нашел. Тоже интересно посмотреть, как драконы в древности селились. Может, и по своей жизни какие новые мысли появятся... Море пересекли на небольшой галере, весел на двадцать, типа античного акатоса. Только на веслах никто не сидел, тем более, что членов экспедиции на все весла бы и не хватило. Но Боню сопровождал недавно сформированный полк пикси, названный им Егерским (форма цвета хаки). Они и взяли галеру на буксир. В устье Этиля останавливаться не стали, сразу поднялись по реке до гор. В строящиеся друг напротив друга города Хифчаков и Имперцев заглянули чисто для проформы. Было заметно, что темпы строительства у Алехеи явно выше, чем у Улдуз. Хифчаки, поди, все в Цинь перебрались. Так что здесь скорее небольшой военный лагерь был. Меньше тысячи орков. А у Имперцев народу было уже больше пяти тысяч, правильная планировка улиц, пристань и форт, ее охраняющий, в наличии. До Деная еще далеко, но вид уже солидный. Боня за Алехею порадовался. Хотя, он же тоже этой самой Империи Визов Императором числится. Равно как и Улы-Ханом Хифчаков. Блин, набрал себе титулов! У гор Боню уже поджидала полусотня кочевников, пришедшая к нему в качестве эскорта. Большого смысла в них не было, все-таки все студенты были хоть и начинающими, но магами, а с учетом пикси так и вовсе могли любую местную армию разбить, но — Улы-Хану положено. Заодно лошадей для участников экспедиции пригнали. Лошадки, конечно, были типа монгольских, мелкие и лохматые. Боня даже опасался, что эльфы носы морщить станут. Но в этом мире ушастые столько лет сами в таком загоне были, что никакого гонора восстановить не успели. Влезли в седла, как миленькие, только радовались. Ну а Боня Сашу оседлал, как начальник. Среди студентов в экспедиции эльфов было большинство. Когда Боня дракончикам нянек назначал, выяснилось, что у них с эльфами какое-то врожденное недоверие присутствует. Так что только двух девушек и приспособил, да и то, больше по просьбе Лючиэль: та просила ей их в качестве помощниц оставить. Вот и вышло, что остальные десять в экспедицию отправились. Плюс два монашка из Виза и один преподаватель-медик Тенерин. Ну и полк пикси, а теперь еще и отряд орков. Довольно внушительный караван получился. По какому принципу Галадриэль поделила эльфов на студентов и преподавателей, Боня не понял. От их реального возраста это не зависело, после возвращения в мир маны все выглядели одинаково молодо. Разве что позаниматься с ними успела до отъезда в Академию? Тогда получалось, что преподаватели отличались от студентов только тем, что прошли краткие курсы. Так что в лучшем случае сами на второкурсников могли претендовать, когда остальные на первый курс поступали. Впрочем, у самого Бони ситуация была не намного лучше. Сам у Иситая и по книгам учился, а потом из только что самим освоенного материала курсы строил. Во многих тонкостях приходилось уже вместе со студентами разбираться. Что поделаешь, все с нуля начинать пришлось. Правда, Тенерин, чуть ли не единственный среди преподавателей-медиков, имел к этому хоть какие-то основания. До появления Бони в поселке эльфов он был кем-то вроде помощника фельдшера, так что небольшое представление о медицине имел. Правда, на редкость убогое, как и вся медицина в этом мире. Основными лечебными процедурами были кровопускания да клизмы. По этой ли причине или просто в силу характера "клизмил" на занятиях Тенерин изрядно, студенты его побаивались. Теперь он тоже без тени сомнения считал себя соруководителем экспедиции, держался рядом с Боней и ехал на Лизе (Женевьере). Единорогов такая бесцеремонность немного раздражала, но пока они его терпели... Под копытами лошадей (и единорогов) хлюпало. Шикарные заливные луга, которыми Боня любовался сверху во время давешнего перелета в Улуг Улус, как оказалось, на две трети состояли из болот. Однако, сопровождавшие отряд кочевники с ролью разведчиков справлялись неплохо, так что маршрут проходил по твердой, хоть и прикрытой водой, земле, а стоянки так и вовсе на сухие островки приходились. Двигались без проблем, под аккомпанемент пения многочисленных лягушек. Собственно, лягушки и составляли основу здешней фауны. Плюс еще птицы болотные, похожие на цапель, которые, судя по всему, этими лягушками и питались. Сами же лягушки ели еще более многочисленных комаров. Кого ели комары? — А у меня от комаров артефакт есть, — с каким-то ехидным удовлетворением думал Боня, держа упомянутый артефакт все время активированным. В результате вокруг него образовалась сфера диаметром метров тридцать, свободная от летающих кровососов, куда все члены экспедиции и старались втиснуться. Зато вокруг сферы концентрация насекомых просто пугала. Хотя, возможно, вытесненные за сферу комары просто все кучковались поблизости. Кроме того, Боня с некоторым удовлетворением констатировал факт, что вся долина, несмотря на значительное удаление от основного места его проживания на острове Солаос, была полностью заполнена маной. Как и все территории, через которые они уже успели проплыть или проехать. Не факт, что от возвращения магии этот мир сильно выиграл, хотя Боня на это надеялся, но, раз уж деусам по своей природе положено ману производить, приятно сознавать, что делаешь ты это хорошо. В общем, в первый день путешествие шло в удовлетворительных условиях и даже напоминало приятную прогулку. Неприятности начались на второй день. Хотя маршрут прокладывали разведчики-кочевники, общее направление задавал Боня. Вот он и решил не идти вдоль русла реки, а сдвинуться ближе к обрамлявшим долину горам. Благо было до них не больше десятка километров (долина была проточена рекой среди гор и особо широкой и не являлась). Стало немного суше. По крайней мере болотистые полосы стали перемежаться большими фрагментами, где почва под ногами (копытами) уже не проседала совсем. Зато появились многочисленные пруды(?), озерца(?), над которыми вились уже не столько комары, сколько стрекозы. На берегу одного из таких прудов устроили привал. Тенерин повел студентов разбираться с местной флорой на предмет наличия в ней целебных растений. Съедобные, впрочем, тоже собирали. Здесь проявилась первая организационная сложность экспедиции. Большинство студентов были эльфами, то есть вегетарианцами. Кочевники были исключительно мясоедами. Студенты-монахи предпочитали рыбу. Ну а Боня и пикси были всеядными, причем могли и вовсе без еды обойтись. Припасов с собой они везли немало, но разнообразить еду тоже хотелось. Поэтому студенты-эльфы прыгали по кочкам и выдергивали различные растения вместе с корешками и луковицами с подогретым гастрономическим интересом энтузиазмом. Кочевники же свои проблемы решили просто, подстрелив из луков прямо по дороге не меньше десятка цапель. Птиц Боне было немного жалко, но охота для местных — чуть ли не самое почетное
