Просто столетие за столетием не даете умереть одному отвратительному старикашке. Она усмехнулась своей неторопливой располагающей и доверительной усмешкой, полной почти восторженного веселья.
Эрик ответил, попытавшись придать своему тону как можно больше значительности:
— Я обслуживаю, кроме него весь штат ТМК, а, это почти восемьдесят тысяч человек. И, кстати, я не могу делать это с Марса. Вся эта поездка меня возмущает. “И ты в том числе”, — подумал он про себя.
— Великолепно, — воскликнула Филис. — Один хирург на восемьдесят тысяч человек! Один к восьмидесяти тысячам! А разве в вашем распоряжении нет целой бригады роботов? Возможно, они пока обойдутся без вас?
— Дело роботов заниматься грязной работой, — сказал Эрик.
— А дело хирургов по трансплантации — унижаться, — ответила Филис.
Эрик сердито посмотрел на нее. Она сделала очередной глоток и отвернулась. Он был бессилен у нее слишком много психической энергии.
Центральная часть Вашин-35 — пятиэтажное кирпичное здание, в котором мальчишкой жил Вирджил, содержало и вполне современную часть со всеми удобствами, доступными жителям 2055 года. Несколькими кварталами далее находилась Тикут-авеню с магазинчиками, которые Вирджил помнил с детства, Тут была лавка Гаммаджа, в которой он столько раз покупал комиксы и дешевые леденцы. За ней виднелось здание аптеки, в которой старик купил как-то зажигалку и химикалии для своей стеклодувной установки под названием “Набор Гильберта номер 5”.
— Что у нас сегодня в загородном театре? — произнес про себя Харви Акерман, когда их корабль продвигался вдоль Коннектикут-авеню, так что Вирджил мог вдоволь наслаждаться дорогим сердцу видом. Харви присмотрелся и застонал — Джин Харлоу в “Ангелах ада”. Все они видели это, по меньшей мере, дважды.
— Ты не забыл эту чудесную сцену, — обратилась к нему Филис, — в которой Харлоу говорит: “Пойду-ка я одену что-нибудь поудобнее — и возвращается, — Знаю, знаю, — раздраженно перебил ее Харви, — замечательная сцена.
Корабль свернул с Коннектикутавеню на Мак-Комб-стрит и остановился перед зданием под номером три тысячи тридцать девять с аккуратным газоном за чугунной оградой. Однако, когда люк откинулся, Эрик ощутил вместо городского воздуха давно ушедшей столицы горьковатую и разреженную холодную атмосферу Марса. Почти задыхаясь и тщетно пытаясь вздохнуть полной грудью, он стоял и чувствовал себя разочарованным и больным.
— Я распоряжусь подать побольше воздуха, — сказал Вирджил, спускаясь с трапа в сопровождении Джонаса и Харви, Однако сам он, похоже, не испытывал в этом большой нужды. Он оживленно зашагал к дверям.
Группа роботов, искусно замаскированных под маленьких мальчиков, вскочил на ноги; один из них радостно закричал:
— Эй, Вирж, где ты был?!
— Моя мама посылала меня в город, — закудахтал Вирджил с просветлевшим от восторга лицом. — Как поживаешь, Эрл? У меня есть отличные китайские марки, мой папа подарил их мне, у него в конторе их много. Смотри, тут есть одинаковые, я могу по-меняться с тобой, — он полез в карман, стоя на пороге.:
— Эй, а знаешь, что у меня есть, — пронзительно закричал второй мальчишка-робот. — Кусочек сухого льда! Я разрешил Бобу Роджи поиграть моим мячом за этот кусок. Можешь потрогать, если хочешь.
— Меняю на книжку, — сказал Вирджил, вынимая из кармана ключ, — Как насчет “Бака Роджера и кометы смерти”? Страшно интересная вещь.
Когда вся компания наконец спустилась на землю, Филис сказала Эрику:
— Попробуй предложить детям свежий календарь 1952 года с обнаженной Мерилин Монро на обложке. Посмотрим, что они за него дадут.
Дверь в здание не успела распахнуться, а навстречу гостям уже спешил один из охранников из штата ТМК.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
