class="p1">– Полина, ты ничего не обязана мне объяснять. Я рад, что ты…
Она прервала меня, толкнув в грудь и выкрикнув:
– Всё, что Мирон тебе сказал это ложь!
– Что? – я был в полном замешательстве.
– Он сказал тебе, что мы встречаемся, но это неправда. Никита… – слёзы потекли по её щекам. – Я… я всегда ждала тебя! Ещё со школы. А когда ты вернулся из Питера, я была так счастлива просто видеть тебя, говорить с тобой…
Я смотрел на неё, на её заплаканное лицо, и чувствовал, как внутри всё переворачивается. Она всхлипывала, но продолжала:
– Я сбежала не потому, что ты позволил себе лишнего, – Полина вытерла слёзы тыльной стороной ладони. – В тот день я встретила Мирона, и он сказал, что ты используешь меня. Я боялась, что это может оказаться правдой.
Мирон… Этот гад! Я сжал кулаки так, что костяшки побелели. Как я мог подумать, что Полина могла встречаться с Мироном? Как я мог поверить его словам? «Увижу, всю дурь из него выбью!», – пронеслось в голове. Её слова о школе, о том, что она ждала меня… это было как удар под дых. Я всегда чувствовал к ней что-то особенное, но боялся признаться себе в этом.
– Никита, я всегда… – она запнулась, а я замер. – Я всегда любила тебя!
Эти слова, словно спасительный луч, пронзили тьму моего замешательства. Сердце подпрыгнуло от радости. Я взял её лицо в свои ладони, осторожно вытирая слёзы большими пальцами.
– Поля, прости, – прошептал я, чувствуя, как ком подступает к горлу.
Я прильнул к её губам, ощущая солёный привкус слёз. Этот поцелуй был горьким, но в то же время невероятно сладким. Я осторожно притянул её к себе и почувствовал, как её пальцы впиваются в мой свитер, словно ища опоры. Наши языки переплелись в безумном и захватывающем танце. Я хотел раствориться в ней, стать единым целым, как капля, что без следа исчезает в безбрежном океане.
Когда мы отстранились, чтобы перевести дух, я увидел в её глазах страх, словно она была загнана в угол, и боль, как старая, не заживающая рана. Но среди всего этого я заметил искорку любви, которая всё ещё тлела угольком в пепле. Нежно коснувшись её лба губами, тихо произнёс:
– Я был таким идиотом.
– Никита, мы все совершаем ошибки, – прошептала она.
– Поехали, я отвезу тебя в больницу.
– Не нужно, правда.
Я помог ей устроиться поудобнее в машине, а потом, не теряя времени, метнулся в кондитерскую. Захотелось побаловать её чем-то теплым и вкусным, и горячий кофе показался идеальным решением. Вернувшись с двумя ароматными стаканчиками, я протянул один ей. Она с благодарностью приняла его, и на её лице появилась счастливая улыбка.
– Как ты узнала, что я здесь? – спросил я, удивленный её проницательностью.
Полина поставила стакан на панель и достала из сумки свою зачетку. Протянув ее мне, она улыбнулась.
– Сегодня я сдала математику.
Открыв зачётку на нужной странице, мой взгляд упал на отметку «Отлично». Похоже, наши совместные старания всё-таки принесли свои плоды. Я с гордостью посмотрел на Полину, возвращая ей синюю книжицу.
– Ты большая умница, – сказал я с улыбкой.
– Не без твоей помощи. Кстати, Ольга Борисовна, просила передать тебе благодарность.
– Спасибо. Но, Полина, ты так и не ответила, как меня нашла?
Полина немного смутилась.
– Как только у меня закончился экзамен, я побежала в аудиторию, где у тебя должна была быть лекция по финансовому менеджменту. Очень надеялась тебя там застать, но ты уже ушёл. А потом… потом я узнала, что натворил Мирон… – губы Полины задрожали, и по щекам потекли слезы. – Я так переживала, что, не раздумывая, сразу поехала к тебе домой.
– Ты была у меня дома? – удивился я.
– Да, – Полина покраснела и всхлипнула. – Твоя мама сказала, что ты, скорее всего, в кондитерской, и я тут же примчалась сюда.
– Почему ты плачешь? – я чувствовал, что она что-то недоговаривает, но не мог понять, что именно.
Она закусила губу и зажмурила глаза.
– Поля, – позвал я её, взяв за руку, и она перевела на меня взгляд.
– Ничего… – тихо прошептала она.
– Ты уверена?
– Мирон… он… мы с ним поругались, а когда я хотела уйти, чтобы найти тебя, он признался мне в любви и… поцеловал, – Поля закрыла лицо руками и разревелась.
В голове загрохотало от злости. Это была не просто злость, а какая-то первобытная, обжигающая ярость, которая заставила мои кулаки сжаться так, что ногти впились в ладони, оставляя болезненные следы. Полина, моя Полина, вся в слезах, сбившаяся в комок от вины и стыда… Этот выродок посмел прикоснуться к ней, когда она этого не хотела. Внутри всё закипело. Не раздумывая, я завёл машину и рванул к учебным корпусам. Пора было с ним разобраться.
– Куда мы едем? – Полина подняла голову, в её глазах мелькнула тревога.
– Где вы в последний раз виделись? – мой голос звучал непривычно холодно, даже для меня самого.
– В главном корпусе, как обычно, – она насторожилась. – Никита, что ты собираешься делать?
– Ничего, – я выдавил из себя подобие улыбку. – Как думаешь, он ещё там?
– Вроде бы он должен быть на консультации.
Я вдавил педаль газа, пальцы вцепились в руль мертвой хваткой. Слова Полины больше не достигали меня. Подъезжая к корпусу, я лихорадочно осматривал территорию. А вот и он! У места для курения, словно по заказу, стоял этот «красавчик» со своими приятелями, весело что-то обсуждая. Резкий поворот к обочине, торможение, и аварийка замигала. Полина тут же схватила меня за руку, её глаза расширились от страха.
– Никита, не связывайся с ним! Он уже получил от меня по роже.
Я улыбнулся, наклонился, поцеловал её и, отстранившись, выскочил наружу. Перебежав дорогу, направился к Мирону. Он не заметил меня. Когда я подошёл вплотную, он поднял взгляд, и на его лице отразилось удивление.
– Малышев? – успел выдохнуть Мирон, и в тот же миг, с улыбкой на лице, я вложил всю свою злость в удар, пришедшийся ему в челюсть.
И, видимо, я перестарался. Мирон потерял равновесие и рухнул в снег, а его приятели недоуменно переглядывались.
– Какого хрена?! – взревел Мирон, вытирая кровь с лица.
Я подошёл и присел рядом. Холодный ветер пробирал до костей, и тут я осознал, что не только куртку не застегнул, но и шапку забыл. Лишь бы не простудиться. Схватив его за воротник, я наклонился к его лицу и прорычал:
– Не смей даже смотреть в её сторону. Урою! Ты меня понял?
Мирон прищурил глаза, а затем ответил:
– Идите оба к чёрту!
