резиденции мы полностью пришли в себя, поправили одежду и прически и были готовы предстать перед правящей семьей во всей красе, благо в ней у наших дам недостатка нет. Токийский дворец являет собой частично отреставрированный, а частично — переделанный замок Эдо. Покинули машину, и нас тут же окружила «коробочка» из копов и дворцовой охраны. Монаршей семьи нету, что обидно — уж кого-кого, а нашу семью даже Императору не зазорно у ворот встретить. Ладно, это уже слишком — настолько даже я не зажрался. Вошли на территорию.
Ух, красотища — пруды, деревья, кустарники, подсветочка!
— Простите, Ринтаро-сенсей, но я только теперь понял, насколько вы были правы, когда назвали свой сад «скромным», — проникся я.
Дед презрительно хмыкнул:
— Посмеялась козявка над глазной слизью.
Это наш, японский аналог поговорки про бревно в глазу.
— Я не хотел вас обидеть, Ринтаро-сенсей, — честно признался я.
— Я понимаю, Иоши-кун! — дед снизошел до хлопка по моему плечу. — Более того — я с тобой совершенно согласен. В конце концов, Императорские сады — гордость Японии. Но мне больше нравится тот, что в Киото, при всем уважении к Юдзи-сенсею.
— Главный садовник этого дворца, — шепотом пояснила мне на ухо Хэруки.
— Хооо?.. — раздался из темноты низкий мужской голос, и из-за кипариса на дорожку шагнул широченный, низкий, совершенно лысый, но жутко бровастый и с роскошной седой бородой до середины груди, старик, одетый в дорогущее кимоно — и это единственная деталь, которая роднила его с полной противоположностью в лице старшего Аоки. — Неужели это ты, старик Ринтаро?
— Ты что, специально подкарауливал нас в кустах, мой юный ученик Кохэй? — не остался в долгу дед и вытянул руки навстречу новому (для нас) знакомому.
Тот захохотал и обнял учителя. Если на глаз — лет пятнадцать у них разница в возрасте в пользу деда.
— Даже так? — спросил я Хэруки.
— Я же много раз тебе говорила, насколько дедушка удивительный человек! — с жутко самодовольной мордашкой напомнила она.
— А почему он сам не… — задал я было следующий вопрос, но Ринтаро-сенсей решил ответить сам.
— Разрешите представить вам моего ученика — Юдзи Кохэя, главного садовника дворца Эдо. Это — семья Одзава, мои драгоценные друзья, — немножко вогнал всех в краску, представив в ответ и повернулся ко мне. — Я вижу в твоих глазах вопрос, Иоши-кун — нет, я не отказывал Его Величеству в ответ на просьбу заняться одним из его садов, потому что он не просил.
— Не печальтесь, Ринтаро-сенсей! — улыбнулся ему я. — Нет больше радости для учителя, чем превзошедший его ученик, верно?
Юдзи-сенсей ехидно заржал, дед укоризненно поднял бровь:
— В благородном искусстве бонсая в нынешней Японии мне нет равных! Но в этом саду, — обвел рукой окружающее пространство. — Не только бонсаи!
— Понял, у вас просто другая специализация, — кивнул я комплексующему Ринтаро-сенсею.
— Что ж, теперь, когда мы защитили чувства моего дорого учителя, можем продолжить путь, — главный садовник пристроился внутрь «коробочки» рядом с Ринтаро-сенсеем. — На встречу с Императором я не приглашен, но не мог упустить случая познакомиться с вами, Одзава-доно, — подкатил к бате.
— Для меня честь познакомиться с таким удивительным человеком, — поделился тот чувствами в ответ. — Дорога займет какое-то время, и мы будем рады, если вы поможете нам ее скрасить, — намекнул переходить к делу.
— Хочу поучаствовать в сельскохозяйственном подъеме Японии, — без обиняков поведал Юдзи-сенсей. — Мои сбережения не так велики, но я знаком со многими заинтересованными людьми…
Ринтаро-сенсей едва заметно кивнул для отца — ручаюсь, мол.
— Уверен, мы с вами сможем поладить ко всеобщей выгоде, — проявил оптимизм батя, они обменялись визитками, договорившись встретиться на неделе и поговорить предметно, и садовник нас покинул.
— Рояль в кустах! — не удержался я.
Когда все просмеялись, дед пояснил:
— Боюсь, Кохэй не настолько полезен, но и жалеть о ведении дел с ним не заставит.
— Спасибо за это знакомство, Ринтаро-сенсей, — поблагодарил его батя. — Мы слишком зависимы от внешнего мира, чтобы пренебрегать проблемами сельского хозяйства.
И ведь даже не цундерит — реально концепцией пищевого суверенитета проникся, и даже попросил убывших в СССР деда с бабушкой «пробить» нам гигантский агрохолдинг на Дальнем Востоке.
Императорская семья оказала нам честь, в полном составе — правящая чета, наследник с женой (беременная!) и принцесса — встретив у входа в замок Эдо. Раскланялись, обменились рукопожатиями и рукоцелованиями. Само собой, слуг и охраны вокруг прибавилось, но мне теперь так жить большую часть времени, так что волей-неволей нужно привыкать «не замечать прислугу», при всем уважении к чужому труду.
Его Величество счел нас достойными слушателями и по пути к обеденному залу — те, что используются для торжеств, скромно решили не трогать — немного поведал об истории фамильной недвижимости — реставрировался, реставрируется и реставрироваться будет. Отец тут же заверил, что «Одзава девелопмент» тоже были бы не против приложить лапку. Визит пока проходит штатно — принцесса молчит, улыбается и смотрит на меня не больше, чем на остальных. И все-таки ты зазнался, Иоши! Или это легендарное придворное воспитание? Следующая честь поджидала нас в одной из гостиных первого этажа — два бонсая работы Аоки Ринтаро — это старые, и Император не преминул заметить, как много раз за эти годы они радовали его взор. И еще честь — в коридоре второго этажа: еще один бонсай, новый — о нем не говорили, просто подают сигнал, что прибывший чуть раньше нас подарок принят и освоен. Честь финальная, в дополнение к накрытому всяким и оснащенному жаровницей — будем жарить якинику! — столу: накрытая защитным колпаком глиняная статуэтка периода Кофун, выкупленная отцом на аукционе у британского коллекционера. Вернули национальное сокровище домой.
Расселись, и Его Величество толкнул небольшую речь о том, какие хорошие у него завелись подданные.
— Наша страна полна талантливых и трудолюбивых людей, и мы с сыном просто стараемся придавать им направление! — поскромничал отец.
Прикручиваем монетизацию, ага.
— Поздравляю с седьмым даном, Одзава-сан, — поздравила маму Императрица.
Вручили за рождение близнецов — а слабо в этот спорт залезть, хитрый трансгендер?
— Благодарю вас, Ваше Величество. Дети — это огромная радость, и я счастлива видеть, что скоро
