Ориэлла металась в липком мучительном кошмаре, из последних сил сопротивляясь чему-то темному и безликому, невыразимо злобному и опасному — чему-то, что пыталось завладеть самим ее существом. Она боролась отчаянно, зная, что постепенно слабеет, чувствуя, как медленно тает ее воля под напором черного ужаса, который нес голос, требующий подчиниться ему. Внезапно другой голос выкрикнул имя Миафана. Форрал! Ориэлла уцепилась за этот голос — живую нить, ведущую на поверхность — к выходу…
Она открыла глаза и увидела залитые светом роскошные покои Миафана, съежившуюся в углу Мериэль и забрызганного кровью Форрала, сжимающего окровавленный меч. Воин бросился на Верховного, но тот юркнул за стол и сорвал покрывало, под которым что-то было… Какой-то древний кубок. Визгливым голосом Миафан начал выкрикивать заклинания на древнем, пропитанном ненавистью языке. Послышался зловещий гул, и призрак, вызванный темной магией, возник в комнате.
— Миафан, нет! — закричала Ориэлла, пытаясь стряхнуть с себя дурман и подняться с кушетки, а Форрал тем временем неумолимо шел вперед, и глаза его были страшными. В отчаянии девушка послала мысленную мольбу о помощи Финбарру, единственному магу, которому она доверяла.
Воздух потемнел, и во мраке наружные края кубка засветились мертвенно-бледным светом, напоминавшим плесень, а внутри него разверзлась черная бездонная яма. Повеяло замогильным холодом, по комнате разнеслись запахи гнили и тления. Что-то шевельнулось в этой зловонной глубине, и тень, подобная густому черному дыму, перевалилась через край. Единственный красный глаз неподвижно горел внутри этого потустороннего облака. Призрак ширился и разрастался. Форрал отшатнулся, когда на него упал смертоносный свет, исходивший от кубка. Леденящая волна нечеловеческой злобы заполнила комнату, и воин рухнул на колени. Жуткое существо медленно поплыло к нему. Форрал страшно закричал, его лицо исказилось…
***
— Миафан, нет! — Тот повернулся на крик и увидел, что Ориэлла пытается встать, не в силах оторвать глаз от твари, которую он призвал. Потом девушка повернулась прямо к нему, и выражение безграничного отчаяния на ее лице поразило Владыку в самое сердце. — Убери его! — кричала она. — Пожалуйста, Миафан, помилуй Форрала! Я сделаю все — клянусь! Умоляю тебя, убери его!
На мгновение Верховный Маг заколебался. Он уже был в страшном долгу перед Ориэллой за убийство ее отца, и по-своему, эгоистично, но все же любил ее. Он заручился ее словом, а пощадив Форрала, конечно же, завоюет ее сердце! Миафан повернулся, искренне намереваясь вернуть призрака назад, но увидев воина, загнанного в угол, он мгновенно со всей остротой вспомнил сегодняшнее унижение. Этот ублюдок был любовником Ориэллы! Он хватал своими лапами ее тело, наполнил ее лоно своим семенем, и теперь она носит его чудовищное отродье. Довольно! Волна жгучей ревности захлестнула разум Владыки, и единственная возможность свернуть с пути зла была навсегда потеряна для него.
***
Миафан снова повернулся к твари, и его лицо превратилось в страшную маску ненависти.
— Взять его! — взвизгнул он.
Форрал прижался к стене, застывшими глазами глядя на приближающийся призрак. Он был бесстрашен перед лицом любого живого врага, но это оказалось выше его сил. Девушку прошиб холодный пот. Ориэлла никогда не видела ничего подобного, и ей потребовалось собрать все свое мужество, чтобы не сломаться и не побежать в панике от этого воплощения зла, грозившего уничтожить ее возлюбленного.
Больше всего эта тварь была похожа на ожившую грозовую тучу — дымный призрак корчился и извивался, клубясь и перетекая в постоянном мельтешений злобных, ухмыляющихся харь, и смотреть на него было пыткой для глаз и рассудка, но не смотреть было тоже невозможно. У Ориэллы раскалывалась голова. Жуткую тварь окружал мерцающий ореол холодной злобы, который обволакивал все живое, высасывая тепло и волю, и Ориэлла вдруг осознала, что медлить больше нельзя.
С небывалой силой, порожденной отчаянием, она вскочила на ноги и бросилась через всю комнату. Загородив воина своим телом, девушка лихорадочно выставила перед собой магический щит, но тварь продолжала приближаться, медленно и неотвратимо, и Ориэлла сдавленно вскрикнула, когда призрак коснулся щита — и прошел прямо сквозь него, словно его и не было! Усилием воли задушив страх, она попятилась к Форралу и выхватила меч из его неподвижных пальцев.
Клинок зазвенел, вспыхнув ярким светом, когда Ориэлла наполнила его магией Огня. Она шагнула вперед и мощным взмахом рассекла бестию прямо посередине. Клинок не встретил ни малейшего сопротивления, словно она рубила дым, а призрак разразился леденящим душу хохотом, и две половины без всяких усилий опять соединились. Ориэлла застыла в ужасе, глядя на черное и безжизненное лезвие. Выронив меч, она, спотыкаясь, отступила назад, чувствуя, как все ее тело немеет от всепроникающего холода. Чудовищное порождение тьмы, приближаясь, казалось, вырастало, заполняя собой всю комнату. Перелетев над беспомощной девушкой, призрак обрушился на воина, накрыв его густой черной тенью. Форрал издал последний хриплый крик — он хотел выкрикнуть имя своей любимой, — и черная туча поглотила его. Наступила тишина. Тварь медленно поднялась.
Форрал лежал, бледный и неподвижный, такой, каким представлялся Ориэлле давным-давно в ее ужасном видении.
— Форрал! — пронзительно крикнула она, голосом, полным гнева и отчаяния, и, не думая об опасности, грозившей ей самой, кинулась к нему. Но было уже слишком поздно.
Жизнь покинула тело Форрала. Его дыхание остановилось, а большое, щедрое и любящее сердце перестало биться навсегда.
***
Анвар оказался у двери как раз в тот момент, когда упал Форрал. Юноша видел, как ослепленная горем Ориэлла кинулась к его телу и, всхлипывая, пыталась найти в нем последнюю искорку жизни, за которую можно было бы уцепиться. Черное призрачное чудовище, жадно раскрыв пасть, устремилось на девушку.
— Нет, — вскричал Миафан. — Не ее, дурак!
Но тварь не обратила на него никакого внимания. Подкрепленная жизненной силой своей жертвы, она вырвалась из-под контроля своего хозяина. С нечленораздельным криком Анвар ринулся вперед, но дорогу ему преградила долговязая фигура Финбарра, вооруженного своим жезлом. Оказавшись лицом к лицу с призраком, маг поднял жезл и сильным звенящим голосом выкрикнул несколько слов.
Вспыхнул магический свет, и призрак неожиданно окутался туманной голубой аурой. Словно замороженный, он повис всего в нескольких дюймах от Ориэллы. Заклинание Финбарра вывело его за пределы времени. Миафан вздрогнул и, грязно выругавшись, забормотал свое заклинание. Новые страшные тени, одна за другой, начали подниматься над краем кубка, а Финбарр сковывал каждого призрака, как только тот появлялся. Потное лицо архивариуса исказилось от напряжения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
