снова бросился бежать и пробираться сквозь густой лес памятников туда, где дорожка была свободной. Остаток пути он прошел пешком, когда страх утих, и от пережитого шока у него по коже побежали мурашки. Рука болела, а когда Вульф снял куртку, то обнаружил, что на ней начал образовываться красный синяк размером с ладонь. Повезло, что кости не раздробились.
Да и вообще повезло.
Джесс и Глен шли ему навстречу, что его не удивило; они считали своим долгом охранять его, а он своим – идти всем наперекор. Хорошо, что они находили общий язык в компромиссах, подумал он.
Глен, как всегда, сдержанно, остановилась и кивнула, после того как окинула Вульфа оценивающим взглядом.
– Сработало, – сказала она.
– Должно было, – сказал Джесс, – раз он вернулся не по частям. – Но выглядел Джесс усталым и обеспокоенным. – Сработало? Правда?
– Более или менее, – ответил Вульф. – Небольшой совет: в битве между этими двумя стражами не ставьте на сфинкса. А теперь давайте покинем этот костяной дворец, пока кто-нибудь из нас не остался тут навсегда.
Выйдя из главного входа в Некрополь – не через массивные мраморные ворота, которые открывались только во время торжественных похорон, а через боковую дверцу поменьше, которая запиралась снаружи и для открытия которой требовалось разрешение из Кодекса, – Вульф почувствовал себя так, будто заново родился, и подумал об Орфее, выходящем из подземного мира. Неужели Орфей тоже спускался во тьму под дождем и сверкающими молниями? Возможно, так и было. «Ни за что не пойду назад и не стану испытывать судьбу». Вульф пропустил вперед двух своих юных стражников, просто чтобы удостовериться, что с ними все в порядке, и, как и обещала Глен, у дороги уже стояла бронированная карета, а рядом с ней двое вооруженных солдат в дождевиках. Ливень шел такой сильный и холодный, что дух захватывало, и Вульф промок и замерз уже на полпути.
Один из солдат откинул капюшон и шагнул вперед. Лейтенант Том Роллисон. Тролл, как называли его друзья.
– Смотрю, вы побывали в приключении, – сказал он. – Расскажите мне все в подробностях, профессор.
– Не здесь, – проворчал Вульф, наблюдая, как Глен помогает Джессу забраться в карету. Затем она наконец сама приняла помощь. Они оба ранены. – Какие новости?
– Разве вы не видели?
– Видели что?
Вместо ответа Роллисон указал на гавань, которая была едва видна с холма, на котором они находились. Гавань скрывалась в темноте, пока небо не прорезала молния и Вульф не понял, чего в ней не хватает.
– Посейдон? – Он ощутил приступ неподдельной тревоги. – Флот? – Он попытался всмотреться в море, но с той стороны лил косой дождь, и Вульф не смог разглядеть ничего, кроме тумана и волн. – Что случилось?
– Посейдон вышел на битву и погиб в ней, – сказал Тролл. – Флот разбежался. На данный момент мы в безопасности благодаря шторму. Забирайтесь в карету, профессор, этот дождь никому из нас не на пользу.
Он, конечно, был прав. С облегчением оказавшись в теплом салоне кареты, Вульф почувствовал прилив усталости, которую тут же отогнал прочь. Он наклонился вперед и пристально посмотрел на Тролла:
– Зачем Санти вызвал меня обратно?
– Сэр, я не знаю, – сказал Роллисон, и Вульф догадался, что это было в лучшем случае полуправдой. – Но я знаю, что он хочет, чтобы вы прибыли прямо сейчас.
Он постучал по перегородке, и водитель на переднем сиденье рванул с места на огромной скорости. Некрополь находился на приличном расстоянии от серапеума, но Вульф предположил, что транспорта на дорогах будет немного. Кто будет настолько глуп, чтобы выйти на улицу в такой дождь?
По-видимому, никто. Он отодвинул заслонку на окне и посмотрел на проносящийся мимо город.
– Флот снова напал? Поэтому Посейдон покинул оборонительную позицию?
Роллисон пожал плечами.
– Они пытались уничтожить Посейдона, но что-то пошло не так. Завтра нам предстоит работа по извлечению тел с потерпевших крушение кораблей. Зрелище было шокирующее. Полагаю, выжившие запомнят это надолго.
– Могу представить, – согласился Вульф и закрыл глаза. – Немалая цена для всех нас.
– Это все же лучше, чем если бы наши так называемые друзья захватили контроль над городом. Вы же знаете, что, как только это произойдет, мы никогда не вернем город себе.
Вульф кивнул. Он знал. Однако он также знал, каким было нынешнее равновесие сил. Столь хрупким и несовершенным. Великая библиотека казалась настолько древним институтом, что в наше время мало кто может представить, как будет выглядеть мир, если она падет… даже те, кто не хотел, чтобы она пала. Но библиотека всегда, всегда балансировала между гранями доброй воли и силы. Катастроф и смелости. В этом и заключалась азартная игра, которую Вульф любил больше всего на свете: все строилось на одной лишь силе воли тех людей древности, которые понимали, что без знаний не может быть истины.
Вульф умрет за Великую библиотеку. Несмотря на все то, что она с ним сделала, он готов отдать жизнь за нее без вопросов. Он лишь хотел, чтобы это случилось как можно позже. За последние несколько дней Вульф побывал на волоске от смерти. Он все еще слышал эхо странного жуткого хруста, с которым Минотавр отрывал голову сфинкса от туловища. Почти что жалобный крик умирающего механического стража.
На месте той машины мог с легкостью оказаться сам Вульф, поэтому теперь им вдруг завладела мечта о покое, о тех днях и ночах, которые он провел с Ником в пути, направляясь навстречу какому-нибудь очередному страшному злоключению, – о днях, которые они проводили, разговаривая или не разговаривая, занимались любовью или просто лежали бок о бок и читали. Играли в полуночные шахматы, египетский сенет или настольные игры древнего Ура. Во что-нибудь с историей и смыслом.
Вульф недооценивал, сколь много значит для него покой. Ник этого никогда не ценил, но эти тихие, умиротворяющие моменты… Вульфу теперь они казались бесценными.
Вульф заставил себя прервать свои размышления и снова сосредоточиться. Город казался тихим, но спокойным не был. Ливень бил о стены, башни и борта их кареты. Когда они подъехали к серапеуму, тот походил на фонтан, по которому со всех сторон струится вода. Улица напоминала реку. Дожди в здешних землях были редкостью, а наводнения – почти сказочным явлением, за исключением океанских приливов во время таких бурь, как эта. Из-за штормов город всегда парализовывало.
Карета спустилась под землю в армейскую штаб-квартиру под серапеумом, а оттуда Вульф, Глен и Джесс поднялись по главному тоннелю на этаж с садом. Вульф приказал им обоим отправиться к медикам и убедился, что они действительно отправились, прежде чем пойти дальше с Роллисоном. Охрана вокруг была усилена, и их личности проверяли снова и снова на каждом этаже, который они проходили. От безрадостного молчания часовых у Вульфа побежали мурашки по коже.
Вульфа направили в
