Лишь один человек стоял здесь рядом с ней.
Для сравнения, вокруг неё находилось двенадцать видящих, образовывавших защитный круг. Тот факт, что большинство этих видящих предположительно работало на неё, не особенно унимал тревогу Брукс… хотя ей и не казалось, что ей грозит непосредственная опасность.
С другой стороны, откуда ей вообще знать?
Сама Брукс вообще ничего не имела против видящих.
Она даже подружилась с несколькими видящими из своей команды безопасности. Будучи сенатором, она боролась за ослабление самых жёстких сводов правил СКАРБа в Вашингтоне — непростая битва ещё до того, как террористы-видящие убили Веллингтона. В политическом плане она никогда не выступала на платформах, настроенных против видящих, и не вносила своё имя в законопроекты против видящих.
С другой стороны, она была реалисткой.
Многие видящие ненавидели людей… по весомой причине.
Но Брукс знала, что не все видящие были террористами.
Некоторые вовсе не враждебно относились к людям, несмотря на отвратительную историю между двумя расами. Дисбаланс сил беспокоил её… опять-таки, потому что она была реалисткой. То есть, она не могла отбросить тот факт, что они изначально могли манипуляциями заставить её прийти сюда.
То же самое могло объяснять отсутствие страха с её стороны.
Но Брукс в точности помнила, как добралась сюда. В её памяти не было пустых мест, мутных промежутков или потерянного времени. Она почти слово в слово помнила тот изначальный разговор с Талей в комплексе противовоздушной обороны.
Талей раньше состояла в команде Секретной Службы Брукс в Вашингтоне.
Брукс хорошо её помнила; более того, Талей всегда ей нравилась. Брукс доверяла Талей настолько, насколько она могла доверять той, кто по факту принадлежит правительству Соединённых Штатов.
И всё же Брукс была шокирована, когда Талей вошла в её подземный офис в комплексе противовоздушной обороны. Она улыбнулась, отдала честь… а потом, когда дверь закрылась, воспользовалась нелегальной гарнитурой, чтобы нейтрализовать все внутренние меры безопасности в комнате.
Сделав это, она подошла к Брукс и начала быстро говорить с ней по-английски.
Она сказала Брукс, что её присутствие в комплексе противовоздушной обороны не было авторизовано; что она прокралась внутрь вместе с маленькой группой видящих, чтобы предложить условия перемирия и потенциальный союз… союз ни с кем иным, как с Элисон Тейлор, самой скандально известной видящей из ныне живущих.
Элисон Тейлор, по иронии судьбы, также была той, кого винили в эпидемии С2-77.
Но слушая слова Талей, Брукс поймала себя на том, что задаётся вопросами.
Во-первых, слова Талей косвенно подтверждали ряд подозрений, которые Брукс питала уже давно.
Все эти подозрения вращались вокруг схожих тем.
Она сомневалась в целостности своей администрации, в кое-каких утечках и загадочных смертях. У нее были подозрения относительно сбоев в инфраструктуре, которые случились в ключевые моменты в начале кризиса С2-77. У нее вызывала подозрения официальная история о том, как болезнь распространилась по стольким местам земного шара одновременно.
И конечно же, у неё вызывали подозрение затемнённые города — кто ими управлял, кто их охранял, и как они оказались столь хорошо подготовленными именно к такому кризису, который случился.
По сути, Брукс с самого начала скептически относилась к официальной истории. Ей никогда не казалось реалистичным, что кучка обиженных террористов-видящих могла сделать всё это в одиночку, без крупного подкрепления от ключевых сегментов человеческого мира.
Талей сказала ей, что нельзя доверять слухам о Китае.
Она сказала Брукс, что люди Элисон Тейлор месяцами пытались передать ей точные сведения, но эти каналы раз за разом пресекались и перекрывались.
Вспомнив отчёты, которые она получала, и то, что они говорили вообще о разном, Брукс стала слушать намного внимательнее.
Талей прямым текстом сказала Брукс, что в подземном комплексе противовоздушной обороны жили шпионы, принадлежавшие к той же группе, которая организовала эпидемию С2-77 и всемирные карантины.
Она сказала Брукс, что затемнённые города теперь захватывают континенты полностью. Она описала, как они используют видящих для контроля населения, а людей — для ручного труда и накопления капитала.
По словам Талей, люди и видящие с самого начала вместе участвовали в заговоре, хотя она признала, что главным организатором, скорее всего, был видящий. Тот тёмный видящий, которого Талей называла «Тенью», различными способами сговаривался с людьми ещё со времён Первой Мировой Войны. Он также заключил союз с Сайримном — по крайней мере, до тех пор, пока Сайримн не решил вместо этого встать на сторону Моста.
Некоторые детали Брукс попросту не могла понять.
И всё же это не казалось ей таким уж неправдоподобным.
Некоторые вещи намного проще поддавались осмыслению.
Например, слова Талей о том, что среди людей Брукс наверняка есть шпионы, которые работают против неё и, скорее всего, намереваются убить её после того, как она перестанет быть полезной.
Брукс давно подозревала, что среди этих карантинных городов и элиты, сумевшей заполучить себе место в одном из них, имеется четкий список «союзников» и «врагов». Она также подозревала, что если ты не в списке союзников, то рано или поздно окажешься в другом списке.
Слова Талей подкрепляли и это подозрение тоже.
Те же самые шпионы, если Брукс правильно поняла Талей, хотели, чтобы она угрожала Китаю ядерной войной с целью добиться каких-то уступок от китайских видящих, Лао Ху. Талей, похоже, считала, что там в скором будущем может произойти переворот, который случится или извне, или изнутри.
От этой мысли мороз шёл по коже.
Но это также резонировало с тем, что видела сама Брукс.
В результате, даже зная, что Талей или какой-то другой прекрасно натренированный видящий поместил все эти мысли и убеждения в её голову, Брукс согласилась встретиться с Тейлор в неформальной обстановке.
Талей пообещала ей, что её разум окажется нетронутым.
Естественно, они бы сказали это в любом случае.
— Где она? — снова пробормотала Брукс, поднимая руку, чтобы заслонить глаза от послеобеденного солнца.
Повернувшись, она посмотрела на красноглазую видящую, стоявшую прямо позади неё — женщину с индийской внешностью, которую Талей привела сюда с собой.
Кожа видящей была такой тёмной, что Брукс, возможно, чисто психологически чувствовала с ней родство на каком-то примитивном уровне (особенно учитывая её причёску), но эти зловещие красные глаза подчеркивали различия между ними кучей восклицательных знаков.
Однако красноглазая видящая казалась Брукс знакомой.
Она не могла понять, откуда именно, но возможно, она знала её по Вашингтону, поскольку Талей представила её как бывшую сотрудницу СКАРБа.
Кем бы она ни была, похоже, это она тут за главную.
Высокая и мускулистая, с чёрными волосами, заплетёнными в тоненькие косички и спадавшими на спину, она обладала поразительными красно-янтарными глазами, высокими скулами и странно идеальными губами.
Она также носила при себе как минимум шесть единиц оружия.
— Меня будут искать, — напомнила ей Брукс, взглянув на двух других женщин-видящих, которые стояли рядом с ней и переняли эту воинственную манеру держаться.
Брукс заметила у них тоже оружие и бронированную одежду, подавив пугающее чувство, которое хотело охватить её грудь.
— …Если вы действительно беспокоитесь о шпионах в моей администрации, то это отнюдь не самое не подозрительное занятие, которым мы сейчас можем заниматься, — добавила она.
Красноглазая видящая кивнула, опустив мускулистые руки и чуть шире расставив ноги.
Повернув голову к Талей, которая стояла рядом, но была как минимум на десять сантиметров ниже, красноглазая видящая начала проворно жестикулировать руками, при этом бормоча что-то на языке видящих. Когда Талей ответила на том же языке, та, что с косичками, посмотрела обратно на Брукс.
