Рад, что вы со мной согласны, — кивнул я. — В дальнейшем мы, безусловно, будем работать в этом направлении, но, по самым оптимистичным прогнозам, раньше 2000-х годов даже пытаться нет смысла.
Перелет, «перекат», конференц-зал «Нинтендо». Состав — мы с Нанако и Кармаком, Ёкои Гумпей, лично Хироси Ямаути — президент — с пачкой секретарей, и два дрона-докладчика — один за проектором. Задачу облегчает то, что Сигэру Миямото уже счел проект провальным и участвовать не будет. А он в «Большой Эн» — один из главных. Докладчик-японец показывает проектором ранние концепты невероятно ублюдочной поделки, которую в моей реальности назвали Virtual Boy, а в нашей не назовут никак, потому что нехер мне тут фанатов дерьмом кормить.
— Мы уже выработали маркетинговую стратегию, согласно которой мы пропускаем 32-битное поколение приставок, продлив срок жизни «Супер Факмикома» CD-модулем, но мы предлагаем не совсем обычную приставку. Мы основываемся на технологии Scanned Linear Array, позволяющей изготавливать стереоскопические устройства…
— Монохромные? — влез я.
Дрон-докладчик — никто, поэтому целому мне перебить его можно без последствий и обид. А еще у него пожизненный контракт, поэтому его за инициативность даже в случае отказа поощрят.
— Да, Одзава-сенсей. Полноцветный дисплей обойдется слишком дорого, поэтому придется ограничиться красным и черным цветами.
— Давайте проведем эксперимент — «слепим» демку по предложенной вами технологии, и вы с коллегами поиграете в нее, подвесив экран прямо на глаза — у вас ведь шлем! — пару часов в красно-черной гамме. В отличие от «Геймбоя» с нейтральной зелено-черной гаммой, приятной для глаз, красно-черные цвета глаза раздражают, а при долгом воздействии вызывают головную боль. Судебные иски неизбежны, поэтому придется лепить на коробку надпись «При длительном использовании могут возникнуть головные боли». Не знаю как вы, а я своим детям ни за что не стал бы покупать игрушку с таким предупреждением.
Ёкои-сенсей гордо приосанился от похвалы его детищу-«Геймбою». «Виртуал Бой» хотят поручить ему же, но энтузиазмом и не пахнет — мы с ним еще неделю назад созванивались, и я предупредил, что провал неминуем. Он это совещание и организовал — изначально меня планировали подключить исключительно в качестве рекламных мощностей.
— Красный дисплей — наиболее дешевый, кроме того, он дает больше оттенков черного, что позволяет добиться более захватывающего ощущения бесконечной глубины, — не особо уверенно парировал дрон.
— Но ведь вы предложили слоган «Погрузись в собственную частную вселенную». Вселенная из красного и черного — это, извините, гайдзинский Ад.
Повисла пауза.
— Что ж, немного подняв цену, мы могли бы перейти на черно-зеленый цвет…
— Если начать производство с 93 года, лучшее, что мы сможем предложить нашим клиентам — цена в районе двухсот долларов, — влез Ёкой-сенсей. — Это — с красным дисплеем.
Дрон поник — слишком дорого.
— Еще одно замечание, если можно, — влез я. — О какой «виртуальной реальности» может идти речь, если вы предлагаете управлять играми при помощи геймпада? Мой хороший друг и один из ценнейших сотрудников «Одзава Геймс» мистер Кармак разделяет ваш энтузиазм по переходу игр в полноценное трехмерное пространство, и я был бы очень благодарен, если бы вы ознакомились с его видением технологии виртуальной реальности.
Ямаути-сенсей благосклонно кивнул — любит он меня, высокодоходного такого.
Дрон сел на место, а к экрану вышел Джон. Поблагодарив за предоставленное слово и выразив уважение присутствующим (я гайдзинам консультанта по общению с японцами нанял, так что все умеют), и начал делиться «видением».
— Форм-фактор шлема является единственно верным решением до тех пор, пока мы не сможем уместить всю «начинку» во что-то более компактное. В идеале — интегрируемый в мозг нейрочип…
Я кашлянул в кулак.
— Но это будет неактуально еще долгие годы, — опомнился Кармак. — Так что без шлема мы не обойдемся. На наш с Одзавой-сенсеем взгляд, геймпад полностью убивает погружение в игровой мир, и максимум, что мы можем получить — это стереоэффект, который уже давно используется в кино и некоторых видеоиграх, в том числе и на «Famicom» прошлого поколения.
— Получается маркетинговая уловка для потребителя — она же банальное корпоративное враньё, недостойное «Нинтендо», — добавил я.
Президент «Нинтендо» пожевал губами, но осаживать нас не стал — у него с враньем никаких проблем нет, но Иоши пришел и научил так не делать.
— Именно так, — кивнул Джон. — В идеале нужна целая система датчиков захвата движений, которая будет отслеживать движения тела самого игрока, которые будет повторять игровой персонаж. Например, если я беру пистолет, я беру его пальцами, — Кармак изобразил «пистолет». — Со всеми причитающимися — могу вынуть обойму, передернуть затвор, убрать в кобуру и так далее. Кроме того, это позволяет, например, выстроить высокодинамичный геймплей: на меня бежит сильный враг, я начинаю убегать… — Кармак сымитировал «убегание». — И при этом могу обернуться прямо на ходу и пострелять в него. Так же можно переносить в виртуальную реальность самые обычные развлечения из реального мира — скалолазание, бокс, ритм-игры… Словом, пока мы не научим VR-консоль отслеживать перемещения тела игрока в реальном времени, мы обречены на провал. Теоретически, мы могли бы реализовать это в наше время, но потребуется специально оборудованная комната с чудовищно дорогим оборудованием.
— Спасибо, мистер Кармак, — поблагодарил его Ямаути-сенсей. — Ваши с Одзавой-сенсеем аргументы вполне убедительны, — переключил внимание на дрона. — Извините, Хидэки-сан, но ваш проект опередил время. Обещаю, когда наступит подходящий момент, именно вашей группе будет поручена разработка устройства, — встал, слегка поклонился. — Благодарю всех за усердный труд.
— Оригато газаимас! — отвесили все присутствующие поклон ответный.
Соломка успешно подстелена, можно отправлять Кармака на такси к вертолету — не ехать же такому ценному кадру на электричке! — и отправляться в Министерство иностранных дел, куда сегодня прибудут делегации всех азиатских стран, включая даже Северную Корею. Огромный зал для торжественных приемов, трибуна, в зале — раскосые и смуглые лица, в ушах у всех наушник для синхронного перевода.
— Добрый день, уважаемые гости! Сегодня мы собрали вас, чтобы предложить новый проект всеазиатского масштаба, призванный помочь нашим странам углубить культурное взаимодействие. На Западе существует песенный конкурс «Евровидение». Белый человек со свойственным ему снобизмом считает, что мы внимания недостойны. Что ж, нас это устраивает.
Зал, к моему удивлению, зааплодировал. Да что
