Читаем без скачивания И обрушилась стена - Роберт Уилсон

Я проснулся в другой реальности. Я совершил трансгрессию! Спонтанно? Или кто-то меня толкнул? Это предстояло выяснить.

Некоторое время я бродил по улицам, обдумывая сложившуюся ситуацию. Один за другим перебирал варианты действий. Идти в советское консульство? Лечь спать в надежде проснуться снова в далекой Бурятии двадцать лет назад? Искать контактов с местными магами? Пробираться в Лос-Анджелес и пытаться разыскать Карлоса Кастанеду? Все это были логично обоснованные, сами собой напрашивающиеся варианты. Можно было обсуждать их относительные достоинства. Можно было гадать, есть ли в этом мире советское консульство, бурятский спецобъект и Карлос Кастанеда, но мне вдруг показалось важным именно то, что все эти варианты были наиболее вероятными. Все это было движением «по выпуклостям» Мультиверсума. Все это было, как сказали бы дон Хуан и Лао-цзы, делание.

Но то, что я попал сюда, было событием очень маловероятным. Магическим событием. И я понял, что просто обязан продолжать в таком же духе. Надо придерживаться неделания. Надо совершать маловероятные, логически необоснованные поступки. В конце концов, что мне терять? Началось самое потрясающее магическое приключение в моей жизни. Неужели я буду разыскивать каких-то консулов или магов и, краснея от осознания собственной беспомощности, рассказывать им свою невероятную историю? Неужели мне вообще хочется поскорее попасть обратно в родное стойло? Ну уж нет!

Не помощи я буду просить у сильных мира сего, а поделюсь своей радостью с первым встречным. Это было импульсивное и необдуманное желание, и я поспешил исполнить его, пока не вмешался здравый смысл.

— Прошу прощения, сэр! — сказал я по-английски первому встречному, седому черноусому нью-йоркскому джентльмену, вышедшему из магазина, мимо которого я в этот момент проходил. — Вы знаете, я наконец-то свободен!

— Рад за вас, Александр Иванович, — ответил мне джентльмен на чистейшем русском языке. — И каково оно, быть свободным?

Я остолбенел. Передо мной стоял Янус Полуэктович Невструев собственной персоной.

Мы проговорили весь вечер и всю ночь. Пересказывать весь этот разговор, как и предыдущие наши диалоги через астральный канал, я не буду. Отведенный мне в книге объем заканчивается, и я ограничусь лишь кратким пересказом того, что мне поведал Вновь Воплотившийся Янус Полуэктович (В-Янус).

За моим Откровением, оказывается, давно уже с интересом следил не только И-Янус; мне уделяли самое пристальное внимание Стражи Шамбалы, своего рода «служба безопасности» системы спец-технологических учреждений. Я об этом не догадывался. Сталкинг, конечно, сильная защита, но не против одного из мощнейших магических орденов Мультиверсума. Когда Стражи решили, что моя самодеятельность зашла слишком далеко, меня решено было нейтрализовать. И пребывал бы я как наблюдатель еще тысячи линейных лет в каком-нибудь надежно заговоренном магическом кристалле, если бы не вмешалась другая сила.

— Значит, вы на стороне Иллюминатов, Янус Полуэктович? — спросил я.

— На этот вопрос я не дам вам никакого ответа, — Ответил он, — потому что любой ответ будет одинаково истинным и ложным на вашем нынешнем, все еще линейном, уровне самоосознания. Когда вы, Александр Иванович, достигнете Интеграции, вы все поймете. Вы обязательно все поймете.

Мы сидели в номере недорогого нью-йоркского отеля. Съели ужин, заказанный и оплаченный Янусом. Пили чай. Он снова обращался ко мне на вы и был похож на тех Янусов Полуэктовичей, которых я когда-то (проклятая линейная грамматика!) знал. Он выглядел несколько моложе и значительно сильнее Януса-Администратора, а глаза его были, кажется, еще пронзительнее, чем у многомудрого Януса-Ученого. Он был подчеркнуто материален. А я весь клокотал счастьем и вопросами.

— Как же так, Янус Полуэктович? Ведь ваше сознание давно уже распределено по всей сфере Мультиверсума. А такое состояние, кажется, несовместимо с человеческой формой?

— В сфере Мультиверсума, голубчик, нет никаких «давно уже» или «только что». И вы ведь, кажется, давно уже — в вашем, подчеркиваю, линейном времени это поняли. А что до совместимости, так ведь это тоже касается только того моего фрагмента, который осуществил Интеграцию в определенный момент определенной линейной последовательности. Целое не может быть слабее фрагмента. Любое И-существо в состоянии принимать любую материальную форму в любой реальности — как духовной, так и сугубо материальной. Чтобы иметь удовольствие общаться с вами посредством ченнелинга, мне пришлось принять некую астральную форму. А при материальном контакте, мне показалось, вам приятнее всего будет видеть то, что вы видите перед собой в данный линейный момент.

Так же обстоятельно и в таком же менторском тоне он ответил почти на все остальные мои вопросы. На некоторые вопросы никакого ответа он дать не захотел по причине их линейности. И вот какая вырисовывалась картина.

Сила, забросившая меня сюда, сделала это из тех же соображений, из которых однажды уже провела меня через трансгрессию. Зачем это делается, я уже сам догадался, и догадался, в общем, правильно. Не учел я только одного. Тайные иерархии, во всех без исключения линейных реальностях борющиеся за власть над Универсумом, знают и о Мультиверсуме. И они не только ведут между собой нескончаемые астральные войны за контроль над каждым данным миром. И Шамбала, и Атлантида очень хотят овладеть всем Сверхмиром. Поэтому за технологии трансгрессии во всех реальностях идет еще более жестокая борьба, чем за астральные (магические) технологии, не говоря уже о ядерных, лазерных, психотронных и прочих материальных технологиях.

Без технологий невозможно существование Мультиверсума. («А ведь сфера Мультиверсума, Александр Иванович, с одной стороны, попеременно расширяется и сужается, движется в радиальном времени, а с другой стороны, сама по себе является лишь материальной точкой на сфере Омниверсума. Чувствуете ответственность?») Но технологии имеют тенденцию использоваться прежде всего и преимущественно для целей выживания и господства. («Для животных целей, Александр Иванович. Впрочем, это естественно. Наш Мультиверсум еще молод. Его Сейчас — это, можно сказать, каменный век в ваших линейных масштабах».) Поэтому Интеграция идет бок о бок с Откровением. Технологии не должны быть достоянием тайных обществ. И не только технологии, а вообще любая информация. («Поэтому в той реальности, куда вы, Александр Иванович, не без нашей помощи сейчас попали, происходит широкомасштабное обнародование всех тайных прежде знаний — всех видов магии, прорицания, боевых искусств, целительства, алхимии, метафизики. И вы в этом принимаете самое непосредственное участие».) Никто не смог бы узурпировать ядерную технологию, если бы ею владели все. Когда технологией ченнелинга овладевают массы людей, власти церквей, монопольно присвоивших себе право на ченнелинг, приходит конец. Примеры можно продолжать. Чтобы никто не смог узурпировать технологию трансгрессии, эта технология должна стать достоянием всех. Поэтому люди должны подвергаться трансгрессии и получать Откровение.

Я свое Откровение уже начал получать. Мне в этом помогли. Меня провели по различным реальностям. Меня ткнули носом в проблему, о которой я и не подозревал в своем линейном бытии. Мне предоставили разбираться в ней. Когда надо, помогали информацией или действием. И будут это делать всегда. («В линейном времени всегда, Александр Иванович, а как станете интегральным, то и в сферическом времени, и так далее».) И я должен помогать другим. Для начала — рассказать всем, кто захочет слушать, о моем Откровении. Не смущаясь тем, что никто не поверит. Постараться, чтобы поверили. Чтобы Мультиверсум оставался сферой, каждый человек-микроверсум должен реализовать себя как сферу. Таков закон Бытия. И я не могу ему не подчиняться. Ибо в Вечном Сейчас я Бог, а Бог, создав Бытие, подчиняется законам Бытия.

О многом еще мы с В-Янусом говорили, что не относится непосредственно к делу. И закончили разговор уже засветло. Янус Полуэктович вдруг поглядел на часы, потянулся с хрустом и заговорил как-то лукаво:

— Ну, Александр Иванович, мне пора. Дел у меня, честно говоря, по горло. Девяносто восьмой год еще ответственнее, чем семьдесят третий. Хорошо хоть помощников хватает. Интегрируется народ помаленьку. Вам, кстати, от Карлоса привет. Боюсь, не нашли бы вы его в Лос-Анджелесе. И советского консульства не нашли бы. Да и не нужно оно вам. Там, откуда вы прибыли, без вас разберутся. Точнее, вы же и разберетесь, когда распределитесь по сфере Мультиверсума и станете — как это вы сказали? — «несовместимым с человеческой формой»? Эх, молодо-зелено… В общем, до встречи, Александр Иванович. Сидите, сидите. Пока!

Если уважаемые читатели ожидают, что В-Янус после этих слов растворился в воздухе, я вынужден их разочаровать. Он вышел в дверь. Пока он произносил последнюю свою тираду, меня вдруг стало клонить в сон. Когда Янус ушел, сонливость стала непреодолимой. Тупо посмотрев на дверь и почему-то напоследок вспомнив, что у древних римлян Янус был богом дверей, я рухнул на кровать как был, в комбинезоне. И заснул, кажется, еще в падении.