меня, Лилиан Эндрюэс.
— Это потому, что обычно в мужчинах меня интересуют только… мужчины. Как видите, иногда любопытство подводит. Вы не должны предполагать ничего предосудительного. Вдруг мне взбредится заключить с мистером Сарди небольшой контракт. Ну, скажем, используя его в качестве инвестора.
Лилиан выбросила окурок, закурила новую сигарету, после двух глубоких затяжек отпила немного коньяку, и только тогда, иронично хмыкнув, покачала головой.
— Подбрасывая подобные подсказки, вы оскорбляете меня, прежде всего, как юрист юриста, то есть сугубо профессионально.
— И всего лишь подбрасываю признания, которые могли бы помочь вам справиться с собственными угрызениями совести. Насколько мне известно, заполучить подобные факты из признаний своих клиентов стремятся все адвокаты. Ведь трудно же защищать своего подопечного, доказывая, что он не убил, когда знаешь, что он — отпетый негодяй и неоспоримый убийца.
— Понятно, решили психологически поддержать меня.
Вилла была окружена невысокой живой оградой. Обнаружив в ней просвет, Грей завела машину в упирающийся одним краем в крутой обрыв, а другим — в обрубленную строителями скалу, дворик, и заглушила мотор прямо у двери, словно собиралась заблокировать ее.
— Вы готовы, мисс Эндрюэс?
— Теперь, после ваших откровений, — на которые я вас, видит Бог, не провоцировала, — мне лучше было бы отсидеться в машине. Но ведь ясно, что вам выгоднее вести переговоры с Удайт в присутствии нотариуса, юриста, просто свидетеля. Ведь, насколько я поняла, предварительная договоренность с мисс Удайт уже достигнута.
— Ошибаетесь, нотариус с сорокалетним стажем, — ответила Эллин, выходя из машины. — Только теперь я хочу открыть вам глаза на то, что владелица этого бунгало даже не догадывается, о чем, собственно, с ней собираются договариваться.
Лилиан застыла с недонесенной до рта флягой и впервые посмотрела на Эллин со страхом и уважением.
13
В роли охранника мисс Удайт оказался невысокий, кряжистый метис, которого Эллин никогда раньше на Рейдере не видела. Сумочки проверять он не стал, зато взгляд его профессионально прощупал фигуры женщин, раздевая их, — хотя и не с той умиленностью, с каковой обычно «раздевают» истосковавшиеся по ласкам мужчины.
— Как чувствует себя мисс Удайт? — задержалась возле него Лилиан, тем самым задерживая и Грей.
— Хорошо чувствует себя мисс Удайт, — набычился охранник, очевидно, решив, что эта его поза вполне сойдет за вежливое склонение головы. — Она ждет вас.
— А как вам служится у нее, мистер Таннеси?
— Хорошо служится… мне… у нее.
— Вы помните, что я — нотариус? И что зовут меня Лилиан Эндрюэс, очаровашка вы моя?
— Я помню, что вы нотариус и что зовут вас Эндрюэс.
Не выдержав, Эллин про себя, мысленно, расхохоталась. Этот облаченный в почти прозрачную майку-борцовку и плотно облегающие, спортивного покроя брюки верзила напоминал кибера, которого создатели научили воспроизводить любую обращенную к нему фразу, не меняя при этом ни интонации, ни выражения лица, ни откровенно наполеоновской позы.
— Очень милый молодой джентльмен, не правда ли, леди Грей? — обронила Лилиан. Демонстративно отпив из фляги, она прошлась по Таннеси точно таким же, обыскивающе-раздевающим взглядом, каким только что проходился по ней сам черноволосый, курчавый охранник, и лишь после этого направилась к двери.
— Скажите, босс, — слегка приглушила голос Эллин, пока Эндрюэс сообщала об их приходе по переговорному устройству. — Имя такое — Крестный Отец Гор, вам ни о чем не говорит?
На сей раз сохранить девственную нетронутость своей маски Таннеси не удалось. Выдали глаза, в которых искры нескрываемого интереса угасали на углях страха.
— Имя такое, Крестный Отец Гор, мне говорит… Почему вы спросили о нем? — явно прогрессировал в своем интеллектуальном развитии этот столь же широкоскулый, сколь и широкозадый охранник, которого лично она, Эллин, не стала бы терпеть у себя хотя бы из-за «неряшливости» его строения.
— А еще его зовут «дон Мачете». — Эллин вновь многозначительно просверлила взглядом глаза мексиканца и, поняв, что теперь он готов и к более задушевному разговору, продолжила: — Так вот, поливая жертвенное мясо жертвенной кровью, которыми мне выпала честь приобщаться к некоему таинству в его «Горном мираже», дон Мачете просил осведомиться о вашем, мистер Таннеси, здоровье.
— Он просил осведомиться о моем здоровье, — возможно, охраннику хотелось произнести эту фразу в виде вопроса, но оказалось, что такие сложные филологические упражнения киберу-охраннику пока явно не под силу. — Почему он просил осведомиться?
— Дон привык заботиться о своих людях, мистер Таннеси. Куда бы и по какому поводу ни забрасывала их судьба — так и оставила его в полной заинтригованности Грей, направляясь вслед за Лилиан к хозяйке виллы.
Обставленный статуэтками «римский дворик» виллы был накрыт голубоватым пластиком, сливавшимся с крышей всего строения, поэтому о существовании его оттуда, с серпантина горной дороги, даже трудно было догадываться. Когда Лилиан и Эллин вошли в него, Валерия нервно металась по ту сторону бассейна. В эти минуты она была похожа на патрицианку, ожидающую, что вот-вот в дом к ней ворвутся рассвирепевшие, восставшие рабыни.
— Чего вы добиваетесь от меня, мисс Грей? — молвила Удайт, как только женщины оказались в нескольких шагах от нее.
— Полной гармонии деловых отношений, — очаровательно улыбнулась Эллин. — По дороге сюда мы с мисс Эндрюэс обсуждали наши перспективы и пришли к выводу, что на Рейдере наступило наше с вами время. Так ведь, мисс Эндрюэс?
— Знали бы вы, как я вам завидую, очаровашки вы мои, — старой голубицей проворковала Лилиан. — Если только вы разумно выстроите свои деловые связи и не поссоритесь, то вскоре остров окажется настолько признательным вам, что это будет вызывать зависть даже у бывшего местного магната Роберта Сарди.
Услышав его имя, Валерия обеими руками ухватилась за украшавшее ее грудь массивное янтарное колье, словно одним рывком собиралась избавиться от него.
— Почему это вы вдруг вспомнили о Сарди? Никаких претензий этот джентльмен мне не предъявлял.
«Э, да нервы у нее совсем ни к черту! — сочувственно признала Грей. — Такие компаньонки мне не нужны».
— Посудите сами: с кем мне еще сравнивать ваш взлет на Рейдере, кроме как со взлетом мистера Сарди? — Вряд ли Эндрюэс могла заранее предопределить нюансы беседы с Валерией, но все же оказалось, что у нее припасены ответы на все возможные сомнения своего клиента.
С минуту три женщины молча стояли вокруг треугольного журнального столика, затем, не проронив ни слова, все трое молча уселись в ажурные кресла-качалки.
— Где эта ваша бумаженция? — пренебрежительно спросила Удайт, потянувшись почему-то не к Грей, а к нотариусу.
Эллин мгновенно, словно факир из рукава, извлекла из сумочки бумаги и положила их на стол напротив хозяйки виллы.
— Вы, лично вы, это читали? — спросила Удайт, потрясая полускомканным
