Даледжем почти не колебался.
— Если ты действительно не можешь запереть его здесь, ты должна убить его, Элли. Мы не можем рисковать, поскольку Дренги могли извратить его. В любом случае, он наверняка убьёт нас, если ты этого не сделаешь.
— Он зло? — перебила она. — В мифах, Дракон… он зло?
Поколебавшись, Даледжем покачал головой.
— Нет, — неохотно ответил он. — Нет. Не зло. Просто невероятно могущественный, бл*дь. Иногда он изображается, как «исправитель всего неверного», словно форма живого правосудия. Ученые-видящие считают, что он — то же существо, которое древние люди почитали как Старого Бога… тысячи лет назад, имею в виду. Тот бог, что вызывал потопы, огонь, голод, серу и всё остальное, чтобы покарать нечестивых. Некоторые называют его «Старым Богом» в более древних версиях Мифа, — он помедлил, видя как свет в глазах Элли угасает. — Это что-то тебе говорит.
И вновь его голос наполнился облегчением от того, что она вообще его слушает.
После небольшой паузы её взгляд обратился внутрь, словно она отступила в какое-то другое пространство. Склонив голову, она посмотрела на видящего, которого удерживала у стены.
— Старый Бог… — пробормотала она.
Даледжем хотел попытаться вновь, но свет вышел из её aleimi очередным толстым сине-зелёным тросом. Даледжем смотрел, как этот трос крепко оборачивается вокруг огромного видящего, описав семь или восемь полных колец, а потом затянувшись как тиски. Он вздрогнул, когда это заставило крупного видящего забиться в воздухе и покраснеть от натуги.
В этот раз Элли обратилась прямиком к Дракону.
«То, что он говорит — правда, брат? Ты здесь для того, чтобы убить нас? Потопами и пламенем?»
Даледжем слышал насмешливые нотки. Но всё же чувствовал, что её вопрос настоящий.
Создание, которое называло себя Драконом, не ответило.
— Элли… — пробормотал Даледжем. Нервозность всё выше вибрировала в его свете.
«Зачем ты здесь? — настаивала она, глядя на это лицо в наморднике. — Ты всего лишь ещё один посредник, сбившийся с пути, мой бедный брат? Ещё одна усталая мартышка, пляшущая и бьющая в тарелки для Дренгов?»
Она ждала его ответа.
Когда он не отозвался, её мысли сделались сердитыми.
«Моего мужа в детстве заставляли твердить молитвы, брат. Молитвы о Старом Боге, которым научили его Дренги. Молитвы, в которых говорилось об Его возвращении, о том, что Он сделает, — она помедлила, её мысли сделались более едкими. — Тебе об этом что-нибудь известно, брат мой? Или тебе просто льстит внимание?»
Даледжем уставился на неё.
Она не взглянула на него в ответ. Её сощуренные глаза смотрели на существо, на Дракона.
Теперь Дракон просто висел там, тяжело дыша.
И всё же Даледжем осознал, что борется с этим давлением в груди. Он осмотрелся по сторонам, замечая похожие на молнии проблески, собравшиеся у потолка круглой комнаты.
— Элли, — нервно пробормотал он. — Элли, мать твою…
«Что должно помешать мне убить тебя? — спросила она у Дракона. — Почему я должна пощадить тебя?»
«Я сказал тебе, почему, — ответило существо, всё ещё тяжело дыша. — Или это для тебя больше не имеет значения? Ты так быстро пошла дальше, моя прекрасная сестра?»
Дракон перевел взгляд на Даледжема, уставившись в его лицо.
Даледжем хмуро покосился на Элли.
Он явно пропустил что-то в начале их разговора.
Она не посмотрела на него, но Даледжем увидел, как она сглотнула, и из её света выплеснулся импульс эмоций, казавшихся настоящими.
— Элли? — позвал он. — О чём он говорит?
И вновь она не перевела взгляд. Она адресовала свои слова Дракону.
«Менлим не убьёт моего мужа, — холодно послала она. — Даже ради тебя, мой самый представительный брат».
«Он убьёт его, если не сможет контролировать его, — тут же ответил Дракон. — Войти через выход, моя драгоценная сестра… войти через выход. Я и есть та дверь выхода. Когда дверь закроется, даже твой друг Фигран не сумеет его спасти».
Даледжем ощутил, как aleimi Элли заискрил, реагируя.
Более того, он ощутил более мощный, более интенсивный заряд, закрутившийся в её свете и, возможно, состоявший из страха. Даледжем пытался проследить за разрядами, которые он чувствовал и видел, но они двигались и смещались слишком быстро, их было слишком много.
Когда он подумал об этом, она посмотрела на Фиграна, и её светящиеся изумрудные глаза задавали видящему с рыжевато-каштановыми глазами безмолвный вопрос.
— Войти через выход? — спросил Даледжем. — Какого хера это значит? — он проследил за её взглядом до лица Фиграна. — Элли? Что это значит?
Фигран едва уловимо кивнул.
В её свете вспыхнула злость.
Далее последовала беспомощность… возможно, даже горе.
На несколько долгих секунд она, казалось, потеряла контроль над эмоциями, которые мерцали в её aleimi. Даледжем всё ещё не понимал, но подавил боль в своём свете, среагировав на неё, срезонировав с глубиной её чувств. Он постарался отстраниться, контролировать себя, но не особенно преуспел в этом.
Наконец, она посмотрела на Даледжема, и в её глазах стояло нечто убийственное.
— Мы не можем его убить, — прямо сказала она по-английски.
— Что? — паника немедленно завладела его светом. — Endruk et dugra… почему? Что это за бред про двери?
Она покачала головой.
— Мы должны его отпустить. Должны.
— Отпустить? — взорвался Даледжем. — Нет! Нет, бл*дь! Ты с ума сошла?
Она лишь покачала головой, и злость в её глазах и свете разгоралась ярче.
— Ты представляешь, как опасно это будет? — сказал Даледжем. — Выпускать любого телекинетика, и тем более этого, учитывая, насколько он iksrataa-чокнутый?
Она встретилась с ним взглядом. Он всё ещё видел в её глазах ту яростную беспомощность, даже сквозь искры и жидкое пламя.
Судя по её выражению, она знала. Она знала даже лучше, чем он.
Он всё ещё смотрел на неё, когда она покачала головой.
— Слишком поздно, — она бесстрастно посмотрела на него. — Мне жаль, Джем.
— Это безумие, бл*дь! — взорвался он.
— Тем не менее, это так.
Когда она закончила произносить слова, трос, удерживавший Дракона, убрался. Что бы ни удерживало гигантского видящего над полом, резко отпустило его.
Он упал. Резко, быстро… но Даледжем видел, как он как-то сгруппировался до того, как упал на пол.
В итоге он приземлился на ноги, почти бесшумно, как кот.
Он присел, не отводя взгляда от Элли.
Даледжем готов был поклясться, что даже через маску увидел, как он улыбается.
Глава 28. Межвидовые переговоры
— Где она? — пробормотала Брукс.
Взглядом она сканировала по большей части ровную и поросшую травой землю, ведущую к основанию Скалистых гор.
Местами равнина нарушалась деревьями. В основном старыми деревьями, которые выглядели так, будто росли здесь долгое время. Чем ближе к горам, тем больше предгорья выступали из ровной почвы, создавая мягкие волны, покрытые желтеющей травой.
Она сдула с лица несколько выбившихся прядок своих курчавых волос, подавляя нетерпение.
Здесь было холодно.
Несмотря на куртку, в которую она была одета, и капюшон, покрывавший большую часть её головы, она чувствовала себя уязвимой. С другой стороны, она неделями не выходила на поверхность, так что чувствовала себя на удивление освобождённой, сбежав от всех, кроме минимального количества Секретной Службы и всех теперь уже слишком знакомых лиц людей, составлявших её администрацию.
Она знала, что наверняка должна чувствовать не просто нетерпение.
Она, наверное, должна быть напугана до чёртиков.
Она определённо должна задаваться вопросом, как она позволила уговорить себя на такое — тайная встреча с известной видящей-террористкой в присутствии минимальной охраны. Особенно учитывая, что по давним слухам эта террористка замужем за одним из самых печально известных массовых убийц всех времён.
