вода поднималась до потолка, хотя и какой-то силой не заливалась в «полузатопленную» часть.
— Надо было поискать, можно ли сильнее понизить уровень, вдруг тогда бы по суху дошли…
— Довольствуйся этим! На счёт пять.
Драконы нырнули синхронно. Проход полого, но ввёл вверх. Стараясь продвигаться ровно, но быстро, двигая хвостами и крыльями, ардинцы стали подниматься. Без дыхания плыть было куда неприятнее, чем в костюмах, а к тому же оба дракона хорошо помнили, как долго опускались вниз… Хватит ли у них времени? Друзья не знали об этом, но их предки тоже однажды чуть не потонули в подобном проходе. Только он соединял две пещеры, а здесь предстояло ещё и долго подниматься до поверхности, при этом ещё и не подвергнуться кессонной болезни. Именно поэтому скорость им пришлось сбросить, как бы не хотелось плыть быстрее. Но даже сейчас взгляд драконов уловил перемену в окружении: стена, возле которой они плыли, теперь сверкала голубоватыми прожилками, а водоросли, встречающиеся на пути наверх, казалось, сами тянутся к драконам. Это возмещало отсутствие фонарей, но не делало подъём менее пугающим, чем спуск. Тем более раньше они могли рассчитывать на защиту скафандров, а теперь — нет.
Сфера, которую нёс Яролан, ожила и закрутилась, заставив с испуганным удивлением булькнуть дракона. Как живое, устройство пыталось вырваться из его лап. Норар, резко обернувшись, поспешил на помощь товарищу, но Яролана уже кружило в водном вихре. Потеряв ориентиры и бултыхаясь в этом водовороте, Яролан изо всех сил цеплялся в сферу, пытаясь прекратить это вращение. Из-за духоты не понимая, что творит, действуя инстинктивно, Норар схватился за золотые лапу и хвост, но вращение от этого не замедлилось, а, наоборот, усиливалось. И обоих потянуло из пещеры наружу, вынеся в озеро. Сфера прекратила крутиться, едва драконы появились над водой — громко хватая воздух, они вслепую закрутились друг возле друга, пока наконец не осознали, что всё же спасены.
Но способность полноценно думать к ним вернулась лишь на берегу. В ушах резко прекратило шуметь, голова болеть перестало, а глаза сфокусировались на Вилмире, который, держа сферу в лапах, стал ещё сильнее похож на статую. Оглядываясь, ардинцы так и не заметили Кьлеменетота.
— Лови, — внезапно Вилмир бросил сферу в лапы Яролана. — Теперь ждите Нарату. А мне нужно подготовиться к встрече её спутников.
— Какая приятная встреча! — услышал вдруг Норар знакомый и приятный голос. — А я думала, что уже кому-то из нас придётся опускаться в эту воду! Но, кажется, вы сделали всю работу!
Яролан, сфера в лапах которого щёлкнула, восстанавливая структуру, повернулся к Нарате. Стояла она не одна — слева и справа от неё находились двое чёрных и — на взгляд златого — уродливых драконов.
— Нас как раз тебе и попросили её принести, — Норар удивился появлению здесь Нараты. Наверняка озеро находилось далеко что от Ликдула, что от Авваатера, где она могла бы сейчас находиться. Но больше настораживало другое. Навы явно не желали добра потомку Инанны, передавая ей тот артефакт. Зачем она тогда сама за ним явилась? Или за прошедший день сторонница Тьмы, что даже говорила как воплощение, переметнулась к главным врагам?
— Тебя это не должно волновать, — чёрный дракон двинулся на шаг вперёд. Яролан в свою очередь отвёл сферу за спину.
— Мне было велено передать эту штуку Нарате, а не тебе.
— Тогда не говорите, что я вас мысленно не предупреждал, — обернулся чёрный к золотому. — С такими магами всё равно бессмысленно спорить, и они хотя бы не навы.
— Не к чему ссориться друзьям, — Нарата сама подошла к Яролану. Тот передал ей сферу, хотя и сам не понял, почему — ей стоило лишь слегка улыбнуться, как лапы сами протянули предмет драконессе. В её передних сфера успокоилась и застыла. Пока Яролан крутил гадал, могло ли это это быть отключением механизма в лапах недостойных, Нарата обернулась к Воплощениям, что несильно склонились под её взглядом. — Теперь мне нужен Иерон. Почему он до сих пор не у меня?
— В тебе Свет, ты и вызывай, — Тенеброс сложил лапы на груди. То, что Нарата распоряжалась Воплощениями, ему не понравилось, слишком уж многое она о себя возомнила. — Можешь прямо сейчас лететь и разыскивать его, если только Радвер не решил исправить свои ошибки.
— В Радвере и Яролике нет Света. Их силы так же чужды этому миру, как навы. Они не совершали ошибок со своей точки зрения, — задумавшись о том, что ей делать, Нарата стала проворачивать пальцем орбиты в «астролябии».
— Сар-Тьма, зачем тебе Иерон? — Хотя Вилмир оставался серьёзным и сохранял ту же лизозадую почтительность, которую проявлял к Шилонен, можно было угадать насмешку в его словах. — Он не единственный Светлый.
— Нужен самый сильный, полноправный правитель, как я, — свернула Нарата сферу в своей ауре, убирая её на хранение. — Радвер демиург лишь по названию, а не праву, пусть даже его поддерживает безвольный народ. Мирдал отказался от поста.
— Иерон разве не отрёкся? — ядовито осведомился навский прихвостень. — Мне казалось, Светлых вообще не осталось — только название пока ещё и живёт!
— А откуда ты знаешь, что делать? — перебил его Норар, обращаясь к Нарате. — Ты что, видела эту штуку раньше? Или… — он сощурился. — Я сейчас разговариваю не с Наратой?
— Нарата убила Тьму, — она обернулась к Таймургу, наблюдая за его недовольными ужимками. — Она слишком властолюбива для властелина мира. А Свет ещё жив.
По правде говоря, Нарата не очень хорошо представляла, что ей делать дальше. Сдвижение колец «астролябии» не призвало Иерона, значит, всё же придётся его разыскивать. Но сделать это нужно было не по наущению Тенеброса, а по своей воле. Несмотря на то, что потомка саров воспитывали при дворе, Нарата чувствовала, что ни её собственных мозгов, ни мудрости Тьмы не хватало, чтобы понять, куда Иерон сбежал… и почему Радвер, если он заключал договор с Тьмой, не отдал его… Последний факт Нарата узнала лишь сейчас и вдруг.
