был хорош собой, даже очень, но ведь маньяк же! К тому же я его совсем не знаю! Вдруг убьет? Или еще какие причуды имеются. Цепи и наручники на стенах не настраивали на расслабленный лад.
А я… честно сказать к своим годам не имела много опыта. Скорее, совсем его не имела. Он же не остановится на поцелуях! Это написано на обаятельной брюнетистой морде. Проскальзывает в каждом его жесте. Невысказанное сексуальное напряжение. Будто бы за его спиной спряталась электростанция, и теперь покрывает все вокруг искристыми молниями.
Но был еще один страх, который меня останавливал. Всегда. И он был настолько глупым и иррациональным, что даже перед лицом идеального воплощения всех моих фантазий, я не смогла пересилить себя. Нет!
Он их увидит!
Резко отвернулась. Мужчина скользнул губами по скуле, при этом умудряясь этим невинным прикосновением снова вырвать у меня стон… разочарования?
— Я подожду, пока ты станешь более сговорчивой, — зло прошипел тюремщик.
Развернулся резко, показывая широкую спину, и ушел, оставляя за собой клочья непонятной черной мглы. Я выдохнула. Ну и ну! Приключения на пьяную задницу!
Где-то должна быть эта чертова машинка!
Решетка камеры заперта, за ней только темный недружелюбный коридор.
Что он вообще имел в виду? На что, по его мнению, я должна согласиться?! На секс с незнакомцем?
— Станешь более сговорчивой, — передразнила вслух, осторожно приседая и сканируя все углы. Надо выбираться. Мне на работу завтра! И я почти голая, в костюме, без своих вещей. Ни телефона, ни ключей! Как попаду назад? Кошмар какой-то.
Я постаралась вспомнить всё, что предшествовала попаданию в эту глупую ситуацию.
Поежилась. А здесь прохладно! Повела босыми ступнями. Больше никогда не буду пить и есть ничего сомнительного! Никогда.
Я присела на кровать, выдохнула. Машинку, испускающую пар так и не нашла. Зато обнаружила конфету! И она пропищала, едва различимо:
— Прости, Алинка!
— Точно! Ты! — подхватила создание на колени и стала теребить, выплескивая свою злость.
— Прости! — продолжала пищать Клубничка. — Не думала, что здесь все так плохо! Пришлось спрятаться от синха, а то загрыз бы, и не заметил!
Мне кажется, или видение мое совсем уж странное? Если я не стану обращать внимания на ожившую конфету, то она сама исчезнет, так ведь? Правильно. Воображение просто не сможет поддерживать несостоятельный глюк.
Кивнула сама себе и встала. Стала перебежками разминать затекшие ноги, при этом не сильно их морозя. Пол здесь просто ледяной. Вот бы в окно заглянуть и понять, где я…
— Эй! Хозяйка? Ты меня слышишь?
Конфета усерднее запрыгала вокруг, звонко шурша своим фантиком.
* * *
Анаил Шасс
Я горел от бешенства! Простолюдка с Земли противозаконно проникла в мир богов, о чем мне любезно сообщила одна из богинь леса. Я был вынужден спешно прибыть на окраину, только ради того чтоб исполнить правосудие, но оказался позорно обезоружен! И ведь давно не мальчишка, статусный телохранитель Всесильного и почитатель его власти, более того, его младший брат-близнец; однако никакие регалии не смогли спасти меня от ярких рыжих волос незнакомки, от ее сладкого аромата, щекочущего ноздри и раздражающего нутро, и от голых худеньких коленей, торчащих из-под странного наряда.
Впрочем, ее одежда напоминала некую зимнюю вариацию, что, учитывая последние изменения на Парласе, наверное, было довольно предусмотрительно. Жуткий холод уже становился привычным. Я глянул на серое небо, затянутое графитовыми тучами. Брат снова не в настроении. С тех пор как он съел ту проклятую конфету все пошло наперекосяк! Конечно, Полина долго извинялась, краснела и заикалась, но трое ее мужей из клана Ро Тэр предельно ясно объяснили нам с братом, что не дадут в обиду свою жену. Да и по правде говоря, они не нарушили никаких законов. Всесильный сам съел роковую сладость, точно так же, как и я…
Я встал над бессознательным телом пришелицы, окинув его еще одним суровым взглядом. Как бы мне не хотелось, придется следовать законам нашего мира. Уничтожить.
Да, так выведено в Кодексе Надсмотрщиков про пришлых. Для темных синхов, блюстителей правосудия в мире, где каждый наделен особым умением, не существовало ограничений. Мы были необходимы. Порой, сам дар бога мог оказаться губительным для остальных. Такие уникумы подлежали исправлению, зачистке. Всесильный с радостью наделит их новым, общественно полезным умением. По крайней мере так было, пока…
Лучше об этом не думать. Я громко сглотнул, смотря на голые аккуратные ступни девчонки. Она попала к нам без обуви, и сейчас снег таял под теплыми ногами, окутывая их холодной влагой. Капли искрились на пальцах, взывая к странному трогательному желанию прикрыть их от холода. Глупости.
Придется взять ее на руки, иного способа отнести простолюдку в Башню я не видел. Магия телепортации — не мой конёк, вот если бы тут был один из Лан Дэр, тогда мне бы не пришлось тащить тело.
Тело. Да, именно так. Она проникла сюда противозаконно, а значит я не имею права относиться к преступнице иначе. Буду воспринимать девушку лишь как простолюдку, причем самую обыкновенную, низшего сорта.
Я склонился над ней, приподнимая под горячие колени и спину. Но сразу понял непозволительную ошибку. Мой чувствительный нос приник к ее макушке. Ворох волос приятно пощекотал кончик, и аромат девчонки стал сильнее. Буквально невыносимым.
Терпкий сладкий запах просочился в ноздри, и пошел дальше, будорожа все части тела. Клыки набухли от болезненного желания испить крови, пах скрутило судорогой парадоксального возбуждения, оживив спящий орган. Мыщцы напряглись, будто готовясь к прыжку, я весь подобрался, стараясь контролировать собственные постыдные порывы. Простолюдка… Почему?! Смотрел на нее, но не находил ответа в спокойном лице. После той роковой конфетки я ни к кому не испытывал желания…
Слегка вздернутый носик, пухлые красивые губы, напоминающие лепестки орхидеи по цвету, и, наверняка, наощупь они тоже мягкие. Маленький подбородок, делающий лицо ее походящей по форме на милое сердечко, плечики прикрыты непонятной тряпкой, как и ноги.
Пошатнулся, едва смог сохранить равновесие. Ноги подкосились от близости теплого тела. Прочистил горло и сделал первый трудный шаг. Это не так просто, когда у тебя между ног торчит эрегированный крупный член, требующий буквально овладеть простолюдкой прямо тут, на снегу, пока она не пришла в сознание. Я откинул глупые мысли как недостойные.
Что за безумие?!
Анализировать собственные реакции не хотелось. Ведь за ними могла скрываться правда, к которой я не был готов. Ни морально, ни физически.
Она просто преступница, не больше. Я отнесу ее в Башню Надсмотрщиков, а потом придам каре, как это положено.
Но чем дальше я
