И все-таки Уильямс Денби клял себя на чем свет стоит за то, что уступил Юргену и взялся за это дело. Следовало сказать старому интригану, чтобы нашел для подобной слежки кого-нибудь другого. Тайком наблюдать за женщиной — нет, это не для Денби. Однако же он сразу что-то почувствовал, когда впервые поймал Мартину в видоискатель фотокамеры. Словно его в солнечное сплетение ударили! Потому-то он столь неосторожно и приблизился к обрыву, приблизился к этой женщине.
А что, если его, как и других, ввели в заблуждение? Что, если Мартина Хьюз действительно ничего не знала о связях брата с толстосумами, которым так не терпится избавиться от лесорубов в этих суровых краях? Денби посмотрел на Мартину, словно надеясь прочитать ответ в ее глазах. Но она, казалось, совершенно забыла о его присутствии и не отрываясь смотрела на фотографию. Провела пальцем по глянцевой поверхности, и взгляд ее затуманился.
Снимок был сделан за несколько дней до гибели Пола. Проявляя фотографию уже после похорон, Мартина вглядывалась в его изображение, стараясь найти ответ на вопросы, которые теперь уже брату не задашь. В последнее время она замечала, что Пол как-то странно замкнулся, и догадывалась: его что-то гнетет. Но решила ни о чем не спрашивать, сам скажет, когда найдет нужным. А вот теперь уже вряд ли она узнает правду. Вряд ли докопается до того, что стоит за этим будто бы несчастным случаем. И кому понадобилось подставлять Пола так, словно он действительно какой-то вредитель…
— Несчастный случай на лесоповале, говорите?
— Это профессиональный риск, — едва слышно откликнулась Мартина. — Так же умер и мой отец.
— А не боитесь следующей оказаться?
Вопрос прозвучал резче, чем Денби хотелось бы. Он слишком хорошо помнил боль, испытанную при потере близкого человека. Боль, ставшую еще острее и мучительнее, когда узнал, как именно погибла Лайна.
— Ну у меня-то работа неопасная. Во всяком случае, не более опасная, чем любая другая. Чего по-настоящему хотелось бы, так… — Мартина прикусила губу.
И чего это она чуть не разоткровенничалась с этим наглым и бессердечным типом, который ни малейшего представления не имеет о выращивании и продаже леса? Это на нее совсем не похоже.
— Итак, вам по-настоящему хотелось бы… — напомнил Денби.
— …чтобы какой-нибудь накрахмаленный законник возобновил расследование обстоятельств гибели моего брата, — быстро и зло закончила Мартина.
— Но вы же говорили, что это был несчастный случай!
— Так сказал прокурор.
— А вы в этом не уверены?
— Я уверена, только в одном — брата представили вредителем. Сомневаюсь, что вы как-то могли бы воздействовать на власти.
— Боюсь, что нет.
— Так я и думала.
Мартина круто повернулась и посмотрела в окно. Сквозь густой туман ничего не было видно. Она вздрогнула и обхватила себя руками. Она жила на море с самого рождения и все равно никак не могла привыкнуть к тому чувству полной оторванности от мира, которое возникает, когда тебя со всех сторон окружает туман.
— Лучше бы вам поскорее забыть обо всем этом, — послышался у нее за спиной тихий голос Денби. — Забыть и жить своей жизнью.
Мартина вцепилась в подоконник до боли в пальцах, так что даже ногти побелели.
— Вы не знали моего брата. И нечего вам вмешиваться и поучать меня. Разве я хоть раз спросила, что вам понадобилось в наших краях, вдали от обжитых мест?
Денби с шумом втянул в себя воздух. Это верно, Мартина вопросов не задает, в то время как он…
— Я участвовал в марше протеста там, внизу, в долине.
— Что-то в этом роде я и подумала.
— А что, вам «зеленые» не по душе?
— Я восхищаюсь их преданностью своему делу. — Она вздохнула и почувствовала на своем плече его руку. — И резон в позиции «зеленых» есть. Перемены нужны, давно нужны. Но смущают меня их методы.
Денби сильнее сдавил ее плечо. Интересно, это она искренне?
Мартина склонила голову, и волосы упали ей на лицо, словно светлый занавес, отгородивший ее от целого мира. Сейчас она — просто женщина, женщина до кончиков ногтей, мягкая, податливая, с кротким лицом и копной светлых волос, женщина, которая так и просит мужской ласки. А фигура…
Разозлившись на себя, Денби шагнул назад. Черт, ведет себя как подросток, впервые узнавший смысл понятия «половые гормоны».
— Где тут у вас радио?
— На заднем крыльце.
Проклятие, статическое электричество все волны забивает! Денби нетерпеливо провел рукой по волосам и болезненно поморщился. Еще и голова ко всему прочему раскалывается. Надо выбираться отсюда, пока хозяйка ничего не заподозрила, иначе вся работа коту под хвост. Легенда, которую он сочинил на тот случай, если последуют вопросы, становится с каждой минутой все более неправдоподобной. Наверняка эта неглупая женщина видит его насквозь.
Мартина смотрела, как Денби безнадежно пытается настроить радиоприемник. Что-то он совсем не похож ни поведением, ни речью ни на одного из тех сотен демонстрантов, что приходят в долину. Тогда кто же это? Может, торговец наркотиками в бегах? Поймав себя на том, что ей совсем не хочется, чтобы он оказался преступником, Мартина грустно покачала головой. Ну почему нельзя было наткнуться на простого моряка, выброшенного на берег кораблекрушением, да залатать его раны? И зачем этому смуглому незнакомцу понадобилось вторгаться в ее такую печально размеренную жизнь?..
— Туман рассеивается, — сказал Денби не оборачиваясь, точно был уверен, что Мартина все еще здесь.
Волосы его напоминали скорее палую осеннюю листву и сзади, на шее, слегка курчавились. Интересно, когда причесывается, пытается высушить их феном или внимания не обращает?
Мартина снова подошла к окну. Уже можно было разглядеть очертания скал. Под пронизывающими ветрами с запада пихты и кедры клонились к земле, казалось, еще ниже, чем обычно.
— Сегодня задувает с севера, — заметила Мартина, — так что туман сейчас не самое страшное.
Мощный порыв ветра лишь подтвердил ее правоту. Отломившийся от ближайшего дерева сук врезался в стену дома рядом с окном. Мартина так и подпрыгнула от неожиданности.
— Куда это вы? — спросил Денби, увидев, что она направилась к выходу.
— Дров принесу, а то огонь вот-вот погаснет.
— Давайте помогу.
Мартина медленно оглядела его — неприкрытая грудь, повязка на плече, слишком короткие штаны Пола.
— Спасибо, сама справлюсь.
Остальное договорил взгляд, в словах не нуждающийся: да на что ты сейчас годен-то? Денби, глухо чертыхнувшись, сорвал повязку и, разыскав свою одежду, принялся натягивать ее, скрипя зубами от боли. К тому времени как Мартина вернулась, он уже был одет.
