Нафиг-нафиг мне такое счастье, — поморщился я и вручил девушке высочайшее приглашение. — Посмотри дату, пожалуйста.
— Да! — Нанако бережно приняла тубус и аккуратно распечатала.
Почти не дыша вытащила оттуда свиток, развернула:
— Как раз успеете вернуться с премьеры «Разрушителя», Иоши-сама!
— Как и ожидалось от дворцовых дронов — все знают и все учли, — вздохнул я. — Если мне придется сбежать от принцессы в другую страну, ты со мной?
— Я последую за вами куда угодно, Иоши-сама! — не подкачала Нанако.
* * *
Давненько я в цитадели врага не был, и еще столько же с радостью бы за океан не летал, но придется это терпеть, благо в компании Хэруки, да еще и в частном самолете (зажравшийся Иоши попросил папку отправить нас именно таким способом) терпеть на удивление приятно. Особенно — лежа в кровати на многокилометровой высоте.
— …так что, если прямо прижмет, ребенка придется заводить в ближайшее время, — поделился я с ней «последним средством», объяснив ситуацию.
— Так говоришь, будто тебе не хочется! — слегка надулась милаха и куснула меня за используемый в качестве подушки бицепс.
— Ай! — отреагировал я, но руку отбирать не стал. — Хочется, но это слишком рано. Мы же это уже обсуждали.
— Никакой принцессе я тебя не отдам! — безапелляционно заявила лучшая девочка, прижавшись поплотнее.
— Не отдавай, пожалуйста, — поддакнул я. — Мне ведь от тебя уходить совсем не хочется!
— Вот и не уходи!
— Вот и не уйду!
Закончив потешный конфликт поцелуем, оделись и пошли обедать — летим уже довольно долго, «нагуляли» аппетит.
Отведав пельмешек-«гёзу», Хэруки начала (совершенно без нужды — я же точно так же считаю, но так положено!) «контролировать урон»:
— Я — ученый, писатель и изобретатель! Миллионерка! Постоянно занимаюсь благотворительность!
Это правда — недавно уже третий долларовый миллиончик на счет семьи Аоки «капнул», и было бы минимум в два раза больше без отчислений в фонд "Хонда" и целевых пожертвований на всякое.
— Словом — для Японии я гораздо полезнее какой-то там принцессы! Разве она сделала что-нибудь? Добилась чего-то собственным трудом?
— Зачем сравнивать гениальную тебя с каким-то бесполезным маскотом? — сделал я Хэруки приятно.
— Нет, я буду сравнивать! — капризно покачала она головой.
— Извини, продолжай, любовь моя! — решил я послушать ее дальше.
Потешно же!
— Я — красивее!
— Это так! Мне с тобой просто жутко повезло!
— Умнее!
— Подтверждено мировой наукой! — согласился я и с этим.
— Грудь у меня меньше, — грустно признала Хэруки.
— Твоя грудь прекрасна, и я люблю ее всей душой, — успокоил ее я.
— Но ноги у меня ровнее!
Я не видел — принцесса же в кимоно, а фоток, где ее видно больше, я не нашел — чай не Перис Хилтон — но охотно подтвердил:
— У тебя просто замечательные ножки, и мне очень нравится, как ты делаешь ими для меня всякое приятное!
— Она точно так не умеет! — пошло улыбнулась лучшая девочка.
— Уверен, что она даже не знает, что так можно! — поддакнул я.
— А какая у меня талия? — продолжила петь себе дифирамбы Хэруки.
— Как песочные часики! — облизнулся я.
— А задница?
— Если это не лучшая задница во вселенной, я — пожилая негритянка!
— А еще я знаю тебя лучше всех!
— Мне с тобой очень хорошо, — с улыбкой кивнул я.
— И я была с тобой с самого начала, а не пришла на все готовенькое!
— Этот аргумент вообще ничем не перебить!
— И я тебя люблю больше всего на свете!
— А этот аргумент — еще сильнее!
Доев, вернулись в кроватку и сладенько уснули до самого приземления.
Гребаная Калифорния, можешь сколько угодно греть ласковым солнышком с безоблачного неба, но я не поведусь! А вот домик тут, наверное, купить стоит — оно и вложение хорошее, местной недвиге даже ипотечный кризис 2007 года не особо навредил, и удобно — в отеле, конечно, хорошо, но ощущения дома нету.
"Шиковать так шиковать!", решил я, поэтому лимузин доставил нас к шикарному отелю на побережье, где у нас забронировал «люксовый пентхауз». Документами на ножках служит Стэн, и, заселившись, мы с ним отправились завтракать в отельный ресторан — прилетели утром.
Наворачивая стэйк, я взял салфетку и написал на ней — а ну как слушают? — вопрос:
«Стэн, насколько я могу тебе доверять?»
Мужик поморщился — ох не к добру такие заходы! — но написал в ответ:
«На 120%».
«Тогда начинай потихоньку формировать секретный офшор, из которого я буду финансировать не совсем стандартные схемы. Не на территории США, здесь меня устраивает честно вести бизнес» — на всякий случай уточнил я.
А ну как Стэна уже завербовали ЦРУ?
«Хорошо», — послушно написал он.
«Секретный — это значит секретный» — добавил я.
«Я понял, никто не узнает», — подтвердил он понимание.
Буду работать с тем, что есть — немножко рисковать мне понравилось, бодрит, поэтому нужно изо всех сил это контролировать, чтобы не скатиться в рептилию.
Скомкал салфетку, сунул в пепельницу, за неимением зажигалки ткнул в нее пальцем, и Стэн поджег улику сам. Когда прогорело, я при помощи новой салфетки как следует растолок пепел в мелкодисперсную однородную массу, и, для верности, плеснул томатным соком — им я запивал бифштекс.
Официант явно видел и не такое, поэтому спокойно заменил нам пепельницу. Увы, зала для некурящих здесь не предусмотрено, но вентиляция хорошая.
— Как у нас с делами? — перешел я на нормальную речь.
— Дела идут отлично, но Кевин Костнер просил передать, что с вами работать меньше чем за пятнадцать миллионов не станет, — ответил ирландский еврей.
— Не больно-то и хотелось, — фыркнул я.
Просил его в сериал за полляма, но он нынче очень большой — «Танцующий с волками», как и в моей версии реальности, кинематограф просто «порвал», поэтому прокатил Иоши. Удачи с "Водным миром", зазнавшийся хмырь!
— Шон Коннери согласен за триста тысяч сняться в ролике для «Андерворлда», —
