— Ну? Я каждое слово клещами вытягивать должна?
Он повернулся ко мне окаменевшим лицом и неохотно продолжил:
— Если честно, он гораздо лучше своего отца, и я был бы только рад, если бы Араниэль занял место Владыки. Но…
На самом интересном месте! Я так не играю.
— Но?! — Я попыталась нажать.
Мой ненаглядный супруг посмотрел на меня несчастными глазами:
— В общем, при дворе настойчиво муссируется некая версия, что он к тебе относится ну… не совсем по-братски.
У меня перехватило дыхание. Мои глаза сначала широко распахнулись, а потом сузились. Я разозлилась. До меня дошло божьей милостью, почему он так сильно препятствует этой встрече.
— И на основании гнусных придворных слухов ты сделал вывод, что, как только сюда заявится братец, я немедленно намотаюсь ему на шею вместо шарфика и признаюсь в неугасимых чувствах?! — Ткнула мужу под нос свои запястья и осведомилась: — Гарантии богов тебе не хватает?
Дар удрученно вздохнул и признался:
— Браслеты… они… — Его голос нечаянно сорвался. — С ними невозможен развод, но это не значит, что ты не можешь уйти или…
— Ну-ну, договаривай… — Моей ядовитой интонацией можно было, наверное, колорадских жуков морить. — Изменять тебе направо и налево?!! — бешеным фейерверком, комом жгучей обиды взорвалось мое чувство.
— Зачем ты так? — тихо спросил Дарниэль.
Я выпалила:
— А как?! На основании сплетен, повторяю — СПЛЕТЕН, а не проверенных данных, ты сделал по отношению ко мне недопустимый, скоропалительный вывод, абсолютно не приняв в расчет, что я — не она! Да по тому самому принципу мне куда легче обвинить тебя! По дворцу ходят слухи о продолжении отношений правителя с Лаурой. Давай я закачу тебе по этому поводу скандал, перебью всю посуду, подожгу что-нибудь! Хочешь? Ты отказываешь мне в доверии. Чего стоит твоя любовь, если она не подкреплена верой в мою порядочность?
Замолчала. Что мне было еще сказать? Как убедить его в том, во что он не верит?
Мы стояли и смотрели друг на друга: в моих глазах горечь, в его — упрямство. Дару просто нужно время, чтобы осмыслить и принять многие непривычные понятия. Но от этого легче на душе не становилось. Тогда я развернулась и вышла за дверь. Он не стал меня удерживать.
Я ушла в лес. Одна. Моя нога не ступала на лесные тропинки со времени бала. Решила все обдумать и успокоиться. Любому человеку или дроу иногда необходимо побыть одному, разобраться в себе. Было ли обидно? Да. Ужасно. Но семейная жизнь состоит из компромиссов, умения понимать нужды и потребности другого, в доверии, наконец. А в этом доверии мне как раз отказали.
Занятая грустными мыслями, добрела до поляны. Там стоял Гром. Мне стало стыдно: трепыхаясь со всеми этими свалившимися на голову событиями и бесконечными семейными проблемами, я забыла о нем. Забыла друга. Похоже, Гром меня ждал. Обняв его за могучую шею, уткнулась лицом в гриву. Конь развернул ко мне умную голову и боднул в плечо, коротко всхрапнув. Я очнулась от невеселых дум и сказала:
— Здравствуй, мой хороший. Прости, не могла прийти раньше.
И осеклась. Гром смотрел на мои татуировки. Я могла поклясться, что он был поражен, ошарашен, раздавлен, если эти слова вообще применимы к животному. Он развернулся, сделал шаг, еще один и… стремительно ускакал. Его бегство стало последней каплей. Я зарыдала, судорожно всхлипывая.
Что-то большое мягко коснулось моей ноги. Опустив глаза, увидела Сильван. Хоть ты меня не бросила! Желтые глаза каргаала сощурились, она повернула голову, указывая направление: на краю поляны стоял Дар. Понял или испугался? В горле застрял комок, мои глаза туманились.
Под его ногами зашуршали листья. Сильные руки легли мне на плечи.
— Прости, я был неправ. — Тихий шепот шевельнул прядь волос. Понял.
— Прощу, но ты должен мне желание, — с облегчением улыбнулась я, воспользовавшись моментом.
И услышала в ответ беззлобное:
— Маленькая шантажистка.
— Да, я такая! — удовлетворенно ответила Повелительница. Встряхнула золотистой гривой, в которой опять застряли веточки и листики. — И этим горжусь! — созналась в «жутком» грехе.
Муженек нетерпеливо щелкнул пальцами:
— Уговорила. Весьма убедительный довод. Что ты хочешь?
— Возьми меня с собой на конную прогулку, — внезапно пришло мне на ум требование.
Удивленное лицо мужа говорило лучше всяких слов, но возражать он не стал, решив направить энергию в другое, более приятное русло.
А цветочки на поляне оказались жутко колючими. И почему мне не хватило ума вытащить магией хотя бы одеяло? Да, умная мысля всегда приходит опосля!
Я смотрела в окно кабинета — рассеянно наблюдала за стаями воробьев, гоняющих обнаглевшую ворону, и дожидалась новоявленного родственника. Его должны были проводить сюда. После нашей размолвки Дар скрепя сердце (и скрежеща зубами) согласился оставить меня с братцем наедине. Шаги в коридоре, звук распахнувшейся двери и мягкий ласковый голос:
— Эланиэль, как ты себя чувствуешь? Я привез тебе игрушку!
Я оглянулась. Передо мной стоял эльф, очень похожий на «папашу», только глаза васильковые, и держал в руках… медвежонка из распушенного войлока! Он привез мне игрушку? Да, я помнила, как настойчиво требовала игрушку у Калэстеля, а привез обещанный подарок его сын? Он приехал из-за игрушки? Растерянно переводила глаза с игрушки на него и не знала, что сказать. Такого я не ожидала.
— Эланиэль? — повторил он.
Молчание. Как трудно его нарушить и соврать тому, кто искренне беспокоится о дорогом человеке. Но эльф мгновенно, с одного взгляда, все понял сам и поник головой.
— Где она? Кто ты?
Решение пришло внезапно. Протягивая ему руку, попросила:
— Араниэль, пойдем со мной, — и повела его к Шару Судьбы. Трудно предугадать, получится ли у меня, но стоило попробовать.
Мои ладони невесомо легли поверх него. Шар замерцал и засиял ровным золотистым светом. Он показал молодую женщину со светлыми завитыми волосами и зелеными глазами. Прозвучал тихий обеспокоенный голосок:
— Зачем ты позвала меня, Эрика? Как у тебя получилось?
— Нет. Тебя позвал кое-кто другой… Я не одна здесь, — ответила, чувствуя жгучую боль в сердце.
— Эланиэль?.. Что с тобой, сестренка? Где ты? — ворвался в нашу беседу Араниэль.
— Здравствуй, братишка! — отозвалась сестра. — Не волнуйся! У меня все в порядке, правда! Я нашла свое место в жизни. Будь счастлив и ты.
Грустно улыбнувшись, эльф признался:
— Сестренка, рад, что все хорошо для тебя сложилось.
— Прощайте! — глухо донеслось до нас, и связь прервалась.
