- Эстери, милая… В чем дело?
- А ты разве сам не видишь? - сорвалось с губ горькое признание. - Все просто ужасно! Отвратительно! Невыносимо!
Подушечкой большого пальца Ансельм погладил меня по тыльной стороне запястья и улыбнулся - так, что мои коленки наверняка бы подогнулись, если бы я не была настолько расстроена.
- А что ужасного? Вот я, например, вижу рядом самую прекрасную девушку в Хелльфасте, Ньеланде, да и на всем полуострове Скьелле. И провести рядом с ней ночь Зимнего Солнцестояния - самая большая удача, которая выпала мне за весь этот год.
Я всхлипнула еще громче.
- Ты все шутишь… А ведь как новый солнечный год встретишь, так его и проведешь. Вот так - преступниками, ожидающими заслуженного наказания. Но тебе-то, наверное, все равно. Это мне… мне не хочется, чтобы весь следующий год был… таким.
- Эс, это просто суеверия, - мягко ответил он. - Эти дурацкие старые приметы на самом деле не работают. В Зимних носках не появится углей, если твои родители не захотят наказать тебя за разбитое окно в маминой спальне. И сколько б золотых кронеров ты бы не нашла в Зимнем кексе, это не поможет тебе внезапно разбогатеть.
Я промолчала.
Ансельм вздохнул.
- Хорошо, зайдем с другой стороны, - наконец проговорил он. - А какой новый солнечный год хочешь ты?
Вопрос застал меня врасплох. Я замялась, не зная, что ответить.
- Ну, ты понимаешь… чудесный… удивительный… счастливый… - вырвалось у меня. - Просто… не такой.
Выпустив мои пальцы, Ансельм поднялся на ноги и несколько раз прошелся взад-вперед по комнате с задумчивым видом, поигрывая зажатой в руках ракетой.
Я напряженно следила за ним, не двигаясь с места. Круг, другой… Где-то на середине третьего круга лэр вдруг замер, глаза его загорелись опасным азартом. Подойдя к окну, Ансельм решительно распахнул створки.
Ветер забросил в комнату горсть снежных хлопьев, истаявших на полу и подоконнике прозрачными каплями. Я поежилась.
- Раз уж так вышло, звездочка, что моей милостью ты оказалась под запором, мне тебя и вытаскивать из этой башни, - он повернулся ко мне. - Сейчас мы сбежим отсюда через окно, а я потом сам все объясню деду. Сиккеле тебя не знает, поэтому не сможет привлечь к ответственности - ты ведь даже не из нашего университета. Никто не догадается, что ты вообще здесь была, уж об этом я позабочусь. А я… ну, я разберусь. Не в первый раз, в конце концов. Вот на первом курсе… - он осекся и не стал продолжать. - Унесем отсюда ноги - и бегом на набережную. И будет твой год волшебным, ярким и незабываемым, как наш с тобой гениальный фейерверк, - он зарычал, изображая дракона, и я не удержалась от улыбки. - Ну что, годится?
Я кивнула.
Сказать было проще, чем сделать - кабинет магистра Сиккеле располагался на четвертом этаже, и до ближайшего сугроба от подоконника было не меньше двенадцати метров, а сменить запертую комнату на больничную койку тоже было так себе идеей для ночи Зимнего Солнцестояния.
- Да, дела, - Ансельм разочарованно отступил от окна, но посмотрев на меня, кивнул сам себе с неожиданным энтузиазмом. - А, впрочем, никаких проблем. Я спущусь по водосточной трубе, а потом сниму тебя с помощью магии - и все будет преотлично.
Я испуганно бросилась к подоконнику, мельком взглянула вниз - и тут же вцепилась Ансельму в отвороты пальто с твердым намерением остановить неминуемое самоубийство.
- Никуда ты не спустишься, - с уверенностью, которой не чувствовала, заявила я. - Не сходи с ума, ты же разобьешься! Не хочу… не хочу, чтобы ты пострадал.
- А я падениеупорный, - Ансельм ухмыльнулся, не торопясь, впрочем, отцеплять мои пальцы и прыгать в окно. - Я вообще… стойкий…
Мы впервые были так близко. Что-то вдруг промелькнуло в синем взгляде лэра, отчего его глаза стали казаться темнее, бездоннее. Ансельм сделал крошечный шаг вперед, не разрывая наших странных почти-объятий, и теплые руки коснулись моих локтей.
- Эстери, - выдохнул он. Я замерла, неотрывно глядя на него. - Не надо бояться…
Притянув меня еще ближе, он наклонился к окну, вынуждая меня наклониться вместе с ним. Повернув голову вправо, я увидела водосточную трубу, железными обручами прикрученную к стене. Нижняя ее половина терялась в густом плюще.
Плющ…
- Вот видишь, - проговорил Ансельм, проследив за моим взглядом. - Все абсолютно безопасно. Труба толстая и разве что самую чуточку холодная, но я перчатки надену. Так что…
Не дав ему закончить фразу, я решительно отстранила лэра от окна. Ансельм недоуменно нахмурился.
- Что?..
- Подожди. Я знаю, что мы можем сделать.
Пакеты с остатками ингредиентов, принесенные из лаборатории охранниками, лежали в углу кабинета. Порывшись в них, я вытащила мешочек удобрений - идеальное средство, с учетом того, что магия троллей всегда была близка к природе - и снова вернулась к Ансельму, следившему за моими действиями с неподдельным любопытством.
- Сможешь переместить это прямо к корням плюща? - спросила я, сжав мешочек в ладонях и напитывая его своей природной магией. Зеленоватое свечение вспыхнуло на мгновение - и погасло.
Ансельм кивнул. Серебристая воздушная паутинка оплелась вокруг желтых камней и вместе с драгоценной добычей скрылась в оконном проеме.
- Готово, - минуту спустя известил меня Ансельм.
Убедившись, что удобрения на месте, я высунулась в окно почти по пояс и зашарила по стене в поисках ближайшего тонкого побега плюща. Свейландская стихийная магия земли гораздо охотнее подчинялась мне летом, но удобрения троллей должны были послужить хорошим катализатором роста. Нужно было лишь немного подстегнуть естественные процессы в гибком зеленом побеге, а потом уплотнить ткань ствола так, чтобы она могла выдержать вес человека - и живая лестница будет готова.
На талию легли горячие ладони.
- Для подстраховки, - пояснил Ансельм, но сердце все равно забилось сильнее.
Зеленые змейки магии сорвались с моих пальцев. Растение откликнулось на мой
призыв, потянулось зелеными побегами к рукам точно ластящийся зверек. Я позволила ему обвить мои пальцы, напитывая силой хрупкие листья. Ансельм за моей спиной восхищенно присвистнул.
- Да ты маг многих талантов, звездочка, - проговорил он.
Не теряя концентрации, я пожала плечами.
- Я такая же, как и ты. Просто благодаря врожденной магии земли алхимия дается мне чуть лучше, чем другим свейландцам. И… мне нравится возиться с растениями, нравится работать с органическими веществами. А остальное - результат упорной зубрежки. Вот, собственно, и вся хваленая десятка.
-Двенадцать, не меньше, - поправил Ансельм с мягкой усмешкой. - Дашь потом зачетку, поправлю. Двенадцать…
Словно в подтверждение его слов, гулко забили часы - но, к счастью, колокол ограничился одиннадцатью ударами и одним коротким и более высоким. Половина. Если мы хотели успеть запустить нашего дракона ровно в полночь, нужно было
спешить.
Через окно перегнулся толстый коричневый стебель плюща, свернулся змейкой у моих ног. Ансельм проверил растение на прочность и удовлетворенно улыбнулся.
- Ну, я пошел. Спущусь первым, а потом помогу тебе.
Закинув на плечо ракету-дракона, он одним прыжком перемахнул через подоконник и исчез в снежной метели. Я высунулась следом, накрыв ладонью побег плюща и подпитывая его силой, чтобы магически усиленный ствол смог удержать вес Ансельма. Он решился на побег ради меня, доверился моей силе, и оттого мне не хотелось рисковать.
С ловкостью древесного духа лэр спустился с четвертого этажа и замер внизу, протягивая ко мне руки.
- Ты следующая, звездочка, - прокричал он. - Смелей!
Я решительно залезла на подоконник. Села, свесив ноги с наружной стороны стены, сжала рукой толстый шершавый стебель плюща. И, чуть наклонившись, перевела взгляд на Ансельма, вытаптывавшего сугроб под окнами административного корпуса.
Лучше бы я этого не делала.
Сердце ухнуло куда-то в пятки, и от этого показалось, будто мой центр тяжести непоправимо сместился вперед, притягивая меня прямо к земле. Пальцы судорожно вцепились в край подоконника. К горлу подкатил ком, я нервно сглотнула.
