сценой был рассчитан так, что прихожан сюда вмещалось не слишком много – до полутысячи человек, чтобы их шепот не перекрывал крика Ростовского.
Действо службы в этом почти достроенном «храме» было в разгаре – после совместных пений и молитв под музыкальные ритмы пророк вошел уже в силу голоса. Перед ним уже под гул толпы отплясывали в безудержной радости первые испытавшие чудодейственность его голоса, а пророк, делая эффектные паузы, наполненные шаманскими жестами, вновь дарил счастье новым прихожанам, поднявшимся к нему по ступеням.
– Счастья! Счастья именем моим! – кричал он каким-то по-детски восторженным немолодым уже людям, стоящим перед ним и чуть ниже его на ступенях. – Счастья достойным его! Я считаю вас достойными счастья, так будьте же счастливы – каждый день именем моим, каждую минуту по слову моему!
– Каждый день именем твоим, счастья всем по слову твоему! – вторила внизу толпа.
Николай полностью постиг всю таинственную силу своего голоса и знал, что когда он действует таким вот своим криком, полное искреннейшее послушание его приказам находит на человека моментально и остается на срок от нескольких часов до нескольких дней. Но потом человек будет всегда помнить об этом периоде и томительно стремиться сохранить то ощущение, которое им тогда владело. И совершенно не подходящие друг другу пары, сдуру заявившиеся к нему получить благословение на свою любовь, будут всю жизнь с болью пытаться притереться друг к другу, мечтая снова ощутить то чувство дикой влюбленности после зачаровавшего их крика пророка. И те, кто совсем потерялся в жизни, будут после его крика стараться быть счастливыми вместо того, чтобы бросить все и искать счастье.
Редко применяемый им крик иного звучания мог, наоборот, возбудить в человеке протест против всего, чем тот прихожанин был ранее вполне доволен. С детским упрямством человек начинал вдруг что-то искоренять, менять, перенастраивать себя. И в этих беспокойных стараниях еще сильнее привязывался к церкви Николая Ростовского, стараясь услышать хотя бы издалека тот крик, словно постоянно поддерживающий допинг.
…Были открыты Николаем и другие возможности его голоса. Каждый раз он сам со счастливой улыбкой удивлялся тому, что такой обычный инструмент, как голос, может делать совершенно невероятные вещи. Однажды, экспериментируя, он случайно наткнулся на особую возможность своего голоса, которую тот мог проявить в диапазоне вовсе и не слышимого издалека крика, а почти шепота. Оказывается, если быстро приблизиться к человеку и в лицо ему неожиданно с хриплым напряжением выдавить из себя приказ: «Стоять и слушать!» – то человек впадает в гипнотический транс на десяток минут и послушно кивает головой, даже когда ему кто-то другой зачитывает, что тот должен сделать на следующий день. И на следующий день этот подопытный, проснувшись, не будет помнить, каким образом он получил это задание, но пойдет и с упорством маньяка выполнит его. Или приказание оживало стремительной вспышкой, и человек сам не понимал, почему вдруг на трассе поворачивал руль машины в сторону встречного грузовика.
Поначалу Николай даже сам испугался такой открывшейся возможности – сдавленное озлобленное шипение давало совершенно иную форму воздействия, чем обычный звонкий крик. Вместо добровольно получаемого заряда вдохновения человек ничтожным усилием превращался в зомби. И Николай решил даже никому не рассказывать об этом, но случайно не удержался, когда им стала интересоваться какая-то бандитская группировка в лихие годы перворождения нового строя в стране.
Тогда Николай вдруг вспомнил о своем давнем детдомовском товарище, с которым случайно, а может, и нет, встретился не так давно. Товарищ подробно выспросил Николая о всей его жизни, а на встречный вопрос о себе ответил коротко: «Ну, мы некоторого рода организация защиты важных персон. Сразу делаем такие предложения недоброжелателям, от которых те не смогут отказаться». И больше ничего не уточнил.
– Я хочу под вашу защиту, заплатить у меня есть чем! – выпалил Николай, когда отыскал вновь этого товарища.
– Мы защищаем только нужных людей, и я всего лишь мелкий исполнитель, ничего не решающий. Я даже не знаю, кто нами руководит, – шепотом ответил тот.
– Ладно, я тоже могу быть нужным, – решил не отступать Николай и все рассказал и о последней своей открытой возможности. После подтверждения ее на практике, когда подопытный человек исполнил на следующий день совершенно неприличное действие в назначенном ему накануне месте, товарищ согласно кивнул.
– Хорошо, ты можешь быть нужным.
Интересовавшиеся Николаем бандиты словно испарились и впредь он никогда уже не встречал на своем пути ничьего назойливого противодействия. Все, кто мог устроить ему проблемы, предпочитали словно не замечать Ростовского. Нужным же Николаю пришлось побыть всего несколько раз – ему приходилось ловить прямо на улице указанного человека, мгновенно вводить его в состояние восприятия приказа и сразу отходить. Иногда этот человек был даже не один, но дар Николая умел обездвижить и сделать покорными сразу всю эту толпу. Приказ всегда диктовал другой человек, что было дальше с введенным в транс, Николай старался не думать.
Через несколько лет на мобильник позвонил неизвестный – как понял Николай, это был один из тех, кто определяет для него задания.. «Я не буду представляться, просто запомните мой голос, – сказал этот человек. – Я понаблюдал вас в деле и прошу мне сообщать, если вы увидите вдруг человека с такими же незаурядными способностями». Николай так и не узнал, что это за человек обладает таким запоминающимся скрипучим голосом.
И узнал о том, каким может быть отданный с его помощью приказ, Ростовский совершенно неожиданно. Накануне он снова оказался нужным и приготовил для получения приказа застигнутого на выходе из какого-то кафе щуплого мужчину. На следующий же день вечером в его недостроенном храме-стадионе было весьма людно, несмотря на первые холода наступающей зимы. В самый напряженный момент действа, когда толпа, качаясь в такт звучанию мелодии, нараспев читала молитву о силе пророка Николая, в спокойно стоящем в стороне человеке Ростовский узнал того щуплого мужчину. Увидев, что он узнан, мужчина направился прямиком к чудотворцу, достав из-под пальто какой-то большой сверток. Он уже поднимался к нему по ступеням, когда Николай, решив не допускать непредвиденного развития событий, простер над ним руки и прокричал ему приказание спуститься вниз и быть со всеми.
Но крик его вдруг не возымел никакого воздействия. Мужчина подошел почти вплотную и испуганный Николай решился на то, что никогда не делал при скоплении людей – он применил тот самый вводящий в транс сдавленный хрип, звучащий почти как шепот. Но лицо мужчины ничуть не изменилось.
– Я свободен, – сказал мужчина, и чуть притихшая толпа умолкла еще сильнее, чтобы понять происходящее. – Так сказал мне тот, к кому ты послал меня, чтобы я бросил в него вот это.
Мужчина положил на
