и прочих объектов, на траектории которых мог оказаться отвод. Магия заранее подсвечивала плетение, сигнализируя о препятствии. Иначе ведь рухнет прямо на кузницу.
Землю я практически превратил в камень и окружил водой, чтобы она как останавливала вероятность возгорания, так и тушила пожар. Ров делать не стал, просто организовал подземное хранилище.
Огонь и воздух послужили источниками для горна как временного, так и будущего постоянного. Чтобы не тратить свою силу, взял несколько больших накопителей и объединил их для синхронной работы.
Магия смерти послужила защитой от сорняков. Трава бы всё равно иссохла от жара, а значит, стала бы легковоспламеняемой.
Магия жизни не давала погибнуть от того же жара всему растущему рядом.
Магия иллюзий скрывала кузницу от посторонних глаз, как с земли, так и с воздуха.
Немного поразмыслив, использовал и ментальную силу — чтобы напоминала делать перерывы. Надо бы такое в лаборатории тоже добавить.
Прервала меня доставка — привезли посылку от князя Лопухина. Я сразу же взялся за исследование сувенира. На первый взгляд и правда ничего стоящего. Магическая руда, но потенциал мизерный. Проводимость самая обычная, отклика на давление силой практически не было.
Но дар подсказывал мне: что-то кроется в этом куске скалы с мутными тёмными прожилками. Никакого красивого свечения, упомянутого князем, не было.
Положив осколок перед собой, я взялся за эксперименты. Правда, сразу придумать ложь не удалось, как назло, в голову ничего не приходило. Самым очевидным стало назвать небо красным.
Ноль реакции.
Попробовав ещё несколько подобных утверждений, я сменил тактику.
— Больше всего не люблю вкусно поесть, — улыбнулся, выдав страшнейшую ложь.
Камень вдруг засветился. Поначалу едва заметно, но свет становился всё ярче и ярче, пока чуть не ослепил меня. Вместе с этим я ощутил суть металла. Он реагировал, когда рядом говорили ложь про себя. И только про себя. Вот почему он не сработал раньше. И наверняка по той же причине не сработал у Лопухина. Скорее всего, князь тоже ляпнул что-то про небо, ну или подобное.
При этом спектр определения истины у «сувенира» был ограниченный.
Я перепробовал множество вариантов, пока не понял. Детектор лжи из него не сделаешь. Ложь определялась на уровне намерений. То есть если сказать «я этого не делал», то не сработает. А вот фраза «я не хотел этого делать» уже вызывала реакцию.
Свечение осталось постоянным, просто было слабым, когда произносилась истина, и очень ярким, когда звучала ложь. Вычислил я и расстояние — нужно было находиться очень близко.
Занятную вещицу мне отдал князь…
Конечно, основу артефакта из этого не сделаешь. Мало материала, не выдержит задуманную схему. Но как составная часть — великолепно!
Но прежде чем браться за извлечение неизвестного мне металла, я решил потренироваться. Как назло, дома не нашлось ни одного подходящего образца породы. Так что я набрал номер Батиста.
— Мой любимый клиент… — сонно пробормотал Жаныч, и я запоздало взглянул на время — уже наступила ночь.
Надо же, ужин пропустил… А меня никто не позвал, не став отвлекать от работы. Всё же ментальное напоминание — хорошая идея.
— Точнее, мой дорогой друг, — взбодрился купец, сообразив, что звоню я в такой час не ради светской беседы.
— Это ты — мой дорогой друг, — усмехнулся я. — Учитывая, сколько стоят твои услуги.
— Для тебя, между прочим, самые большие скидки! — возмутился Батист.
— Ладно, ладно, — не стал я его провоцировать ещё больше. — Дело есть…
Мужчина, привезший мне товар, выглядел удивлённым, но ничего не сказал. Фургон с разнообразной рудой — явно не самый привычный ночной заказ. Тем более такой счастливый клиент, как я. Ну а что поделать — я был действительно рад поскорее приступить к работе.
Так рад, что даже помог с разгрузкой, чем ввёл доставщика в полный ступор. Он чуть не уронил приличный кусок камня себе на ногу. От чаевых наотрез отказался и очень быстро уехал.
Возводить нечто монументальное и правильное не требовалось, так как воспользоваться кузницей я планировал лишь раз. А уже потом сделать всё как положено для долгой работы. К тому же сейчас мне нужна была и доменная печь.
Так что получился у меня некий монстр, совмещающий сразу несколько нужных мне функций.
— Сие сооружение странно и непонятно, — задумчиво выдал вердикт джинн, активно помогающий мне в постройке.
Я взглянул на кособокую высокую конструкцию, сооружённую из камня и магии за неимением других материалов. И махнул рукой. Главное — выдержит. А никто из мастеров не успеет увидеть, чтобы получить сердечный приступ.
— Ну а теперь — зажигай! — торжественно объявил я.
И на всякий случай влил в защитный контур побольше силы. Уверенность в себе — это хорошо. Но безопасность важнее. Тем более мы почти в центре столицы, а вокруг люди живут.
Пламя, послушное воле элементаля, разгорелось мгновенно и дохнуло жаром. Тут же заработала магическая вытяжка, унося излишки вверх. Отлично!
— Ещё, — велел я, внимательно наблюдая за происходящим.
— Уверены вы, Искандер-амир? — переспросил Хакан.
— Боишься? — улыбнулся я.
Этого было достаточно, чтобы стихия вырвалась из элементаля и едва не подожгла всё вокруг. Но я был готов и перенаправил силу в нужные места. Знакомо загудело и завыло — работает!
— Горит одежда ваша, — флегматично отметил джинн.
Я нетерпеливо погасил рукав пиджака, который как-то незаметно загорелся, и отмахнулся. Вот уж ерунда. Но всё же избавился как от подпорченного предмета гардероба, так и от рубашки. Температура возле моей царь-печи была такой, что впору было вообще догола раздеться.
— Ну, приступим, — хищно оскалился я и взялся за металлургический процесс.
Без благословения дара пришлось постараться побольше. Но магия и здесь мне помогала, упрощая по максимуму. Правда, не настолько, чтобы я не ошибался.
Поэтому часть ночи заняла наработка навыка и грамотного применения аспекта там, где нужно. Благо в семейной библиотеке нашлись книги по основам. Весомую помощь оказал и элементаль. Через нашу связь он чувствовал, когда нужно усилить или ослабить напор стихии, поэтому тратить время на объяснения не пришлось.
Сутки я провёл там.
Прерывался ненадолго лишь на еду, которую приносил Прохор. Вроде он что-то говорил насчёт того, что выгляжу я, как чёрт, но мне было не до внешнего вида. Процесс меня не отпускал. Извлечение, очищение, формы, отливки, ковка…
Я доводил до совершенства процесс, прежде чем приступить к артефакту.
Вместе с этим я понимал, какого размера будет компас. С собой его
