Ти-Ши только снаружи выглядела грозно – как старинная атомная бомба и одновременно гигантская сороконожка. Внутри она оказалась архитесной и неудобной. Гости не один раз цеплялись за какие-то углы и выступы, пока добрались до такой же тесной, рассчитанной всего лишь на одного человека, кабины управления.
В ней сидел человек. Этим человеком, способным работать с инком в режиме «один-на-один», и был главный теоретик хронофизики, он же – конструктор «китайской машины времени» Эрнст Малинин.
Игнат хотел аккуратно запрограммировать его на подчинение, но этого не понадобилось. Сопротивлялся Малинин недолго, пока вникал в замысел «диверсантов». Главным его аргументом было то, что машина не отлажена и запускалась лишь дважды – по одной минуте в прошлое и будущее.
– Подождите пару дней, – наивно предложил физик, сухолицый, с вытянутым вверх черепом и запавшими тёмными глазами. – Мы доведём фазировку до нужной кондиции и доложим о результатах руководству.
– СЭКОНа? – не менее наивно поинтересовался Антон.
– Великому Кормчему Китая, – был ответ. – Он лично курирует наши исследования.
– Мы не можем ждать, – вздохнул Игнат с сожалением. – Кстати, прошу вас заблокировать вход в Ти-Ши.
Малинин покосился на вогнутый экран внешнего обзора перед его кокон-креслом; сеточку эмкана он не снял.
– Вход закрыт. Так кто же вы, я не понял? Не инспекторы СЭКОНа?
– Угонщики машин времени, – без улыбки сказал Игнат. – И нам очень нужно попасть в прошлое, в две тысячи двести восьмой год.
– Вы с ума сошли! Мы же никогда раньше не…
– Вот и поэкспериментируем.
– Почему именно в две тысячи двести восьмой?
– Долго объяснять. Запускайте агрегат. Сначала прыгнем на пятьдесят лет назад. Если получится, опустимся ниже, а вы получите отличный материал для анализа.
– Но мне никто не давал санкции на… спуск.
– Разрешение не потребуется, – мягко сказал Антон. – Мы вернём установку. Как долго нужно готовиться к пуску?
– Инициация инвертора длится несколько минут.
– Вот и начинайте запуск, а мы объясним, для чего это делается.
Дальнейших уговоров не потребовалось, так как перед Малининым вопрос о последствиях запуска Ти-Ши не стоял. Он как шутку воспринял слова про «угонщиков машины времени» и был уверен, что господа «китайские товарищи» всё уладили с руководством научного центра. Наверно, ему в голову не могло прийти, что в святая святых Шиньтао проникли «вражеские лазутчики», которых интересовали отнюдь не научные результаты эксперимента.
Запуск Ти-Ши не потребовал много времени. Хроноинвертор уже был включён, оставалось только ввести программу инициации и поставить саньити – реактор модуля «на режим», как сказал Малинин.
– Без него мы не обойдёмся. – Антон показал глазами на физика в кресле.
– Я не подумал, – признался Игнат. – Придётся брать с собой, иначе живыми отсюда не уйдём. Тревога уже началась, инвертор окружён.
– Надо убрать всех из зоны запуска.
– Извините, уважаемый, – обратился Игнат к физику. – При старте могут пострадать люди.
– Сейчас включится система предупреждения и отражающий экран, – рассеянно ответил Малинин. – Все покинут зону старта.
– А если не покинут?
– Слой хроноаберраций невелик, около метра, никто не пострадает.
– Вы уверены?
– А вы уверены, что эксперимент необходим? – Физик оторвался от созерцания экрана.
Молодые люди переглянулись.
– Да! – тяжело сказал Игнат.
– Мы спасаем людей, – виноватым тоном добавил Антон.
– Тогда прошу не мешать.
Включились боковые экранчики кабины, казавшиеся до этого момента просто зеркалами. Стали видны окружавшие модуль Ти-Ши витсы и какие-то устрашающего вида механизмы. Звуки из зала в кабину инвертора не долетали, но не приходилось сомневаться, что там сейчас шумно.
Внезапно в блистающих металлом стенах защитного цилиндра загорелись мигающие красные лампы. Сквозь шелестящую тишину кабины пробились слабые звуки: кря! кря! кря! Это включилась сирена предупреждения.
По рядам витсов прошло движение, но посты свои они не бросили, только отступили к стенам помещения.
– Всё равно надо предупредить персонал, – пробормотал Игнат.
– Сирена – уже предупреждение. Высунемся – нас пристрелят! – покачал головой Антон. – У нас только один путь – вперёд!
Малинин вдруг выдернул из подлокотника кресла усик микрофона.
– Говорите, вас услышат.
Игнат поднёс усик ко рту:
– Внимание! Всем отойти назад, покинуть стартовую зону! Через минуту Тичуан Шиньтао перейдёт в режим перехода!
По рядам витсов снова прошло движение, но ни они, ни «живые люди» не двинулись с места.
– Они не поняли?
– Надо повторить на китайском и английском.
– Китайского я не знаю.
Малинин выхватил у Игната микрофон, что-то проговорил по-китайски.
Его речь подействовала.
Люди в униформе бросились к выходу из зала. Витсы отступили к стенам помещения.
Многосуставчатые механизмы, наоборот, придвинулись ближе, хищно вытягивая вперёд «жвалы», лапы и чёрные дула излучателей.
– Запускайте! – нервно сказал Игнат. – На полсотни лет назад.
– Перекреститесь, – ответил Малинин. – Хотя это вряд ли поможет.
Сознание Игната разбилось на медленно гаснущие струйки, погрузившиеся в туманное мерцание расплывшихся стен кабины…
…и медленно выплыло из трясины смешанных ощущений и неслышных вибраций.
Чья-то рука нашла плечо Ромашина.
– Ты… здесь?
– Нет, – сипло ответил Игнат. – Голова в животе…
– У меня ниже… ничего не вижу…
– Эрнст, что случилось?
Голос физика донёсся из невероятной дали:
– Мы на бране…
– Что?
– Инициация прошла, мы сделали прыжок.
– Темно…
В кабине вспыхнул свет. Шишка вириала перед креслом «водителя» заиграла россыпью цветных огоньков.
– Где мы?
– Считаю.
– Можете включить внешний обзор?
Зеркальца в стенах кабины прозрели. Но в них стояла тьма.
– Чёрт побери! Не под землю же мы сверзились?!
– Ночь, – сказал Малинин. – С вероятностью ноль восемь могу утверждать, что запуск удался. Мы прыгнули в прошлое на полсотни лет… плюс-минус пару лет. Точнее определить не могу. Надо выйти.
– Выходить надо по-любому. Надеюсь, нас не ждёт китайская полиция.
Игнат, ворочаясь как медведь в берлоге, с трудом вылез из кабины управления, рассчитанной на одного хрононавта.
Люк открылся.
Снаружи и в самом деле царила ночь, подсвеченная по горизонту огнями окружавших это район Китая жилых башен. Но по радиусу трёх-четырёх километров от Ти-Ши источников света было мало.
Антон, выбравшийся из машины вслед за спутником, толкнул его в спину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
