Теперь ясно: глава сети американских шпионов — Лили. И именно она должна занять место Адама.
Но он не может выдать ее. Не может допустить ее смерти. Уэбб глубоко вздохнул: она изменница. А сейчас он сам совершает предательство.
Но хочет ли он остаться с той, которую любит? Скорее всего он навлекает на себя новую беду. Брак с Лили — дикость, безумие и безрассудство. Устраивает ли его такая жизнь?..
А если он все уже давно решил для себя, то ее признание ничего не изменит. Напротив, он более спокоен, поскольку получил ответы на все свои вопросы и сомнения. Теперь понятно ее нежелание ехать в Париж, ее дикие выходки, увертки и отговорки — все сейчас стало объяснимо.
Уэбб выглянул в окно — они подъезжали к министерству иностранных дел.
— Лили, я…
— Я пойму, — прервала его Лили очень спокойно, — пойму, если ты сочтешь нужным отдать меня в руки своего отца.
— Лили, я…
— Не надо ничего объяснять. Если это означает свободу для Адама…
Уэбб прикрыл ей рот рукой.
— Если ты скажешь еще хоть одно слово, я надену на тебя наручники. По крайней мере до той минуты, пока мы не спасем твоего жениха.
В ее зеленых глазах читалось непонимание.
— Я люблю тебя, Лили. Куда бы ни забросила нас судьба, я буду с тобой.
Смятение в ее глазах сменилось светом любви. Он отнял руку от ее рта и прижался к нему губами, скрепляя поцелуем, словно печатью, свое обещание и веру в будущее.
И когда Лили ответила ему на страстный поцелуй, Уэбб понял, что между ними больше никогда не будет секретов. И если он в эту минуту терял то, к чему так стремился, то в награду получал любовь, с которой не сравнится ничто.
Карета остановилась в аллее, неподалеку от ряда правительственных зданий. Лили вышла из кареты. Уэбб взял ее за руку и повел в конец аллеи. Здесь он остановился и, глядя ей в глаза, сказал:
— Обещай мне только одно.
— Все, что угодно, — прошептала она.
— Больше никаких женихов. У меня не хватит сил отделываться от них.
— Спасибо, — рассмеялась Лили. — Я и сама прекрасно с этим справлюсь.
— Сесил! Сесил! — в раздражении кричал лорд Драйден. Секретарь влетел в его кабинет. Парик лорда Драйдена сполз набок, очки съехали на кончик носа.
— Милорд? Я никак не ожидал, что вы вернетесь сегодня…
— Я и не собирался, но потом решил заехать на минутку, чтобы затем присоединиться к жене. Она сейчас гостит в доме сэра Вентуорта, там мы собираемся встречать Новый год.
— Чем я могу служить, милорд?
— Сначала скажите мне, кто входил в мой кабинет? — Лорд Драйден указал на письмо, лежавшее на его столе. — Я хочу знать, кто принес это письмо?
Сесил пожал узкими плечами:
— Не имею ни малейшего представления, милорд. Я отлучался ненадолго, чтобы поужинать, и вернулся перед самым вашим приездом.
— Поужинать? И в котором часу вы начали свой ужин? — вопрос был чисто риторическим, поскольку Сесил стал легендой в министерстве иностранных дел. Говорили, что лорд Драйден безвылазно просидел в своем кабинете целых сорок лет, а рядом с ним всегда находился Сесил. Лорд Драйден знал, что это именно так и было, Сесил практически никогда — ни днем, а случалось, и ночью — не покидал своего рабочего места. — Хорошо, не обращайте внимания. Мне просто противна сама мысль, что кто-то разгуливает здесь в мое отсутствие.
Он взял в руки письмо и исследовал печать: что-то знакомое, но что именно?..
— Чья это печать? — спросил лорд Драйдеи, протягивая письмо Сесилу.
— Лорда Вестона, милорд. Вашего сына.
Лицо лорда Драйдена просветлело, но тут же сделалось грустным. Увы, его работа, требующая отдачи всех сил, в последнее время стала сказываться на нем. Не узнать печать собственного сына! Каким же дураком он выставил себя перед Сесилом!
Он становится слишком старым. А вместе с ним и Сесил… Отправился ужинать, черт возьми!
— Ну хорошо, — сказал лорд Вестон. — Я просто проверял тебя, мой старый друг. Давай-ка сюда письмо.
Едва Сесил вышел из кабинета, лорд Драйден вскрыл конверт. Он зажег на своем столе еще одну свечу и поднес письмо поближе к свету, чтобы разобрать почерк Уэбба. Читая письмо, он сначала никак не мог ухватить его смысл, до его сознания доходили лишь отдельные слова: «отставка», «трудный выбор», «женщина, которую я люблю». Но, дочитав до конца, был сражен той правдой, которая наконец открылась ему.
— Болван! Редкостный глупец! — неожиданно воскликнул он.
— Да, милорд? — спросил Сесил, открывая дверь.
— Вызови охрану.
— Охрану, милорд?
— Да, разиня, охрану. Собери всю охрану, которая несет дежурство. Всех до единого. И немедленно!
Сесил, вылетев из кабинета, пулей помчался по коридору, повторяя про себя приказ лорда Драйдена.
Сняв очки, лорд Драйден стал лихорадочно протирать линзы.
— Глупец, — бормотал он. — Болван…
— Куда мы идем? — спросила Лили, когда они миновали здание министерства иностранных дел и направились к реке.
— Спасать Адама от суда.
— Разве министерство не там? — спросила она, указывая пальцем через плечо на здание, оставшееся позади.
— Там. Но ведь ты не собираешься войти в парадную дверь и потребовать его освобождения?
Лили смущенно пожала плечами: именно это она и собиралась сделать.
— Американцы, — пробормотал Уэбб. — Все вы такие…
— Разреши напомнить тебе, что американцы честно завоевали свою независимость.
— Да, но они могли бы добиться ее через Парламент. Уэбб вышел на набережную и по узкой расшатанной лестнице спустился прямо к воде. Оторвав от ступени длинную щепку, он бросил ее в воду. Щепка закружилась на месте, а затем медленно поплыла вверх по течению.
— Черт побери! — в сердцах выругался он.
— В чем дело?
— Начинается прилив.
Не зная, как отнестись к его сообщению и какое отношение прилив имеет к Адаму, Лили промолчала. Она стояла на верхней ступени, с сомнением поглядывая на шаткую лестницу — выдержит ли она их двоих… Внизу Уэбб зажег небольшой фонарь, который прихватил с собой, и, держа его в одной руке, другой стал ощупывать камни, которыми была выложена набережная. Вода доходила ему до щиколоток.
— Что ты там делаешь? — спросила Лили, в страхе ожидая, что он сейчас прикажет ей следовать за ним в эту холодную черную воду.
— Ищу вход в министерство иностранных дел, — ответил Уэбб, открывая маленькую дверь. — Спускайся.
Лили, невольно поеживаясь, стала спускаться. Она дошла уже до конца лестницы, и холодная вода Темзы моментально залилась в ее короткие ботинки. Не успела она ахнуть, как Уэбб открыл дверь, таща ее за собой. Дверь закрылась, и они погрузились в полную темноту. Уэбб снова зажег фонарь, и Лили смогла осмотреться.
