Материальных ценностей для него не существовало. Он не привязывался к вещам и сочувственно вздыхал, когда Ярослава, кусая губы, на последние деньги покупала модные туфельки.
Это и раздражало ее и притягивало. Те четыре месяца, что они прожили вместе, были, пожалуй, самым необычным и захватывающим временем в ее жизни.
Ей казалось, что она влюблена. Но это обстоятельство не мешало Ясе время от времени ему изменять. «На стороне», с другими мужчинами, она могла вновь почувствовать под обутыми в туфельки на шпильке ногами твердыню предсказуемого кокетства. Ей было хорошо с Андрейчиком, но все равно она с удовольствием время от времени бегала на тривиальные ресторанные свидания. Потому что Максим ресторанов не признавал и считал их пустой тратой времени и денег. Также он не дарил ей цветов, чтобы не быть «как все». Собственно, он ей ничего, кроме вышеупомянутых бриллиантовых сережек, не дарил. Да и те были куплены после душераздирающего скандала, когда на день рождение он преподнес ей купленные на каком-то ремесленном рынке лапти. Почему-то ему показалось, что Яся оценит этническую обувку. Ну или хотя бы будет использовать ее в качестве домашних тапочек. А она вместо этого рассвирепела и запустила ему лаптем в лоб.
В общем, она ему изменяла – это факт.
Были у нее и постоянные любовники, и редкие случайные связи.
Но чаще других она встречалась с сорокадвухлетним бизнесменом Михаилом Полонским, спокойным, вальяжным и добрым, как мультипликационный бегемот.
Михаил Марленович Полонский был для нее человеком-отдушиной. Хотя, глядя на него, сложно было представить, что молодая красивая телеведущая ляжет с ним в постель, не получив предварительно в подарок «мерседес».
Внешне он представлял собою гибрид Боба Марли и главы ордены джедаев Йоды (если такое вообще возможно). На Йоду он походил ростом, плотненьким телосложением, широким лицом, в котором просматривались азиатские черты, спокойным буддийским разрезом глаз и зеленоватой бледностью. От главного же регги-идола планеты ему перепали по-африкански мясистые губы да буйные черные кудри с проседью, которые он завязывал в импозантный хвостик.
Когда Ярослава увидела его впервые, она с внутренним смешком подумала: «Вот любопытно, кто же спит с этим чучелом?» Она, конечно, понимала, что корыстных женщин – тысячи, но нельзя же любить деньги до такой степени!
До чего же она удивилась бы, если кто-нибудь сказал ей, что всего через неделю после знакомства, Полонский где-то раздобудет ее телефон и позвонит скучным вечерком, чтобы пригласить ее в тогда только открывшийся ресторан «Зебра». А ей как раз именно в тот вечер будет отчаянно нечего делать. Андрейчик уедет на тренировку по скалолазанию, а ее от спортивных залов всегда немного подташнивало.
Отгадайте с трех раз: что выберет молодая энергичная девушка с претензией на светскость: в гордом одиночестве распить бутылочку шабли за просмотром идиотского ток-шоу или поужинать с невзрачным мужчиной в таком ресторане, о котором можно будет потом с придыханием рассказывать подружкам?
Вот за тем самым, их первым, ужином и выяснилось, что Михаил Марленович Полонский – отличный мужик. Он не говорил пошлостей и глупостей, ни о чем с ней не договаривался (что может быть противнее торгующегося мужика, который пытается выгадать, какой степени близости он добьется, оплатив ужин в дорогом ресторане?).
Нельзя сказать, что Полонский был гиперостроумным, нельзя сказать, что их разговор лился рекой, словно они были знакомы полжизни, но все же рядом с ним было как-то хорошо. Впервые за последние несколько месяцев Ярослава расслабилась.
Поэтому, когда спустя неделю он пригласил ее на джазовый фестиваль, она с удовольствием согласилась. А потом она впервые позвонила ему сама… Они подружились. И когда в одно прекрасное утро Яся вдруг обнаружила себя проснувшейся в его постели, она ничуть не удивилась, не схватилась в ужасе за голову и не дала самой себе страшной клятвы столько больше не пить. Потому что это было само собой разумеющимся.
Секс с Полонским был таким же уютным и степенным, как и он сам.
Михаил Марленович знал, что Ярослава с кем-то там встречается и даже вроде бы живет вместе, но никогда этим подробно не интересовался. В свою очередь, она была в курсе, что у него есть девушка, модная галеристка по имени Оксана Дробашенко, с которой он общается уже несколько лет. Все были довольны, никто никого не ревновал.
В неведении оставался только Максим Андрейчик, но иногда Ясе казалось, что он настолько погружен в свои сумасшедшие идеи и несбыточные планы, что даже если бы она раскрыла перед ним все карты, он только равнодушно махнул бы рукой.
Тем временем их отношения становились все прохладнее.
Ее терпение лопнуло, когда Максим продал телевизор, видеомагнитофон и ее супернавороченный мобильник, а на вырученные деньги купил себе новую палатку из каких-то революционных материалов. Когда она принялась возмущаться по поводу телефона (который он, между прочим, без спросу стащил из ее сумочки), он с искренним недоумением протянул ей бэушный «сименс», купленный им на Митинском радиорынке за пятьсот рублей. Он так и не понял, кажется, почему она устроила скандал со слезами и битьем посуды. Пожав плечами, заявил, что у Ярославы психология обывателя, и ее проблемы кажутся ему слишком мелкими, чтобы обращать на них внимание.
После короткого совещания с Аленой и Викой было принято совместное решение, что с Андрейчиком пора завязывать.
* * *
Болезненным было их расставание, нехорошим. Если, правда, прилагательное «хороший» вообще применимо к процессу, когда двое людей, которые еще пару недель назад называли друг друга «зайками», пряча глаза пакуют чемоданы, чтобы навсегда разбежаться в разные стороны.
На следующий день после того, как Ярослава переехала, Андрейчик позвонил ей, чтобы попросить вернуться. Она знала, что такой звонок означал для него колоссальное моральное усилие. Такие люди, как Андрейчик, если уж с кем-нибудь прощаются, то, как правило, навсегда. Она не любила заново перечитывать уже знакомые книги. Что толку в сотый раз браться за, казалось бы, интригующее начало, если кульминационный конфликт известен наперед, да и хеппи-энда не предвидится. Поэтому и ответила «нет», постаравшись смягчить свою решительность экскурсами в популярную психологию. Лучше бы она, правда, этого не делала, потому что нет ничего хуже, чем услышать сочувственное: «Дело не в тебе, дело во мне». Сразу становится понятно, что дело как раз в том, к кому обращена эта жалостливая реплика.
Через две недели после разрыва они случайно столкнулись в фойе кинотеатра «5 звезд». Ярослава была с Аленой, а Максим – с какой-то восторженно улыбающейся девицей в оранжевом плюшевом пиджаке. Они вежливо поздоровались, и как одинаково заряженные ионы разлетелись в разные стороны зала. Когда Максим ловил на себе ее взгляд, он принимался демонстративно целоваться с хозяйкой оранжевого пиджака, которая даже не подозревала о своей роли пешки в этой психологической битве титанов, и была вполне счастлива.
