меня за руку и рычит, убирая от моего лона.
И я хнычу.
А Ярослав как голодные припадает мне между ног. Яростно работает губами, языком, что ничего не успеваю понять.
Врезаюсь пальцами в его короткие волосы и рефлекторно сдвигаю ноги.
И сдаюсь. Напрягаюсь и свожу ноги вместе.
Взрываюсь с громким криком.
Вижу перед глазами звёздочки. Пока всё тело потряхивает, а Дикий с трудом отрывается от меня и вновь нависает надо мной, скользя руками выше и оставляя мои бёдра в покое.
– Ты меня простила?
Я тяжело дышу и мотаю головой.
Нет уж, Ярослав Максимович.
– Не простила.
Пальцы в недовольстве сжимаются на талии.
– Нарываешься, – предупреждает.
– Нарываюсь, – выдыхаю и киваю.
И кажется этим самым действием даю Дикому свободу. Даже не сопротивляюсь, когда он снова обхватывает мои ноги.
Поддаётся вперёд. Внезапно. Входит в меня своим большим членом. Таранит, так, что я чуть не всхлипываю. Не от боли. Наслаждения. Он входит хорошо, как влитой. Заполняет полностью изнутри.
А я не могу. Мне так приятно чувствовать его внутри. Любимого мужчину, что начинает безудержные толчки.
– Бля, ягодка, как же я соскучился по тебе.
И я опять распахиваю рот, жадно глотая воздух. Перестаю замечать что-либо вокруг. Только тело Ярослава, что держит меня в своих тисках. И что творит сейчас со мной. Выбивает воздух. Двигаясь во мне своим органом.
Быстро, яростно, будто от этого зависит наша жизнь.
И я не сдерживаюсь.
Впервые выпускаю столько стонов, которые не хотят сидеть в горле.
Яр был прав…
Первый раз, по сравнению со вторым – ничто.
Ощущения обостряются, становятся ярче. И теперь я понимаю, почему мой муж такой извращенец… Это классно. До дрожи внутри груди и до пожара между ног.. Сердце забивается как бешенное, намереваясь выпрыгнуть из груди.
– Я тебя убью, мелкая, – шипит надо мной. И снова делает толчок. – Нельзя… Быть… Такой… Соблазнительной!
С каждым, словом он входит так, словно забивает в меня гвоздь. Рывками. Безудержно, сильно. Вызывая искры перед глазами и внутри.
Я обвиваю его шею и, не сдерживаясь, льну к его натренированному телу. Шепчу на ухо слова мольбы.
– Ярослав, прошу… – я задыхаюсь от ритма. От движений. И сейчас сойду с ума! – Пожалуйста, я!...
Я сильнее распахиваю глаза и замираю. Время вокруг останавливается. Внизу ударяет такая сильная дрожь, будто сейчас идёт землетрясение.
А крик такой – словно режут ножом без наркоза.
Но это всего лишь стон наслаждения и удовольствия, которые я испытываю, обмякая под Диким. А он не останавливается. Ему мало. А мне хватает. Но хочу ещё.
Не могу успокоиться. Опять пожар вокруг. Всё ноет, вопит от его действий, ласок, обрушившихся на меня сегодня.
И я подаюсь. Не зная о чём думаю. Хочу его опять. И снова.
Поэтому не ведая что творю, постанываю в унисон его рыкам и движениям. Иду ему навстречу. Двигаю бёдрами. Насаживаюсь на него и ощущаю такие необъяснимые чувства.
Только с ним!
– Я сам с тобой сойду с ума, Вик.
Ярослав внезапно отрывается, отдаляется от меня, а я смахиваю пот, наблюдая за ним из-под ресниц.
И улыбаюсь на то, как Дикий прикрывает глаза и слегка запрокидывает голову назад.
– Ты прощён, – проговариваю на выдохе. Наблюдаю за ухмылкой, появляющейся на его удовлетворённом лице.
Чувствую слабость во всём теле. Растекающееся блаженство. Пока лоно продолжается сокращаться в оргазме, который настиг так быстро и ярко.
– Я это и без тебя знаю, – снова подаётся вперед. Нависает надо мной, словно гигант и врезается своими губами в мои губы. Мнёт их, пожирает, и опять не даёт мне спокойно насладиться сладкой негой.
Но я опять отстраняюсь. Хватит на него сегодня!
Я принимаю своё поражение, но ненадолго.
– Мне в душ надо.
– Нет, – отрезает. – Мне нравится. Всё. Какая ты потрёпанная, вспотевшая. И как пахнешь возбуждением, желанием. Всё в тебе обожаю, Ежевика. Мы ещё не закончили.
– Тогда мне тем более нужно в душ! – рывком ухожу в сторону. Вылезаю из-под мужчины, задеваю его орган и быстрее несусь в ванную. Чтобы не догнал!
Но меня захлёстывает волна разочарования, но в то же время предвкушения, когда мужчина хватает меня за запястье. А я только успеваю сделать пару шагов.
Ярослав встаёт с кровати, а я вырываюсь. Но он догоняет меня около подоконника, к которому ринулась из-за паники.
– Отпустиии, – вредничаю и вырываюсь. А он нет. В тисках своих зажимает. Наклоняется и на ушко шепчет:
– Непослушная девчонка. Я же сказал – мы ещё не закончили.
Я сглатываю и напрягаюсь.
Ярослав ещё хочет. Я чувствую. Член утыкается в попу.
Куда??
– Поэтому, нет. Я тебя так просто не отпущу.
Дикий
Я как обезумевший зверь опрокидываю Ежевику на подоконник. С искренним удовольствием смотрю как та елозит на своей груди и пытается встать. Но я только сильнее прижимаюсь возбуждённым членом к её вздёрнутой попке и перехватываю запястья.
– Что ты делаешь? – пропитанный желанием голос вгоняет меня ещё в большее безумным.
Я хочу её всю. До основания. До миллиметра кожи. До каждого органа. Всю-всю. Я готов целовать её, пожирая, кусая, делая больно, а потом каждый раз замаливать грехи. Она вкусная. Нереально вкусная во всех местах и желанная.
Я с ней сдержаться не могу.
Всегда думаю про аккуратность. Чтобы не порвать её.
Я погуглил ту фотку с хомяком. И даже посмеялся.
А потом начал за неё волноваться.
И когда таранил её тельце и видел её лицо, переживал, что порву. Хоть она и была мокрая. Мне даже делать ничего не пришлось. Только спустился, увидел свою влажную девочку и всё.
А потом мозг обрубился. Я хотел ещё. Долбился так, будто это последний секс в моей жизни.
Это девчонка меня с ума сходит.
Раз я её люблю настолько, что сейчас делаю с ней такие грязные вещи. Трахаю так, что не могу насытиться. Эта ночь явно самая лучшая за все мои годы жизни.
Потому что сейчас я прижимаю её запястья к пояснице. Одной рукой. Второй впиваюсь в её чёрную копну волос. Никогда так и не узнаю – крашеная она или нет.
Но мне не до этого сейчас.
Тормоза срывают.
Но я терпеливо играюсь с ней.
Потому что она уйти хотела. В душ. Без меня. Но нет.
Вставляю член между её розовых губок и толкаюсь между ними. Раздражаю набухший и
