салон через полуопущенное стекло хлестнуло жаром.
Я вдавил педаль сильнее. Главное, чтоб по движку не попали…
Справа — резервный ангар, оттуда высыпали фигуры с автоматами, пятеро… Семеро. Бойцы тут же открыли огонь. Я оторвал одну руку от руля, выставляя Щит — и пули завизжали по полосе, оставляя борозды и сверкающие рикошеты. Машина юзом вошла в поворот, проскочила между грузовиком и штабным КАМАЗом и, разогнавшись, выскочила обратно на прямую.
Впереди были ворота.
Низкие, железные и, конечно же запертые. По обе стороны — караульные вышки. На одной уже копошились несколько фигур, на другой — блеснул вороненый ствол пулемета. Я выругался сквозь зубы, собрал в ладони энергию Дара и выпустил его наружу. Свечка вспыхнула в небе и прошла перед вышкой, поднимая в воздух тучу пыли и осколков с бетонной крошкой, сбивая бойцам прицел.
— Разойдись, черт вас подери… — прорычал я.
Машина неслась к воротам, как снаряд. Выбить их на ходу не выйдет — это не жесть, металл толстый.
Ладно.
Ухнувший в воздухе Молот снес левую створку, и я бросил машину в проем. Прошел буквально на грани — остатки правого зеркала как ножом срезало. Я крутанул руль, выравниваясь — и за спиной тут же полыхнуло запоздалым взрывом.
Хорошо хоть технику подтянуть не успели. Ну, все. Теперь пора прощаться.
Утопив педаль акселератора, я устремился к выезду. Разгоняться толком было негде — мешали ангары, аэродромная техника и разбросанные то тут, то там контейнеры. Где-то за спиной снова затрещал автомат — короткая очередь, сразу за ней вторая, третья… Пули ударили в правый борт, оставляя дыры и сгрызая остатки стекол. Я дернул руль, ушел влево, и, не сбавляя скорости, врезал по тормозам, описывая дугу вокруг штабного здания.
Из-за угла выскочила пара бойцов — один уже прицеливался, второй пытался достать гранату. Я активировал Звездочки. Рой тонких, горячих снарядов полоснул по воздуху, не задевая людей, и впился в асфальт прямо перед ними. Стрелки, не ожидавшие ничего подобного, бросились в стороны. Граната покатилась прямо под колеса, но не взорвалась — то ли чека не была выдернута, то ли мне просто не повезло. В очредной раз.
— Да не стреляйте по мне, идиоты! — зарычал я, не надеясь, что кто-то услышит.
Да и какой смысл? Наверняка инструкции бойцам выдали самые что ни на есть однозначные.
По машине открыли огонь снова, на этот раз — из угла между контейнерами. Я отозвался Молотом: короткий выброс энергии — и ближайший ящик весом в несколько тонн отлетел в сторону, как пробка из бутылки шампанского, заодно расшвыривая стрелков. Один вскрикнул — живой, слава богу. Второго я не видел — и о его судьбе предпочел даже не думать.
Еще поворот. Узкий проезд между ангарами. Газ в пол, руль влево — и внедорожник, рыча, едва не на двух колесах, вписался в поворот. Слева — пожарная цистерна, справа — штабной УАЗик. Стрелков не видно. Отлично.
Над кабиной снова что-то щелкнуло. Я успел только вздохнуть, когда стекло на лобовом треснуло в паутину — снайпер. Второй выстрел снес зеркало, швырнув мне в лицо пригоршню осколков. Я дернулся в сторону и плюнул в воздух Щитом, развернув его наклонно вверх и отсекая сектор стрельбы.
— Предупреждал ведь… — пробормотал я, не сдержавшись. — Не трогайте меня. Зачем вы, идиоты…
Следующий поворот — уже к боковому выезду. Туда, где главные ворота, а рядом — будка охраны. Два солдата с винтовками уже бежали из караулки. Я рванул к ним, не сбавляя хода и одновременно активируя Свечку.
Вспышка — и в десятке метров перед капотом с неба рухнул столб пламени. Асфальт оплавился, солдаты отлетели, но, похоже, остались живы. Главное — ворота. Те распахнулись сами, то ли от ударной волны, то ли от удара по автоматике. Неважно. Главное — результат.
Я выскочил за пределы аэродрома, чуть не завалив машину в кювет. За спиной заголосила сигнализация, снова завыла сирена, и кто-то открыл огонь с башни слева. Я вдавил педаль газа в пол и, резко вильнув, выскочил старую грунтовку, ведущую к трассе.
Позади меня что-то грохнуло. Промазали. Или наоборот — попали, но не туда. Впрочем, если сейчас за мной выпустят бронетехнику — будет весело. В плохом смысле.
— Живым не возьмете, ублюдки, — прошептал я, сам не заметив, как улыбнулся.
Боковой заезд, еще один поворот — на этот раз почти в шпильку, как на горном серпантине. Машину начало уводить, но я подыграл рулем, поддал тормозами — и внедорожник, с визгом резины скользнув по щебню, снова встал на траекторию.
Впереди показался шлагбаум. За ним стоял новенький джип с людьми — явно не из состава охраны аэродрома. Скорее всего, вторая часть встречающей делегации. И на этот раз среди них явно были Одаренные, хотя бы один. Фигура в черном выступила вперед, разведя руки в стороны — и вряд ли для того, чтобы обнять меня на полном ходу. Худощавый мужчина в штатском заряжал элемент.
Слишком поздно.
Я утопил газ до упора, поднял перед собой Щит и пронесся сквозь шлагбаум, вывернув его с корнем. Машина вильнула, дернулась, но выстояла. В единственное уцелевшее заднего вида я увидел, как разлетевшиеся во все стороны человеческие фигурки вяло барахтаются на земле.
Кажется, все живы, но сейчас им явно не до погони, и это главное.
Дорога сделала поворот, скрывая от меня аэродром, впереди показался съезд на трассу, и я позволил себе выдохнуть. Ушел. Ушел, оставив за спиной десятки тел, дымящийся асфальт и пару сгоревших машин. Но, клянусь Империей, я сделал все, чтобы никого не убить.
Почти никого.
Проклятье.
Я снова овернул направо, вливаясь в редкое загородное движение. Снаружи машина навреняка напоминала решето, но водителей вокруг это, похоже, ничуть не смущало. Неспешно прокатив километра полтора по трассе, я вслушивался, пытаясь уловить вдалеке за спиной грозный вой сирен. И лишь через пару минут все-таки позволил себе расслабиться: меня либо потеряли, либо пока решили не доигрывать эту партию до конца.
Что ж, значит, следующий ход — за мной.
* * *
Телефон ожил не сразу. Я даже успел негромко выругаться и начать прокручивать в голове альтернативные способы связаться с теми, кому я пока еще мог доверять. Но все-таки повезло: динамик едва слышно пискнул, экран зажегся, и на нем появился пиксельный логотип. Древняя техника не подвела.
Номеров в телефонной книге было всего ничего, и я начал с того, кто, собственно, и вручил мне
