острее. Вот и проверим.
Не то что Глория, даже я опешила, услышав его приказ. Картвест был крошечным, забытым богами городком на восточной границе. Климат сухой, вечные ветра. Для свекрови переехать туда жить — это как свалиться с Небес в Мертвый мир.
— Нет! Итан, ты не можешь! — пронзительно закричала она. Пришлось зажать ладонями уши.
— А кто мне запретит? — приподнял муж правую бровь.
— Где твоя почтительность? Я твоя родная мать! Если подниму шум, министры и народ взбунтуются против тебя!
Расплывшись в насмешливой улыбке, Итан приблизился к ней вплотную. Я видела, как в его глазах полыхает яростное пламя. Настоящий демон из Мертвого мира.
— Если поднимете шум — мне, конечно, придется прислушаться к мнению народа и оставить вас во дворце. Но вот вашим детям не повезет. Айрин я отдам за бродячего менестреля, без единой монеты в качестве приданого. А Уилла за предательство… казню. Публично. Вы этого хотите?
— Ты… ты не человек! Ты чудовище! — прошипела свекровь, трясясь от ужаса и бессильной злости.
— Яблоко от яблони, — усмехнувшись, парировал муж. — Ну что, матушка, выбирайте.
Глория с ненавистью скользнула взглядом от сына ко мне и обратно. Ее плечи обмякли.
— Хорошо. Я уеду. Но с условием: ты не тронешь ни Уилла, ни Айрин. А также пощадишь своего дядюшку Арлена — моего брата! И Алису!
— Пощадить главных заговорщиков? — откинув голову, весело рассмеялся Итан. — Я что, по-вашему, святой? Герцог Замара будет казнен при всем народе. А эта девица отправится в солдатский лагерь на севере. Как она там будет выживать — мне абсолютно все равно. А вы — собирайте вещи. Экипаж уже ждет.
Дверь за Вдовствующей маг-императрицей вскоре закрылась. Осознав, что, переступив черту, она потеряла любовь и доверие старшего сына, свекровь не стала больше спорить. Главное она получила — молчаливое обещание, что ее младшие дети останутся в живых.
Вслед за ней из покоев исчезла Хельга. Линн повел лекаря в темницу. Мы с Итаном остались вдвоем.
Вернувшись к постели, муж вновь опустился на край. Взял меня за руку и нежно коснулся губами тыльной стороны моей ладони.
— Прости, — устало сказал он.
— За что? — удивилась я.
— Ты два года их терпела. Ради меня. Я должен был сделать это раньше.
Потянувшись, я зарылась пальцам в его мягких волосах.
— Они — твоя семья. Будь я на твоем месте, поступила бы так же.
Муж поднял голову. В его глазах горел незнакомый мне, но согревающий огонь.
— Ты… — Он осторожно коснулся моего живота. — Вы — моя семья. Единственная.
Эпилог
8 месяцев спустя.
Долгожданная тишина. А все потому, что два вечно орущих свертка не у меня или у нянек, а на руках у расхаживающего по спальным покоям мужа. Он для детей — словно действенное успокоительное. Стоит приблизиться, как они перестают плакать и мгновенно засыпают.
Осознав это в первый же день после родов, я не могла не воспользоваться возможностью и велела Итану не отходить от них ни на шаг. Он исполнил все в точности, а потому выглядел сейчас не самым лучшим образом.
Дворец принимал гостей, поэтому кроме нас четверых присутствовали мой недавно вернувшийся из Валахии названый темный братец и его милая жена. А вот их очаровательный новорожденный сын и неугомонная старшая дочка, к сожалению, остались дома.
— Почему они такие красные и сморщенные? — заглянув под одеяльца, скривился Нокси и перевел пристальный взгляд на Итана. — Кар Ланде, у вас в императорской семье все такие страшные при рождении? Знал бы раньше — ни за что не отдал бы за тебя Риссу. Портишь нам род!
— Кайнокс Стирр, во-первых, говори тише, дети спят. А во-вторых, что ты несешь? — стукнув его по предплечью, прошипела Несса. — Все малыши рождаются красненькими и сморщенными. Вспомни какими были Эли и Дерек. Им всего два с половиной дня. Скоро все пройдет.
— Милая, как ты можешь наговаривать на наших детей? Они родились такими же красивыми, как и я.
Понимая, что спорить с этим мужчиной бесполезно, Несса, я и Итан дружно закатили глаза. В этом весь мой братец. Не успел вернуться домой после месячного отсутствия, как сразу явился во дворец. И все ради одного — похвастаться. Задание он, мол, выполнил быстро, и дети у него красивее… А попробуй возрази — останется от тебя горка мокрого пепла.
Однако сердиться на него было невозможно. Это же Нокс.
— У вас в Главном дворце как будто воздух стал чище, — оглядевшись, протянул брат. — Тишина, покой, птицы поют в саду. Устроили генеральную уборку?
— Ага, — усмехнулся Итан, бросив на меня хитрый взгляд. — Избавились от хлама.
Под «хламом» мой муж подразумевал масштабную перетряску кадров в министерствах, откуда вычистили всех поддерживающих заговорщиков людей. Дядюшка Арлен за несколько лет успел купить расположение многих из высокопоставленных служащих. Однако, испугавшись пыток, сдал всех подчистую. Итан никогда не прощал предателей. Участь их была до того жуткой, что я не стала вдаваться в подробности.
Герцога Замара, как муж и предупреждал свою матушку, очень быстро казнили. Алису отправили в солдатский лагерь на севере, где она вскоре сгинула в безвестности. Уилла лишили всех званий, отлучили от рода и послали служить в войска. Разумеется, пригрозив, что, если попробует сбежать, его будет ждать участь страшнее смерти. Айрин выдали замуж за бесполезного Норлингского герцога. В очереди на трон он значился под номером сорок пять. Какой-то дальний кузен короля. Получив богатое приданое, клятвенно пообещал Итану держать жену в ежовых рукавицах.
— Как прошла твоя поездка в Валахию? — заняв стул рядом с кроватью, негромко поинтересовался муж у Нокса.
— Наследный принц — не без моей помощи, разумеется — вчера надел на голову княжескую корону, — с демонстративным интересом изучая свои ногти, сообщил брат. — Соперников у него больше нет. Трагическая гибель от зубов стада обезумевших барсуков бывает заразна. Как оказалось, она может сразить тебя даже в собственной постели.
— А что с Миреллой? — задала я давно интересующий меня вопрос. После того как Космин увез ее из Сокрии, о принцессе не было ничего слышно.
Нокс поднял взгляд к потолку, будто вспоминая.
— А, та рыжая? Держали в темнице, пока не сошла с ума. Сейчас на попечении лекарей. О ней можно больше не
