курсе всех обсуждаемых вопросов и потому то, что я буду говорить, она вам изложит более профессионально, чем переводчик. И не потому, что ваш переводчик плох, а потому что она-то как раз чуть ли не лучше меня знает, о чем речь и уже знает, как правильно будет это изложить на английском. В переговорах, подобных сегодняшним, часто важнее всего некоторые нюансы, о которых она уже знает и мои, скажем, определенные умолчания… не умышленные, а связанные с тем, что для меня они кажутся очевидными, она уж точно не упустит.
Рейган немножко подумал, обменялся со мной несколькими фразами, заметил, что «я говорю, как полжизни прожившая в Калифорнии» и переводчика отпустил. И когда мы остались уже втроем, я начала уже серьезное общение:
— Мистер Рейган, то, что мы уже обсудили, я считаю действительно весьма важным. Но, к моему глубочайшему сожалению, работавшие с нами ваши эксперты то ли побоялись, то ли застеснялись обсудить вопросы, которые, я убеждена, вы считаете на самом деле важнейшими. Я имею в виду появление бомбы у Мао.
— А вы можете ее у Китая забрать?
— К моему личному сожалению мы это сделать уже не в силах, и никто этого сделать уже не сможет. Но пока, и я надеюсь, довольно продолжительное время и в будущем, мы в состоянии его удержать от ее применения. С некоторыми трудностями мы, причем действуя вместе, сможем удержать от применения бомбы и Индию, про Англию я вообще не говорю, вы и без нас с этим прекрасно справитесь, а французы все же головой пока думать не разучились и тоже серьезной опасности не представляют. Конечно, такая работа требует и изрядных затрат…
— Вы хотите, чтобы США оказали вам финансовую поддержку?
— Нет, мы, как и вы, имеем достаточно своих средств на такую работу. Но пример Китая показывает, что даже имея довольно скромные финансовые и научные возможности, бомбу создать все же возможно, и у нас есть веские основания полагать, что ряд стран именно эти сейчас и занимаются. А существующая декларация о нераспространении ядерного оружия…
— А чем она вам не нравится?
— Нравится, но, мне кажется, ее просто недостаточно.
— А мистер Патоличев тоже так думает?
Я перевела вопрос Николаю Семеновичу и он, несколько секунд подумав, с довольным видом ответил «Йес!», что вызвало широкую улыбку на лице Рейгана.
— Тогда я продолжу. Я не предлагаю немедленно бросится проталкивать в ОНН новый вариант декларации, я предлагаю вам просто подумать вот о каких возможных — я подчеркивая, именно возможных — вариантах ее ужесточения. Которые даже в ООН согласовывать будет не обязательно, потому что по моему мнению будет вполне достаточно, если мы, вы, французы с англичанами и Индия с Китаем такие предложения примут. И я уверена, что все нынешние ядерные державы быстро согласятся эти предложения принять, ведь даже если у тебя бомба уже есть, то появление такой же у соседа, с которым ты не в ладах, никого не обрадует.
— С последним вы, пожалуй, и правы. А что конкретно вы хотите предложить?
По ранее согласованному регламенту «разговор тет-а-тет» планировало вести в течение сорока пяти минут, но мы общались почти два часа. Да, Рейган был ярым антикоммунистом, но человеком он был, вне всякого сомнения, очень умным. И еще он (в чем, конечно, ни при каких условиях бы не признался бы) кроме коммунистов люто ненавидел негров. Вообще всех негров — и я об этом знала. Об этом в двадцатых годах двадцать первого века уже довольно много народу знало, а в семидесятых двадцатого не знал почти никто — и мне удалось и на этом сыграть. Потому что на появление бомбы у Пакистана Рейгану было в целом плевать, но появление ее у ЮАР — точнее, информация о том, что у них бомба может довольно скоро появиться — привела его буквально в бешенство. И это помогло нам даже «поделить сферы ответственности» — но я ведь тоже очень неплохо когда-то научилась «обгладывать до костей партнеров по бизнесу», и выдала ему далеко не всю имеющуюся у меня информацию, оставив себе «кусочек на будущее».
Насчет того, что США сумеют «обглодать» южноафриканцев, у меня сомнений почти не было, а вот все остальное… Для прессы мы договорись о том, что наши страны организцют «горячую линию связи» для решения неотложных проблем, увеличат количество авиарейсов между США и СССР, «существенно упростят» взаимную торговлю. Еще кое-что по мелочи — а по главной для меня проблеме… Я ни секунды не думала, что мои предложения янки тут же примут, но мы все же договорились, что обе стороны тщательно сообщенную мною информацию проверят. А так как результаты проверки были совершенно предсказуемыми, то должен был начаться и следующий этап «взаимодействия». И что-то мне подсказывало, что наступит он еще до президентских выброров в США…
Когда русская делегация уже покинула Белый дом и журналисты тоже разошлись, президент спустился в мало кому знакомое помещение, где сидело три человека. Сидели и ждали его прихода.
— Ну что? — поинтересовался «главный американец».
— Эта госпожа Федорова все русскому премьеру переводила исключительно точно, так что мы уверены, что все вопросы действительно оба они прекрасно знали еще до начала переговоров. Никакой отсебятины… кроме вашего разговора, который господину Патоличеву она не переводила. Но и он по этому поводу совершенно не волновался, так что мы считаем, что он… что русское руководство действительно ей полностью доверяет в решении практически любых вопросов. По приведенным ею фактам мы проверку сможем организовать довольно быстро, но если все же действительно окажется, что лаймы…
— Если окажется, то пусть этим займется АНБ, меня сейчас больше интересует другое.
— Думаю, что всю, или почти всю ее информацию мы сможем подтвердить или опровергнуть в течение максимум месяца, а сейчас мы просто примем ее в качестве рабочей гипотезы.
— Мне очень не нравятся такие… гипотезы.
— Они никому не нравятся. Но поскольку мы пока что предсказать результаты выборов не в состоянии… да, визит русских к нам рейтинг партии безусловно повысит, но на сколько точно, мы пока не знаем. Но так как предсказать результат пока невозможно, я бы предложил уже сейчас начать создание специальной группы по противодействию. Потребуется ваша санкция… и финансирование, достаточное хотя бы на следующий электоральный период.
— Собирайте группу, а санкцию и финансирование… подождем результатов проверок. Хотя мне кажется, что эта космическая леди здесь нас не
