Интересно, что сказала бы мама, окажись она в этой квартирке? Илья покосился на репродукцию вангоговской «Звездной ночи», висящую на стене в прихожей.
«В доме должны быть только подлинники. Работа мастера излучает свет. Репродукции – это дурной тон», – еще один постулат мамы.
Хозяйка всего этого «великолепия», похоже, была совсем не рада обществу Ильи. Она даже не особо скрывала свое к нему отношение. Конечно, кто для нее бомж? Человек второго сорта. Хотя, если уж на то пошло, сама она не слишком далеко ушла от бомжа. Одно отличие – что живет не на помойке, а в этой дыре, которую только с большой натяжкой можно назвать квартирой.
«Вот она, классовая вражда, – усмехнулся про себя Илья, – несколько часов в шкуре деклассированного элемента, и ты уже начинаешь ненавидеть того, кто стоит ступенькой выше на социальной лестнице».
– Мне бы помыться, – сказал он, не потому что так уж нуждался в водных процедурах, а просто из вредности.
Хозяйка растерянно уставилась на него своими кошачьими глазищами.
«Сейчас выставит вон», – решил Илья.
Оказалось – ошибся.
– Минуточку, – сказала она не слишком радушно и скрылась за дверью в ванную.
Илья поплелся следом. Опять же из вредности.
Он как раз поспел к тому моменту, когда Желтоглазая прятала в карман свое бельишко.
«А она скромница, – подумал он иронично, – или, может, опасается, что бомж позарится на ее барахло? Было бы на что зариться!»
Словно почувствовав его присутствие, девушка резко обернулась, зашипела сердито:
– Да что же вы подкрадываетесь?!
– Извините, не хотел вас пугать. – Он надеялся, что его улыбка выглядит достаточно виноватой.
– Вы меня не напугали. Шампунь, мыло – на полочке. Полотенце – на вешалке. – Она замолчала. – Одежды на смену у меня для вас нет – я живу одна.
Можно подумать, он не догадался. Вся квартирка выглядит так, словно уже как минимум пятьдесят лет в нее не забредал ни один мужик. Может, это такое завуалированное предложение остаться, скрасить, так сказать, одиночество?
Когда хозяйка вышла из ванной, сердито хлопнув дверью, Илья принялся изучать стоящие на полке бутылочки. Впрочем, особо и изучать-то было нечего. «Шампунь травяной для всех типов волос», мыло детское, мыло хозяйственное, крем для рук фабрики «Свобода», крем для лица все той же фабрики, шариковый дезодорант – больше ничего.
А где гель для душа; где ароматические соли для ванны, лосьоны и масла для тела, кремы для лица дневные, ночные, омолаживающие, восстанавливающие, питательные; где маски; где пенка для умывания; где средства по уходу за волосами и еще сотни мелочей, которые он неоднократно видел в ванных комнатах знакомых женщин?
«Каждая уважающая себя дама обязана следить за своей внешностью». Его мама вела постоянную войну с возрастом, и, насколько мог судить Илья, ей это удавалось. В свои шестьдесят она выглядела максимум на сорок.
Так-так, получается, его новая знакомая относится к «не уважающим себя дамам». Во всяком случае, излишними заботами о внешности она себя не обременяет.
Стоп. А это что такое?
В дальнем углу полки за флаконом «Шампуня травяного для всех типов волос» обнаружилась изящная золотистая коробочка.
Французские духи, очень модные и очень дорогие. Илья видел такие у одной знакомой, которая знала толк в хорошем парфюме.
Что же это получается? На нормальный шампунь и крем Желтоглазая денег жалеет, но при этом покупает модные духи, которые и в Москве-то появились только пару месяцев назад.
Илья поднес флакончик к глазам – почти полный. Может, ей эти духи подарили? Любовник, например. Но ведь не заметно даже намека на пребывание в этой убогой квартире мужчины. Любой мужик по природе своей – самец. Он бы обязательно «пометил» территорию. Тапки, банный халат, мужской журнал, зубная щетка… Ничего такого и в помине не было. Хотя они могут встречаться на нейтральной территории.
Илья аккуратно поставил духи на место. С кем и где встречается Желтоглазая, не должно его волновать. Ванна уже наполнилась на две трети. Он вошел в воду и выдернул пробку. Лучше ополоснуться под душем, просто на всякий случай. Неизвестно еще, кто моется в этой ванне. Он покосился на «Шампунь травяной для всех типов волос» и решил не рисковать. Для убедительности просто намочил волосы. От детского мыла шкура с него, скорее всего не слезет, ведь изначально оно предназначалось для нежной детской кожи, – Илья намылился.
На бортике ванны лежала симпатичная ярко-розовая губка. Он не стал ею пользоваться, но в воду окунул, все из той же вредности. Пусть думает, что грязный, блохастый бомж мылся ее мочалкой. Он выключил воду, вытерся пушистым банным полотенцем. Натянул джинсы, надел очки. Очки были элементом маскировки. На плохое зрение он никогда не жаловался.
Хозяйка возилась у плиты и на появление Ильи никак не отреагировала.
– Спасибо, – попытался он привлечь ее внимание.
– На здоровье, – она обернулась. И без того большие глаза стали огромными, когда она увидела голое пузо Ильи.
Впечатлилась, про себя констатировал он. Еще бы она не впечатлилась: тренировки по айкидо и тренажерный зал три раза в неделю…
– Пахнет вкусно.
– Что?
Девица все никак не могла оторваться от созерцания его торса.
«Нет никакого любовника, – решил Илья, глядя на ее пылающие уши, – стала бы она так смущаться…»
Почему-то это умозаключение его порадовало.
Когда ужин был уже почти готов, Илья вспомнил, что так и не узнал имя Желтоглазой.
– Послушайте, может, мы познакомимся? – предложил он.
– Сима, – сказала она и с явной опаской пожала протянутую руку.
Что-то было не так с этим именем. Похоже, оно ей совсем не нравилось. Вон как расстроилась. Илья пригляделся к девушке повнимательнее. В ярком электрическом свете ее длинные, до талии, волосы отливали синевой, а кожа была смуглой и бархатистой. Интересно, она не использует и сотой части средств из арсенала современной женщины и умудряется оставаться такой свежей. Картину несколько портили синие тени под глазами. Может, она, как все кошки, ведет ночной образ жизни и поэтому недосыпает?
– Сима – какое-то кошачье имя, – решил он нарушить молчание.
– Нормальное имя! – Она буквально швырнула в него зашитой курткой.
– Спасибо.
– Не за что. Давайте ужинать.
Можно сказать, что впервые в жизни Илья ел жареные сосиски.
«Питаться нужно только здоровой пищей», – говорила его мама.
Оказалось, что нездоровая, напичканная холестерином сосиска, да еще с жареной картошкой – это очень вкусно.
Потом они пили чай с липой, потому что зеленый чай с жасмином мог подорвать Симин бюджет. Рассказывая про бюджет, она впервые с момента их встречи улыбнулась. На ее щеках тут же появились задорные ямочки.
