– Я тебя об этом и не прошу.
– И все же получается, что во всем виноват я, ведь так?
– Да, сэр, именно так, – ответил Кол, подражая Дули, и засмеялся. – Если Мэри Роуз станет об этом известно до того, как я привезу Элеонору назад, тебе не поздоровится.
– Почему ты так думаешь?
– План был твой.
– Мэри Роуз, может, ничего и не узнает, – подал голос Трэвис.
– Я же хотел как лучше, – запротестовал Харрисон.
– Еще как узнает, – возразил Дули. – Если Элеонора через пару дней не появится, Мэри Роуз вполне может что-то заподозрить.
– Ты собираешься все это время держать Элеонору в горах? – спросил Кола Харрисон.
– Боюсь, Гоуст столько не выдержит, – вмешался в разговор Дули. – Я мог бы добавить ему еще доллар, чтобы он не смылся. Ты не одолжишь мне доллар, Кол?
– Само собой, Дули.
– Вот твое пиво, Дули, – произнес Трэвис, протягивая ему бутылку. – Эй, уж не Гоуст ли спускается по тропе?
Харрисон встал – он уже смирился с неизбежным и собирался привезти Элеонору на ранчо. В это время в дверях появилась Мэри Роуз. – Привет, Дули, – сказала она.
– Здравствуйте, мисс Мэри, – ответил старик. Выйдя на крыльцо, девушка огляделась.
– Никто не видел Элеонору? – спросила она.
Все молча посмотрели на Харрисона. Он снова уселся и уставился куда-то вдаль.
– Она у себя в комнате, – пришел ему на выручку Трэвис. – Пусть она немножко там отсидится.
– С чего это ей отсиживаться?
Поскольку Трэвис ничего не мог придумать, ему на помощь поспешил Дуглас.
– Она, должно быть, знает, что ты на нее сердита, Мэри Роуз, – объяснил он.
Макдональд обернулся и посмотрел на Мэри Роуз. Та в ответ нахмурилась.
– Адам, ты уже поговорил с Харрисоном? – поинтересовалась девушка.
– Еще нет, Мэри Роуз.
– Пожалуйста, не тяни с этим.
– О чем он должен со мной поговорить? – спросил ее Харрисон. Не ответив, Мэри Роуз повернулась и снова ушла в дом, захлопнув за собой дверь.
Харрисон взглянул на Адама:
– О чем это она?
– Она все про тебя рассказала, – сказал Кол.
– Что именно?
– Про дуэль.
– Не обижайся, Харрисон, она о тебе же беспокоится, – сказал Дуглас.
Кол встал, распрямил плечи, поставил бутылку из-под пива на перила и спустился по ступенькам.
– Пожалуй, пора съездить за Элеонорой. Гоуст, ты почему за ней не присматриваешь? – крикнул он.
Появившийся у дома как раз в этот миг седой человек покачал головой:
– Я больше не выдержал, даже за два доллара. Генри, услышав ее вопли, подъехал к тому месту, где она сейчас, и я дал ему три доллара, чтобы он ее покараулил. Дули, это мое последнее одолжение.
Кол пошел на конюшню.
– Харрисон, ты когда-нибудь работал с веревкой? – бросил он через плечо.
– Я показывал ему, как это делается! – крикнул Дуглас.
– Как только я привезу назад Элеонору, мы поедем и заарканим тех пятерых бычков! – проорал Кол.
Харрисон поднялся.
– Дуглас, твое вранье было совершенно ни к чему.
– Попрактикуйся теперь, – предложил Дуглас. – Тогда получится, что я вовсе не наерал. Сейчас я тебе все объясню.
– Харрисон, вы бы лучше сначала перекусили, – сказал Адам.
Макдональд согласился. Пока Дуглас ходил за веревками, он прошел вместе с Адамом на кухню. Они уселись за кухонный стол и поели, болтая о разных пустяках.
– Вы, кажется, должны побеседовать со мной о дуэли? – спросил Макдональд, улыбаясь. – Как я понимаю, Мэри Роуз на меня нажаловалась.
– Верно. Моя сестра считает, что вы нарочно спровоцировали того человека.
– Она права, – признал Харрисон.
Он ожидал от Адама длинной тирады, но тот не произнес ни слова. Несколько минут прошли в молчании, после чего Харрисон решил его поощрить.
– Ну и что же дальше? – спросил он.
– Что вы имеете в виду?
– Вы не собираетесь говорить со мной об этом?
– Я это только что сделал. Харрисон рассмеялся.
В это самое время Колу было не до смеха. Элеонора не хотела считаться с его планом. Заметив Клэйборна, она подняла с земли увесистый камень и швырнула в него. Кол же полагал, что спасителя следует встречать иначе – Элеонора должна была испытывать благодарность, а не беситься от злости.
– Вы что, все еще не одумались? – крикнул он. – Прекратите! И подъехал ближе. Элеонора стояла на тропе. Взглянув на ее обувь, Кол подумал, что она, должно быть, натерла ноги. Однако ее саму это, судя по всему, нисколько не волновало. Она проковыляла мимо него и пошла дальше вверх по склону.
– Куда вы?
– На ранчо, собрать вещи. Застрелю Харрисона, а потом уеду.
– Мэри Роуз не даст вам застрелить Харрисона. Она по нему сохнет.
– Плевала я на это.
– Да, пожалуй, вам на всех плевать, кроме вас самой.
Голос его звучал устало и равнодушно. Элеонора обернулась и посмотрела на него, пытаясь понять, серьезно он говорит или просто старается ее разозлить. Ей показалось, что он ничуть не лукавит. Элеонора распрямила плечи.
– Неправда. Просто у Мэри Роуз есть четверо сильных братьев, на которых она может положиться. А мне приходится рассчитывать только на себя.
– Вы самое эгоистичное создание, которое я когда-либо видел. Элеонора заплакала. На этот раз она не притворялась – у нее болело все тело, а теперь Кол уязвил и ее гордость.
– У меня была тяжелая жизнь, – всхлипывая, пробормотала она.
– А у кого она была легкой?
– Харрисон бросил меня здесь.
– Вы были тут не одна.
– Я знаю, – сказала Элеонора, ссутулившись, и повернулась к кустам. – Вы свободны, Генри. Кол уже здесь.
– Спасибо, мисс Элеонора, – раздался голос Генри.
– Мне… было хорошо в вашей компании, – глубоко вздохнув, произнесла Элеонора.
– Мне тоже, вот только кричали вы уж очень громко – у меня даже голова разболелась, мисс Элеонора.
– Извините.
Элеонора снова зашагала по тропе. Кол поехал рядом.
– Это было вовсе не трудно, правда? – спросил он.
– Что именно? – не поняла Элеонора. Она смотрела вниз, опасаясь наступить на что-нибудь острое. Ноги у нее вспотели и горели огнем. Она плохо себя чувствовала и знала, что выглядит еще хуже. Походя Элеонора пригладила волосы в надежде хоть немного привести их в порядок. Увидев, что у нее расстегнуты три верхние пуговицы на платье, она торопливо их застегнула.
– Вести себя по-человечески, – пояснил Кол.
– Нет.
Кол улыбнулся – в глубине души он был согласен с Элеонорой.
– А почему?
– Вам не понять.
– А вы попробуйте объяснить.
– Потому что от этого я кажусь себе уязвимой.
Кол едва удержался, чтобы не кивнуть. Они походили друг на друга гораздо больше, чем он думал.
