Читаем без скачивания Собрание сочинений в 5-ти томах. Том 3. Князь Велизарий. - Роберт Грейвз

Я не собираюсь писать историю войны. Моя задача рассказать о Велизарий, поэтому я не стану подробно описывать осаду, но должен сказать, что Виттих атаковал с помощью штурмовых машин, которые управлялись вручную изнутри. Их не приводили в движение волы. Иоанн Кровавый пытался предотвратить их приближение тем, что начал срочно рыть траншеи. Виттих решил ударить его костлявой рукой голода.

Вскоре ситуация в Римини стала удачной. Велизарий не мог отправиться на помощь Иоанну, потому что отослал значительную часть армии в Северную Италию вместе с флотом, чтобы захватить Павию и Милан. Кроме того, между Велизарием и Иоанном Кровавым лежали укрепленные города Тоди и Чиузи, и сначала было необходимо захватить их. Велизарий очень волновался из-за осады Римини Виттихом, поэтому оставил римских новобранцев защищать Рим, а сам отправился на север на помощь Иоанну Кровавому.

Вскоре Тоди и Чиузи сдались от ужаса перед именем Велизария. Велизарий под охраной послал гарнизон готов в Неаполь и Сицилию и продолжал продвигаться вперед. Наши войска не достигали даже трех тысяч человек, а у короля Виттиха опять собралось стотысячное войско вместе с подкреплением из Далматии.

К счастью, письмо, адресованное госпожой Антониной к Теодоре, наконец, принесло свои плоды. Мы узнали чудесные новости, что семитысячное пополнение высадилось в Фермо на восточном побережье. Как вы думаете, кто был командиром этой армии?! Гофмейстер, евнух Нарсес.

— Господи! — заметила госпожа, хохоча, Велизарию. — Я рада, что высказывала симпатию к его военным амбициям во время нашего путешествия в Дарас. Мне кажется, несмотря на возраст он будет неплохим офицером, если только научится скромности. При дворе он подчинялся только приказам императора и императрицы, и мне придется весьма тактично относиться к нему.

Хильдигер присоединился к нам в Чиузи, и мы отправились по Италии и дошли до Адриатического моря. В Фермо, который находится в одном дне марша от Осимо, мы соединились с армией Нарсеса, которого Антонина и Велизарий приветствовали самым дружественным образом. Все потихоньку потешались над внешностью Нарсеса. Когда он шагал по коридорам дворца с обычной кипой документов в руках, никого особенно не смешили его небольшой рост и толстая задница, и то, что он косил и у него был перекошен рот. При дворе он носил алую с белым шелковую униформу с золотой цепью. Но сейчас Нарсес, которому было уже много лет, напялил на себя панцирь самого последнего фасона, на котором были выкованы рыбы и кресты и другие христианские символы, он не расставался со шлемом с высокими страусовыми перьями и вышитым пурпурным плащом. С ним была нормальной длины сабля, которая постоянно попадала ему между ног, и он каждый раз едва не падал. Должен вам сказать, что при его виде даже человек, умирающий от холеры, все равно начал бы улыбаться! Госпожа сама с трудом сдерживалась от смеха, но она нас всех предупредила, чтобы мы ни коем случае не издевались над Нарсесом. Ему очень доверял император. Он мог сильно помочь или навредить Велизарию, а дело Велизария было и нашим делом.

Вместе с Нарсесом пожаловал Юстин, сын Германуса, племянника императора.

Король Виттих прислал двадцать пять тысяч воинов, чтобы укрепить гарнизон в Осимо. Эта армия преграждала путь в Римини. Был созван срочный военный совет, на нем Велизарий попросил присутствующих офицеров высказать свои взгляды на существующее положение вещей. Валериан и Хильдигер заявили, что поскольку Иоанн Кровавый дважды не повиновался приказам, сначала у Осимо, когда он его не стал брать, а потом не покинул Римини, то ему самому придется выходить из сложного положения. Если армия последует к нам на помощь, обходя Осимо, то может оказаться в западне. Мы можем очутиться между молотом и наковальней, находясь между готами в Осимо и армией Виттиха возле Римини. Бессас поддержал двух офицеров и добавил, что непослушание Иоанна Кровавого заслуживает строгого Божьего наказания. Тут вмешался Нарсес. Он заявил, что хотя Велизарий уже согласился с этими офицерами, но неподчинение Иоанна Кровавого совсем не является причиной того, чтобы храбрые солдаты под его командованием погибли или попали в рабство.

— Если мы это сделаем, то сильно навредим себе и императору. Вы можете смеяться надо мной, как над простым военным теоретиком, но я не соглашусь с планом, который приносит Римини в жертву личной мести.

Велизарий высоко поднял брови и ответил:

— Уважаемый гофмейстер, лучше воздержаться от осуждения вины, хотя бы до тех пор, пока эта вина не будет установлена!

Велизарий только собрался высказаться о будущем плане действий, когда совещание было прервано — к нам прибыл гонец от Иоанна Кровавого, пробравшегося через заставы готов. Это был храбрец-изуриец. В послании говорилось, что Иоанн Кровавый не выдержит более недели, а потом ему придется сдаться, чтобы не погибнуть от голода.

Велизарий высказал свое решение: при Осимо должны оставаться небольшие силы, не более тысячи человек. Они встанут лагерем в двадцати милях от города. Остальная армия должна срочно двинуться вперед, чтобы спасти Иоанна Кровавого и его солдат. Единственная надежда на то, что Виттих снимет осаду, — обмануть его по поводу количества наших воинов. Поэтому нам придется поделиться на три армии и быстро пойти на Римини. Одна армия отправится по побережью под командованием генерала Мартина, а флот под командой Хильдигера должен не отставать от них. Нарсес и сам Велизарий с лучшими всадниками должны проследовать по Апеннинам. Все согласились на подобный план действий и отбыли в поход в то же самое утро. Госпожа Антонина отправилась вместе с Велизарием и Нарсесом. Я ехал позади ее носилок на муле. Это было сложное путешествие. Стояла жуткая жара, — потому что был июль. Среди скал и сосен не чувствовалось ни малейшего ветерка. Горные деревушки, через которые мы проходили, населяли несчастные полуголодные дикари. Они не только не исповедовали христианство, но даже никогда не верили в богов Олимпа и продолжали поклоняться странным местным святыням.

В долинах было множество дичи, наши разведчики могли ее вдоволь пострелять. Одному из них даже удалось подстрелить медведя, а мы думали, что они уже вымерли в Италии со времен императора Августа. На пятый день, когда мы прошли двести миль и в основном питались сухарями и солониной, нам удалось добраться до Сарацины, расположенной в дне путешествия от Осима. Наши разведчики внезапно наткнулись на отряд готских фуражиров. Врагам удалось удрать, но они понесли потери. Велизарий шел в авангарде и легко мог захватить всех в плен, но он предпочел дать им возможность убрать и распространить слухи о нашем приближении.

Беглецы сообщили королю Виттиху весьма преувеличенные сведения о количестве нашей армии. Он ожидал, что мы станем продвигаться по долине Рубикона и нанесем ему удар с северо-запада. На следующий день он увидел отблеск костров на западе. Этих костров было великое множество. Велизарий отдал приказ, чтобы каждый солдат собрал дрова, зажег свой собственный костер и поддерживал огонь всю ночь. На юго-востоке Виттих мог видеть костры еще большей армии. Это была бригада Мартина.

Когда рассвело, на море было много судов, и вооруженные галеры угрожающе направлялись в порт. В панике готы покинули лагерь. Никто не подчинялся никаким приказам. У всех в голове билась только одна мысль — первому добраться до Эмилианской дороги и бежать до самой Равенны. Иоанн Кровавый мог бы в тот момент предпринять вылазку, и результат стал бы решающим, но его солдаты ослабли от голода и с трудом могли взобраться на коней, которые превратились в мешок с костями, потому что их тоже нечем было кормить в Римини.

Хильдигер высадился с батальоном моряков и захватил лагерь врага, где находились большие сокровища и пятьсот тяжело раненных готов. Велизарий прибыл только днем. Улиарис, сопровождавший Хильдигера, сказал Иоанну Кровавому, что Велизарий был в ярости, так как Иоанн не подчинился приказам и даже грубо обратился к Нарсесу, потому что тот настаивал на немедленной помощи нашим воинам в Римини. Улиарис решил таким образом подшутить над Иоанном Кровавым, но тот принял это за чистую монету, так как исходило от старого друга Велизария. Он был вне себя от ярости.

Велизарий приветствовал Иоанна весьма сдержанно, но, увидев, каким бледным и исхудавшим был Иоанн, не стал его отчитывать. Он только сказал:

— Уважаемый Иоанн, ты в великом долгу перед Хильдигером!

Иоанн Кровавый сухо ответил:

— Нет, мне кажется, я большим обязан Нарсесу.

Иоанн отдал салют, развернулся и вышел, не сказав ни слова.

Что касается сокровищ, собранных Иоанном, которые он собрался оставить себе и держал в Римини, Велизарий поровну распределил их среди всех воинов, служивших с ним до Нарсеса. Иоанн Кровавый разозлился еще сильнее и отправился к Нарсесу, с которым был давно знаком. Он пожаловался Нарсесу, что Велизарий был к нему несправедлив. Нарсес поддержал его и они стали еще ближе. Это было началом заговора против Велизария. Нарсес считал, что неприлично для старого опытного деятеля, каким он себя считал, кто хранил тайны императора, получать приказы от человека, гораздо его моложе, простого генерала. Он считал, что заслуживает компенсации за то, что распрощался со спокойным и выгодным постом во дворце и теперь должен разделять славу кампании вместе с Велизарием. Он вознамерился делить с ним командование армиями.