— Но я надеюсь, что вы трезвее умом, чем та знаменитая Жанна , «второй невидимые голоса предсказывали события и судьбы людей. Вы же не она?
— Почему? Может быть, и я такая же.
— Но, Джейн, не надо так! Я повернулась к нему.
— Вы, как мне кажется, и не сможете понять всего.
Но я впервые услышала название этого дома, еще когда была школьницей, и уже тогда почему-то подумала, что этот дом сыграет свою роль в моей жизни. Между домом и мной установилось… как вы называете это… родство душ. Вы, Адам, не понимаете, как это может случиться, не правда ли?
Он покачал головой.
— А я верю в это. И думаю, что Сильвестер знал это. Мое предназначение — открыть тайну этого дома. Адам положил свою руку на мою.
— Секрет? — сказал он. — Никакого секрета нет Этот дом был подарен моему пра-прадедушке, он был построен на месте старого храма. И по этой единственной причине появилась легенда.. Кто-то украсил ее историей со светильниками.
— Значит, так и появился Дом тысячи светильников? Но почему все же тысяча?
— Потому что в этом доме их понатыкано сверх меры. Больше навешать было бы невозможно. Тысяча светильников — это художественное обобщение, которое зачастую не соответствует реальности. Словом, в доме совсем не обязательно должно быть столько этих светильников.
— Не могу не признать, что ваш допуск выглядит очень логично.
— Я, надеюсь, Джейн, вы заметили, что я всегда логичен.
— К счастью, я наоборот — всегда нелогична. Надеюсь, что вы это тоже заметили!?
— Говорят, что тройная нелогичность… по временам — это показатель женственности.
— И вы учуяли эту высокую женственность именно во мне?
— Конечно. И не скажу, чтобы это было непривлекательно.
— Что именно, Адам?
— Я думаю, что такие женщины, как вы, всегда должны иметь рядом кого-то, кто бы о них заботился.
Что-то есть под крышей это пагоды. Здесь все начинают говорить очень искренне и безбоязненно.
— Но нам не хватает каких-то четырехсот светильников. — Я постаралась быстро перейти на другие рельсы. — Если мы сумеем их обнаружить, загадка будет решена.
По дороге в дом мы немного поспорили. Адам по-прежнему был уверен, что дому было дано это название потому, что это звучит очень поэтично. Я же придавала этому гораздо большее значение. Моя уверенность, что тайна связана со светильниками, укреплялась.
Светильники! Я уже бредила этими светильниками. Первое, что я видела, просыпаясь, был светильник, свисающий с потолка в центре комнаты. Внутри него всю ночь горела масляная лампа. Когда пришел праздник фонариков, я была просто потрясена разнообразием источников света, так же как и в предыдущие годы. Тогда еще был жив Сильвестер, и мы ходили в порт посмотреть на процессию. Господи, сколько было этих фонарей, фонариков, светильников. Многие были сделаны из бумаги и шелка. У нас дома были солидные — из кованого железа.
После праздника, заинтересовавшись темой, я стала внимательно разглядывать наши и обнаружила на них выгравированные картинки, составлявшие цельный сюжет. И, во всех сценах действовали любовники… В нижнем холле любовники встречаются впервые. Девушки с веерами на гравировке удивительно напоминали учениц Чан Чолань, которые танцевали перед нами в ее доме. На первом этаже были похожие сюжеты. Поднявшись еще на один этаж, я обнаружила, что любовники, наконец, остались вдвоем и шли держась за руки.
Еще один этаж выше — и новая ступень отношений — они уже обнимались.
Это было прекрасно! Они встретились, полюбили друг друга, и я предполагала, что на следующем этаже все должно закончиться женитьбой.
Сюжет был интересным, но когда я рассказала о нем Адаму, он рассмеялся над моими предположениями.
— Это мудро, — сказал он, — что вам удалось определить разницу между гравировками на этажах, но это скорее отражение нормального хода событий, и я не вижу, каким образом ваше открытие должно привести к раскрытию тайны.
— Вы слушали, Адам, когда-нибудь выражение» Не оставляй ни одного камня неперевернутым?»
— Много раз, — был его ответ.
— Тогда вы должны согласиться, что это мудрое высказывание, и я сейчас следую ему.
Он улыбнулся иронично. Но все равно светильники продолжали привлекать мое воображение.
Вновь наступило время Праздника мертвых.
Все было так же, как в прошлом году. Я помню, как тогда изменилась атмосфера в доме, как предвкушение этого события мешало слугам нормально исполнять свои обязанности.
Ведь у каждого кто-то из родственников покинул этот свет. И ушедший или ушедшая должны были быть уверены в том, что их помнят.
Сквозь окна я видела цепочку людей, тянувшихся к подножию холмов; проезжая неподалеку, я видела, как рядом с могилами возникли временные хижины, сложенные из соломенных матов. Все они по форме напоминали последнюю букву греческого алфавита — омегу. Видимо, в этом был какой-то смысл.
Запасы продовольствия уже были доставлены к холмам, и вот-вот должно было начаться празднование.
Я мыслями возвратилась в тот день, когда умер Сильвестер. Мне вспомнился наш последний разговор, и я никогда не забуду его взгляд, его обтянутое кожей бескровное лицо, уверенность, что смерть уже пришла за ним и, одновременно, страстное желание оставить после себя дом в полном порядке.
И вот в ночь на 5 апреля — это была кульминационная точка странного праздника — сердце Сильвестера остановилось.
Тогда это показалось простым совпадением. Теперь же меня мучила мысль о том, почему он умер именно в ту ночь.
С той памятной ночи прошел год. Наступило утро 6 апреля. В доме повсеместно ощущалась напряженность. Все слуги ушли на холмы.
— Вы, наверное, хотите побыть наедине со своими горестными мыслями, — сказала мне Лотти уходя.
Я согласилась и добавила, что буду думать о Сильвестере.
— В Китае женщины носят траур по своему властелину три года. А иностранки выдерживают только один.
— Иногда, Лотти, и они выдерживают гораздо дольше.
— Но вы же сказали, что год кончится и вы выходите замуж.
— Я сказала, что не выйду замуж раньше, чем через год.
— Но вам надо замуж. Дом этого хочет.
— Ты все еще боишься, что богиня потеряет лицо, потому что домом, построенном на месте ее храма, владеет женщина?
Лотти издала свой загадочный сметок.
— Дом радуется, что у него скоро будет новый хозяин.
У Лотти была целая корзина лакомых кусков, которыми она запаслась на кухне и собиралась попотчевать ими своих предков.
— Надо заботиться о предках. Величайший грех не делать этого. Будда говорит: хороший человек заботится о предках. Я, если не буду, никогда не попаду на фе.
Я кивнула, ибо мы с Сильвестером не раз говорили об этом» фе «. Так назывался рай, населенный последователями Будды — королевство золота, где деревья сверкали драгоценными камнями, уродившимися вместо фруктов. Там доминировала магическая семерка. Семь рядов деревьев, семь заборов и мостов, сделанных из жемчуга. А над всем этим великолепием восседает на цветке лотоса сам Будда. Все в фе было самим совершенством. Здесь не было голодных и страждущих, здесь никто не ощущал боли и не старел. У каждого мужчины и женщины теплилась надежда достигнуть фе, но сделать это было можно только через добрые дела. Одним из важных в реестре добрых дел было уважение к предкам. Поэтому Праздник мертвых в календаре китайцев занимает очень важное место.
