стук.
— О нет, ты не посмеешь, — усмехнулся он.
— Сейчас, тьфу ты! Подожди! — Майя, смеясь в ответ, все пыталась задержать его.
Но старик уже дал команду своим людям, боевое построение стало медленно отходить назад, стрелки все так же целились из арбалетов, готовые открыть огонь, если люди Бортеас высунутся из укрытий. Сам же Хеос схватил Техея за руку и тащил его за собой, постоянно оглядываясь и пытаясь понять что задумала Майя. Однако, было слишком поздно.
— Щиты! — закричал он, отдавая команду, однако его люди, пристально следившие за западным тоннелем, не успели отреагировать.
Шум сверху отказался очередным обманом, призванным отвлечь внимание старика. В то же время еще один отряд закованных в броню солдат после окончательного снятия блокировки цеха, зашли людям Хеоса в спину. Воины, ведомые офицером с черным гребнем на шлеме, с боевым кличем бросились в бой, и вместе с тем Бортеас с передовым отрядам бросилась в атаку по своему направлению.
Щитоносцы Хеоса разделились, быстро сменили строй, защищая построение теперь с двух сторон. Стрелки открыли огонь, громко щелкали арбалеты, болты летели в людей Бортеас, падающих с тяжелыми ранами под обстрелом противника. Многим, впрочем, повезло — арбалеты не были достаточно мощными, чтобы пробивать штампованные стальные кирасы и тяжелые щиты.
Воины схлестнулись в жестоком рукопашном бою, люди Бортеас напирали на ряды людей Хеоса, что отбивались от них копьями. Солдаты Майи были вооружены мечами-ксифосами, из-за чего не могли подобраться вплотную, но воины стали окружать их, продавливать на флангах, нарушая построение фаланги.
— Отступать! Прикрытие! — скомандовал Хеос, и несколько щитоносцев, покинув строй, закрыли его и Техея от атак черных гвардейцев.
Майя, заметив это, отдала команду нескольким бойцам следовать за ней и, схватив копье мертвого воина, устремилась вдогонку за отступающим Архитектором. Тот отходил к потайному ходу, скрытому за плотно переплетающимися трубами охладительной системы, а его воины стояли насмерть, не подпуская никого к хозяину длинными копьями. Бортеас, впрочем, была куда более искусна в обращении с оружием — удар, и узкий, специально созданный для проникновения под доспех наконечник в виде четырехугольного штыка голову воина, ударив точно в щель шлема. Человек упал замертво, копье застряло в его черепе, и Бортеас, оставив своих людей сражаться с гвардейцами, кинулась вслед за Хеосом в потайной коридор.
Снаружи, за стенами цеха, двое Архитекторов оказались на узком, длинном железном мостике над высокой, чернеющей под ногами вентиляционной пропастью. За спиной Хеоса лежал без сознания Техей, а сам старик, вынув длинный, с узким клинком меч из ножен, направил острие на Бортеас, свободную руку спрятав за поясом.
— Нихера это не честно… — прохрипела женщина, вынимая из-под плотной куртки длинный нож. — Давай на кулаках.
— Не надоело строить из себя шута?
Бортеас ухмыльнулась, пожала плечами, и пока старик отвлекся кинулась к нему, приготовившись пытаться проскользнуть под ним, уклониться от его удара. Но старик, не будь дураком, сделал быстрый, точный выпад своим клинком, едва не пронзая грудь женщины. Бритвенно острое лезвие разрезало толстую тканевую куртку, оставило неприятную, но терпимую царапину на внутренней стороне плеча. Бортеас, поняв, что так ей не пройти, отступила на шаг назад.
— Да ладно тебе, я сама его туда доставлю, — улыбнулась она, смахнув непослушную прядь волос со лба. — Ты даже не представляешь что я с ним собираюсь сделать.
— Ты омерзительна, — с отвращением, поморщившись, бросил Хеос.
— Всегда была, — ухмыльнулась Майя и снова кинулась вперед.
Старик вновь выбросил руку вперед, целясь точно в сердце противницы, но Бортеас, ловко извернувшись, вдруг сбросила с себя толстую куртку, обматывая тканью длинный узкий клинок и приближаясь к старику вплотную. Тот дернул рукой, прорезая лезвием ткань, оставляя глубокие порезы на пальцах Майи, но она успела добраться до него, вонзить нож противнику в бок. Сразу после этого, женщина что есть сил пнула его в живот, старик повалился на спину, с грохотом падая на ржавый металлический мостик, отчего тот задрожал и жалобно заскрипел.
— Отдай мне его! — прикрикнула Бортеас. — Хеос, не зли меня!
— Прямо как твой учитель… Договариваться ты так и не научилась, да? — истекая кровью из пронзенного бока, прохрипел Архитектор. — Ты не учла одного.
В этот миг Майя заметила это. Она кинулась вперед, пытаясь в два широких, быстрых шага добраться до Хеоса с Техеем, но старик перерубил мечом один из стальных тросов, удерживающих мостик, и ровна до этого поверхность накренилась. Бездыханное тело мальчика стало заваливаться набок, скатываться с пошатнувшегося мостика, но Хеос схватил его одной рукой, а другой, бросив меч, ухватился сам за режущий пальцы железный край.
— Хеос! — закричала в ярости Майя, повиснув на чудом не упавшем вниз, в бездну мостике на одной руке. — Отдай мне его! Отдай!
Но старик уже не слушал ее. Он стиснул зубы, едва удерживая Техея за руку, которая так и норовила выскользнуть из его морщинистой, влажной от пота ладони. Нужно было продержаться еще немного, совсем чуть-чуть…
Дверь на другой стороне мостика с грохотом резко открылась. В глаза ударил свет, Хеоса вытаскивали наружу его люди. Бортеас, убрав нож в ножны, повисла теперь на двух руках, с ненавистью взирая на уходящего прочь Хеоса. На нее в ответ смотрел острый наконечник стального болта, заряженного в арбалет гвардейца.
— Сука… — прошипела она про себя и, зажмурившись, спрыгнула вниз.
Арбалетный болт, сверкнув в темноте, со звоном отрекошетил от железного мостика, и тот, жалобно скрипя, стал еще сильнее заваливаться на бок. Стальной трос не выдержал, ржавые волокна распадались, и с ужасным грохотом мостик обвалился вниз вслед за Архитектором.
На верхнем уровне этого региона медленно приземлялся большой вертокрыл. К нему бежали со всех ног гвардейцы и врачи, сопровождающие Архитектора и мальчика, которого он поймал.
