Несколько мгновений спустя ветер переменился и унес с собой туман, оставив их беззащитными перед ярким светом полной луны. И Яз, только что едва не утонувшая, сейчас ударенная ночной свирепой луной, горевшей в десять раз ярче летнего солнца, свернулась калачиком на скале, обхватив голову руками.
3
ЯЗ ЛЕЖАЛА, СВЕРНУВШИСЬ калачиком, на горячем камне, уверенная, что ее шкуры не только дымятся, но и вот-вот вспыхнут под раскаленным лунном светом. Она никогда не чувствовала ничего подобного. Воздух, казалось, сжигал легкие с каждым вдохом.
Звук тяжелых шагов на лестнице сказал Яз, что скоро к ним присоединится Эррис. Она попыталась поднять голову и прищуриться, но даже сквозь закрытые веки свет был слишком ярким, и она вернула руку, снова закрыв лицо. Мгновение спустя его рука, уже сухая, сомкнулась на ее запястье.
Яз не могла сказать, как долго длились жар и свет. Как и сегодня вечером, когда она чуть не утонула, ей показалось, что прошла вечность, хотя, почти наверняка, меньше.
Наконец свет побледнел и умер, исчезнув так же быстро, как и появился. Яз открыла глаза и увидела, как остатки тумана клочьями покидают провал, окрашенный красным светом звезд. Камень вокруг нее был горячим на ощупь, кожа казалась обожженной. Отголоски лунного света все еще ослепляли ее, не позволяя взгляду проникнуть сквозь ночь на окружающее плато.
— Ничего себе. — Куина, тоже лежавшая калачиком, развернулась и села, моргая. — Интересно, как часто это происходит.
Турин присел на корточки рядом с ней, массируя лоб:
— Мне было бы достаточно одного раза в год.
— Каждую ночь. — Из темноты раздался новый голос. — Без этого лед взялся бы за руки по всему Коридору, и не осталось бы никого, кроме лед-племен. — Сестра Сова подошла ближе, свет звезд неуверенно очертил ее фигуру. — Когда я была ребенком, от скал южного льда до скал северного надо было проехать сто пятьдесят миль. Сейчас их едва ли сотня. Без луны нас давно бы поглотили льды.
Яз встала, внезапно разозлившись.
— Да, мы выжили. Спасибо за вашу заботу. — Она чуть не утонула. Испытание Турина было намного тяжелее. — Вы не могли увести Эулара побыстрее?
Сестра Сова развела руки.
— Ты сама сказала мне: он знал, что юный Турин вода-проклятый. Предоставленный самому себе, я полагаю, архонт простоял бы на страже до рассвета. В конце концов Настоятельнице Коготь пришлось организовать требование его присутствия в соборе в Верити. К счастью, долгое отсутствие архонта в городе разозлило первосвященницу, и, узнав о близости Эулара, она поспешила настоять, чтобы он немедленно явился. Если повезет, она может даже отказаться подтвердить его назначение. Как-никак архонты редко выбирают своих преемников, и в случаях внезапной смерти эти переходы власти подвергаются более пристальному изучению. — Монахиня моргнула и широко раскрыла глаза. — Простите меня, я говорю бессвязно. Боюсь, это проклятие старости. Следуйте за мной. Мы должны убрать вас с глаз долой. Архонт оставил трех церковь-стражей следить за Стеклянной Водой, и чем дольше я держу их в замешательстве, тем труднее манипулировать нитями, не оставляя никаких воспоминаний о провале в памяти. Действительно… — Она плотно сжала высохшие губы, сердясь на слишком далеко зашедший язык, и повернулась, чтобы увести их прочь.
Яз последовала за ней. Мали сказала ей, что пожилая женщина была учительницей, привыкшей выступать перед классом послушниц. Очевидно, краткость не была ее сильной стороной. Тем не менее, у Яз возникло внезапное желание посидеть среди группы таких девушек и послушать болтовню Сестры Совы. Она была уверена, что у Сестры Совы в голове хранится огромное количество знаний, и Яз отчаянно нуждалась в них, если хотела выжить в этой странной, лишенной льда стране пылающих лун и неизвестных верований.
СЕСТРА СОВА ПРОВЕЛА их через темный, пустынный монастырь. Яз никого не видела, огни не горели, но она чувствовала, что за ней наблюдают. Яз и ее друзья, как объяснила сестра Сова, балансировали на тонкой ниточке посреди скрытого конфликта. Конфликта, который определит судьбу Церкви и, следовательно, империи.
Яз вспомнила, как Сестра Сова подошла к заключенным во время их краткого заключения перед судом и заговорила с ними, уверенная, что ни один из церковь-стражей, которых Эулар оставил присматривать за ними, не знает языка севера.
Старуха доковыляла до ворот их подземной тюрьмы и заглянула сквозь железные прутья туда, где Яз и остальные сидели в цепях.
— Предок — это множество, которое говорит одним голосом, — сказала она. — В то время как Церковь — это единое целое, которое говорит многими голосами. — Она обхватила скрюченной рукой перекладину и придвинулась поближе. — Я не собираюсь смывать церковную грязь. — Она с трудом подбирала правильные слова на языке севера. — Эта грязь прячется перед незнакомцами, которых я только что встретила, но достаточно сказать, что я была вовлечена в тайную войну за сердце нашей веры с тех пор, как Настоятельница Коготь была зудом в животе ее матери. Там есть силы, — она махнула рукой в сторону каменных стен, — силы, которые уже давно стремятся проникнуть как в Церковь, так и в королевскую семью, стремятся ниспровергнуть и то, и другое в целях, которые я еще не до конца понимаю, но, безусловно, не в интересах нашего народа. Я не доверяю мотивам Архонта Эулара, независимо от того, какой уровень поддержки он может иметь в высших кругах. Давным-давно Сестра Облако предсказала пришествие сотворенного человека — пророчество, сказанное только для моих ушей. Она не оставила никаких инструкций, но она, наверняка, не думала, что я буду бездействовать, когда его и его товарищей соберутся казнить.
— Тогда освободите нас, — сказала Яз. — Вы должны понимать, что эти решетки нас не удержат. Мы стараемся не начинать битву. И вообще мы не хотим с вами сражаться. Но Эулар — наш враг со льда, и мы не позволим ему нас убить.
Сестра Сова поджала губы и нахмурилась:
— Все довольно сложно. Вера проста, но религия… это может запутать. Настоятельница Коготь руководит этим монастырем и подчиняется первосвященнице. Наши законы должны соблюдаться, иначе их заменит хаос, и начнется гораздо более масштабная битва, чем та, о которой вы беспокоитесь. Однако наша настоятельница — умная женщина. Вы можете подумать, что она выбрала свое имя из-за вреда, который может нанести коготь. Но, на самом деле, ее вдохновляла способность когтя цепляться за невозможные грани и карабкаться, несмотря ни на что.
Яз подумала о хуле, который однажды напал на них на высоком горном хребте, передвигаясь по почти вертикальному льду, как по ровной земле, благодаря своим устрашающим когтям.
— И
